Искушение Злодея - Алекса Дж. Блум

— Только если вы сами об этом попросите.

Профессор Кингсли лишь удрученно качает головой, после чего запускает проекцию слайдов на экран. Я стараюсь не замечать жгучее присутствие Эйса, но это оказывается непросто. Краем глаза я вижу, как он не отрывает от меня взгляда, а его колено то и дело задевает мое.

— Ты можешь, пожалуйста, сосредоточиться? — шепчу я.

— Я и так сосредоточен.

— Не на мне. На лекции.

— Ты интереснее. — Он придвигается ближе, заставляя меня раздраженно вздохнуть. — К тому же каждый здесь должен поверить, что мы пара, верно? А я просто соскучился по своей девушке.

Я смотрю на Эйса. Эти разноцветные глаза сводят меня с ума!

— Конечно, но разве это не может подождать до конца лекции?

— Зачем ждать, если я могу быть рядом со своей девушкой прямо сейчас? — Его рука скользит к моему колену.

Что он задумал?

— Эйс, я больше не собираюсь терпеть этот фарс.

— Каждому в этом зале известно, что ни один профессор не помешает мне развлекаться. Особенно когда речь идет о моей так называемой девушке.

У меня пересыхает в горле.

— Кто-нибудь знает, в каком веке возник конфликт между королем и парламентом? — Я использую вопрос Кингсли как предлог, чтобы отвернуться от Эйса, но его рука по-прежнему лежит на моем колене, а прикосновение прожигает кожу.

Какой там был вопрос?

Я стараюсь не замечать всех вокруг, когда Эйс продвигает руку выше. Почему я его не останавливаю? Я могла бы закричать, и он сразу бы прекратил. Но что-то внутри меня — темное желание, которое таилось в глубинах моего подсознания — заставляет меня молчать. Хотя после прошлого раза мне стоит подумать дважды.

Только вчера он угрожал мне, напоминая о моей боязни высоты. А теперь все мое тело покалывает от его прикосновений.

Что со мной не так?

Я часто представляла, как меня ласкает мужчина. Но никогда не думала о наследнике академии Шэдоуфолл.

Скорее о Хантере.

Словно читая мои мысли, мой телефон снова вибрирует. Эйс замирает и тоже смотрит на светящийся экран.

Хантер: Пожалуйста, ответь, Октавия. Я очень хочу тебя увидеть, прошу...

Хватка Эйса на моем бедре усиливается. В этот момент я проклинаю свою любовь к красивым летним платьям.

— Это твой маленький дружок? — Эйс усмехается. — Ты не отвечаешь ему из-за... — он наклоняется ко мне, — нас?

— Ты слишком много о себе возомнил.

— Неужели? — Его рука с множеством серебряных колец ползет выше, медленно проскальзывая под ткань моего платья, и я сжимаю ноги.

— Хантер обращается со мной гораздо лучше, чем ты когда-либо сможешь.

— Возможно. Но разве это то, чего ты хочешь? Потому что, если я прав, тебе это доставляет такое же удовольствие, как и мне. Страх возбуждает тебя, Маленький Шторм.

— Неправда.

— Уверена? — Я чувствую его горячее дыхание на изгибе своей шеи, когда он быстро раздвигает мои ноги, и я добровольно уступаю. — Если я пожелаю увидеть тебя на коленях, умоляющей и со слезами на щеках, ты возбудишься не меньше меня. Я абсолютно в этом уверен.

— Н-нет.

— Ты будешь умолять меня пощадить твою жалкую жизнь, лаская мой член своим дерзким ртом.

Я с трудом сглатываю.

Почему мне так чертовски нравится это отвратительное дерьмо?

Эйс осторожно продолжает продвигать руку вверх, пока, наконец, не добирается до моих трусиков и не начинает мучительно медленно поглаживать мою киску. Смущенная своей влажностью, я хочу снова сжать ноги, но он не дает мне этого сделать.

— Раздвинь ножки пошире для своего фальшивого парня, Маленький Шторм.

— Мы просто притворяемся, — оправдываюсь я.

— Если ты так говоришь...

Он отодвигает мои трусики в сторону и начинает массировать клитор. Я прикусываю нижнюю губу, стараясь не издать ни единого звука. Мои пальцы вцепляются в стол.

— Разве это не то же самое, что ты читаешь в своих грязных книжках?

— Откуда тебе это известно?

— Я же говорил, что слежу за тобой, Октавия.

— Ты просто мудак!

— В данный момент тебе, похоже, весьма приятны прикосновения этого мудака. — С этими словами он вводит в меня палец, и я не могу сдержать стон.

— Что я здесь делаю?

— Что ты здесь делаешь? Ну, ты позволяешь своему фальшивому парню трахнуть тебя пальцами прямо на лекции. Так что будь хорошей девочкой, ведь именно для этого ты и создана.

Черт.

Видимо, я произнесла это вслух.

— Эйс... — Внутри меня нарастает давление. Никто и никогда не касался меня, но мое тело откликается на его вторжение. Низ живота напрягается, когда он, не сбавляя темпа, продолжает толкаться.

— Если ты кончишь от моих пальцев, Маленький Шторм, ты будешь принадлежать мне.

— Я ненавижу тебя.

— Насколько?

— Настолько, что... — Я не успеваю договорить, потому что горячая волна захлестывает мое тело, унося меня прочь. Все внутри сжимается, и я не в силах сдержать безудержную дрожь.

Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Эйс вынимает палец и поворачивается вперед. Я пытаюсь прийти в себя, пока низ живота пульсирует от неутолимого вожделения.

Этого не должно было произойти.

Только не с Эйсом Шэдоуфоллом.

Моим врагом. И заклятым врагом моего брата.

Нет. Нет. Нет.

Только не это!

— С вами все в порядке, мисс Эшкрофт? Вы выглядите бледной, — голос профессора Кингсли заставляет меня поднять взгляд.

Я прочищаю горло.

— Да, все хорошо, спасибо.

— Просто моей девушке не помешал бы глоток воды, не так ли, Октавия?

Я в изумлении распахиваю глаза. И я не единственная — все головы поворачиваются в нашу сторону.

Он назвал меня своей девушкой.

Игра началась.

18

Эйс

Улыбающиеся студентки провожают нас взглядами, пока мы втроем идем по длинному коридору. Мы направляемся к кабинету моего отца. Несколько девушек впереди тут же начинает шептаться.

К этому моменту вся академия уже знает, что мы с Октавией пара. Такие новости распространяются охренительно быстро. Впрочем, это не мешает мне одарить девушек легкой улыбкой и продолжить свой путь.

Добравшись до ректорского кабинета, я без колебаний вхожу внутрь. Наше отражение появляется в стеклянных дверцах шкафов. Отец стоит к нам спиной и говорит по телефону. Только когда Призрак громко хлопает дверью, он оборачивается с широко раскрытыми глазами.

— Я перезвоню позже. Хорошо? — он кладет трубку и одаривает нас мрачным взглядом. — Чем обязан такой чести?

Я удобно устраиваюсь на стуле перед отцом, в то время как Призрак и Ронан остаются стоять за моей спиной. Хотя отец никогда этого не признает, но он напуган. Я вижу это по тому, как дергается его левое веко. Он не терпит неопределенности.