Глядящие в вечность: Против лома нет вампира. Не сотвори себе вампира. Клыкастые страсти - Галина Дмитриевна Гончарова

При мысли о Господине по телу шпиона пробежала дрожь. Далеко не все вампиры одинаковы. Господин был… единственным и уникальным. И прекрасным. Шпион мечтал когда-нибудь встать если и не вровень с ним, то хотя бы на ступеньку ниже. Он восхищался Господином.

Его жестокостью. Безжалостностью. Изобретательностью в наказаниях.

Шпиону ужасно нравилось участвовать. И самому наказывать провинившихся вампиров и оборотней. Нравилось ощущение податливого тела под руками, нравился звук, с которым кнут врезается в израненную плоть, нравился запах и вкус крови на языке, на самом его кончике… Крики боли звучали музыкой для его слуха.

Тот, кого он хоть однажды наказывал, уже не смеялся в его присутствии.

О это восхитительное ощущение своей власти и силы… Как люди могут не понимать его? Не ощущать удовольствия от своего превосходства? Не испытывать острое, почти оргазмическое наслаждение, видя, как твой враг, недавно такой гордый, ползает в пыли у твоих ног и умоляет не причинять ему больше боли.

И какое наслаждение качать головой, глядя в налитые кровью и болью глаза.

«Ты смел улыбаться, глядя на меня… Теперь улыбаюсь я.

И только я».

Восхитительное ощущение. О, проклятие!

Шпион прекратил гладить пальцем свое отражение в темном стекле. Луна еще не взошла, но вампиры проснулись. И один из них заглядывал в дверь. И манил шпиона пальцем. Да, это явно был вампир, хотя его лицо и фигура были скрыты широким плащом с капюшоном. Но так – плавно и грациозно, словно скользя над полом, – могут двигаться только вампиры.

Зачем он пришел сюда? Заподозрили?

– Что случилось?

Шпион говорил тихо, очень тихо. Он знал, что этого вампира не должно быть здесь сейчас. Но он все же пришел. Зачем?

– Господин ужаса и хозяин идущих ночной тропой передает тебе привет.

Шпион вздрогнул. А потом ответил, как и полагалось:

– Я тоже иду ночной тропой по воле моего Господина. Напряжение чуть схлынуло.

– Что тебе здесь надо? Ты наведешь на меня подозрения!

– Молчи и слушай. Это амулет. Наденешь на шею. Если захочешь что-то передать Господину, сожмешь его в руке и уснешь через пару минут. Господин явится в твой сон.

– А если мне надо будет что-то сказать днем?

– Для этого есть дежурные вампиры, которые могут не спать в это время. Говори в любое время. Ты помнишь, что хотел Господин?

– Да. Хотя я и не понимаю, зачем брать эту тварь живьем?! Лучше убить ее!

– Это не твоего ума дело. Выполняй, что тебе сказано. И дверь захлопнулась перед носом у шпиона.

Тот подождал несколько секунд и выглянул за дверь. Ничего. И никого.

– Интересно, кто этот вампир?

Собственный голос показался шпиону неприятно громким. Он замолчал и поспешно отошел опять к окну. И только там взялся рассматривать амулет.

Толстая золотая цепочка. Кругляшок медальона сантиметра три в диаметре с изображением льва в прыжке. Толстенький и теплый. Нагретый его рукой.

Шпион поспешно надел его на шею.

Благодаря этой вещи он сможет видеть Господина.

Пусть пока только во сне.

Придет время, когда все будет происходить наяву.

Он очень постарается, чтобы это время пришло быстрее.

ГЛАВА 5

Делу – время, скандалам – прайм-тайм

Мечислав встретил меня на пороге клуба. Смерил ледяным взглядом Вадима, потом попытался так же приморозить меня, но мне все было безразлично. Голова кружилась все сильнее, меня мутило, а мышцы сводило судорогами. Хоть как на меня ругайся, ничего не подействовало бы. Разве что удар молотком по лбу. И вампир это отлично понял.

– Воды со льдом и обед с водкой в мой кабинет, – ледяным тоном приказал он Вадиму. Потом подхватил меня на руки и куда-то понес. Запах меда и яблок обволакивал меня со всех сторон, безжалостно и неумолимо.

А ведь в таком состоянии я и сопротивляться по-настоящему не смогу.

Мечислав аккуратно усадил меня на здоровущий кожаный диван в своем кабинете и опустился рядом на ковер. В этот раз он был настолько человечнее, насколько это возможно. Вампир не отказался от своего любимого черного цвета в одежде, но сделал его более современным. Черные джинсы плотно облегали мускулистые бедра. Черные кроссовки остались у порога, и сейчас вампир с наслаждением зарывался босыми ступнями в густой мех ковра. Белая рубашка – на вид из обычного хлопка – облегала его плечи и подчеркивала золотистый тон кожи. И, конечно, не имела ничего общего с тем товаром, что продается даже в дорогих магазинах. Исключительно натуральные ткани и ручное шитье. Даже если Мечислав решит выглядеть чуть более современно, он все равно не опустится до товаров массового потребления. Любая его вещь должна быть единственной в своем роде и создавать достойную оправу своему носителю. Черные волосы были стянуты в хвост, из которого выбивались несколько непослушных прядей.

И я почувствовала, как мне безудержно хочется распустить его волосы. Запустить в них пальцы, узнать, чем они связаны – резинкой, лентой, шнурком, – развязать, выпустить на свободу и зарыться лицом. Вдохнуть аромат меда и яблок, сводящий меня с ума, и никогда не вырываться на свободу… Пусть рядом будет хоть кто-то сильный.

Не сметь! Ты Леоверенская!

– Опять вы за свои номера?

Ох, а вдыхала-то я зря. Аромат вампира с такой силой ударил по моим рецепторам, что откуда-то из глубины желудка поднялась неудержимая волна тошноты. Ой, ёлки…

– Номера здесь тоже есть, Кудряшка. Желаешь посмотреть?

Голос вампира скользнул по моей коже прикосновением летнего ветерка – горячего и с запахом меда. И это оказалось последней каплей.

– Ага, желаю. А унитаз в них есть? А то меня тошнит!

Меня и правда мутило. Вампирская магия после оборотней дала именно такой эффект. Мечислав подхватил меня на руки и помчался в ванную, не говоря лишних слов. Хотя я уже примеривалась безвозвратно испортить ему ковер.

Это была последняя ехидная мысль.

За то, что произошло потом, я начислила вампиру лишний балл.

Меня рвало. Долго и мучительно. Желчью. Как именно? Каждый, кого хоть раз рвало мучительными сухими спазмами, сводящими желудок и вызывающими боль в животе и горле, меня поймет. Очень неприятное ощущение.

Мечислав не отходил от меня. Он поддерживал меня за талию, убирал волосы с лица и в какой-то момент, кажется, собрал их в хвост. Он протирал мне лоб влажным полотенцем и игнорировал все мои попытки послать его в дальний интимный круиз. Или хотя бы к черту на рога.

Когда спазмы закончились, вампир опять подхватил