Развод. Еще одну измену не прощу! - Нэнси Найт

Запираю дверь, попутно влезая в сандалии, и неспешно иду по дорожке к калитке, дожидаясь Лизу.

— Ма-ам, —протягивает она за моей спиной. — А где мой второй сандалик?

— В смысле? — хмурюсь и оборачиваюсь, глядя на дочь.

На лестнице, и правда, сандаль лишь один.

— Упал, наверное, куда-то, — пожимаю плечами и иду Лизе на помощь.

Заглядываю под ступеньки, смотрю по обеим сторонам от лестницы, даже на всякий случай в доме проверяю, но обуви нигде не нахожу.

— Странно. Куда от мог подеваться? — бормочу себе под нос и обхожу дом вокруг.

Сам он убежать ведь не мог, но не птица же его утащила. А чтобы кто-то открывал калитку и входил в наш двор я не слышала.

Я бы, может, махнула на это рукой, если бы у дочери была запасная пара. Но у нее только эти сандалики и шлепанцы для душа, в которых долго не походишь без мозолей.

Наворачивая очередной круг вокруг дома вместе, я резко останавливаюсь, заметив яму под глухим забором, ведущую на соседний участок. Похоже, ее раскопала собака и утащила обувь, как трофей.

— Зайка, встань, пожалуйста, — обращаюсь к дочери, которая сидит на ступеньках, насупившись. — Посиди немножко в доме, ладно? Я, кажется, знаю, где искать твой сандалик.

Завожу дочку в дом, ставлю пляжную сумку на пол и иду к соседям. Стучу в калитку, за которой тут же раздается собачий лай. Ну все, виновник нашей пропажи точно найден.

— Чарли, сидеть! — звучит строгий мужской голос, и пес тут же утихает. — Кто там?

— Ваша соседка, — отзываюсь я. — У нас тут кое-что пропало. Можно с вами поговорить?

Несколько секунд тишины, затем тяжелые шаги по ступенькам, и калитка отпирается. Передо мной высокий, широкоплечий и крайне недовольный мужчина, который держит за ошейник золотистого ретривера.

— А причем здесь я? — грубо отзывается он, окинув меня оценивающим взглядом с головы до ног.

— Здравствуйте, — спокойно произношу я, не желая обострять ситуацию с хмурым незнакомцем.

— Здравствуйте, — бросает он, словно одолжение.

— У дочери пропал сандалик, и…

— И? — перебивает он меня, вскинув бровь.

— Я искала его у нас на участке и нашла яму, под забором, которая ведет к вам, — тороплюсь сказать я, пока меня вновь не перебили.

— Суть проблемы ясна. Только я повторю свой вопрос: я здесь причем?

— Ну, как же, — развожу я руками. — У вас пес. Очевидно, это он раскопал яму, залез к нам и стащил обувь.

— Неочевидно, — хмыкает он в ответ. — Чарли не копает ямы и уж тем более не играет с обувью.

— И куда же, по-вашему, еще мог деться сандаль? — уже начинаю нервничать, потому что мужчина отказывается признавать очевидные вещи. — Просто посмотрите у себя на участке, пожалуйста. И больше я вас не побеспокою.

Мужчина без особого желания бегло оглядывается, возвращает взгляд ко мне и произносит:

— Нет тут ваших сандалий. До свидания.

И бесцеремонно закрывает калитку перед моим носом.

Вот же хам! И угораздило же нас поселиться рядом с таким!

Глава 32

Что теперь делать? Снова стучаться и выяснять отношения с несносным соседом? Очень хотелось бы добиться результата, но, похоже, это совершенно бесполезно. Только настроение себе испорчу в самый первый же день. А я, вообще-то, приехала отдыхать и восстанавливать нервы, а не трепать их еще сильнее.

Ну и черт с этими сандалиями. Купим новые!

Возвращаюсь в наш домик, достаю Лизины шлепки и пластыри, чтобы заранее наклеить их туда, где могут получиться мозоли.

— Не нашла? — со слезами на глазах спрашивает дочь, пока я тщательно приклеиваю пластыри к ее ножкам.

— Не нашла. Но ты не расстраивайся, это ерунда. Куплю тебе новые, — с улыбкой отвечаю, чтобы приободрить Лизу. — Завтра пойдем и подыщем тебе что-нибудь. А сегодня у нас планы поинтереснее.

— Хорошо, — вздыхает она и трет ручонками заплаканные глазки.

— Все, ты готова, — решительно заявляю я, надевая ей шлепки и поднимаюсь на ноги. — Идем?

Выходим с дочерью из дома и неспешно бредем по дороге, разглядывая местную природу, и болтаем на разные темы. Жаркий летний воздух прогревает тело и расслабляет, отчего хочется скорее лечь, прикрыть глаза и просто понежиться на солнышке.

Кажется, меня понемногу начинает отпускать эта вечная тревога, которая тяжким грузом лежала на душе и распирала изнутри. Не сказать, что я уже абсолютно спокойна и счастлива, но уже легче. И будто незримая нить, которая связывала меня с Марком, потихоньку начинает разрываться.

— Папе бы здесь, наверное, тоже понравилось, — задумчиво произносит Лиза, едва я успеваю подумать про Марка.

Если меня дальняя разлука с ним теперь лечит, то Лизу тяготит. Оно и понятно, ведь он ее отец и по факту не делал ничего плохого для нее. И я с самого начала понимала, что она тяжелее всех нас троих переживет наш с мужем развод. Но для всех так будет лучше, Лиз просто этого еще не понимает. И моя задача отвлечь ее и показать, что наша с ней жизнь не станет хуже, если ее отец будет жить отдельно.

Спускаемся с дочкой по длинной лесенке и видим впереди галечный пляж и спокойную лазурную водную гладь.

— Ура! Мо-оре! — взвизгивает дочь и трясет в нетерпении кулачками. — Мам, можно я побегу?

— Хорошо, — улыбаюсь ей. — Только по ступенькам аккуратнее. И держись за перила!

Последнюю фразу я уже кричу ей в спину. Моя неугомонная и нетерпеливая доченька. Так приятно видеть ее искреннюю радость. Хорошо, что я приняла решение поехать сюда. Это нам обеим пойдет на пользу.

Лиза плещется голыми ножками в воде, пока я расстилаю плед на камушки. Ее легкое платьице и распущенные волосы слегка разлетается на верту, создавая такой романтичный и милый образ, что мне хочется запечатлеть ее на фото.

Достаю телефон, снимаю блокировку и первым же делом вижу пропущенные звонки от Марка. Поджав губы, смахиваю их в сторону и начинаю фотографировать Лизу. Она замечает это и начинает мне позировать в разных позах, корчит мордочки и выкручивает пальцы в каких-то новомодных молодежных жестах.

— Это ты сейчас что показывала? — спрашиваю у дочери и смеюсь, когда она подходит ко мне.

— Это сердечко, — невозмутимо отвечает она.

— Интересно, — усмехаюсь, потому что мы всегда показывали сердце иначе. — Ладно, снимай платье, и пойдем купаться.

Но пропущенные звонки от Марка никак не дают мне покоя. Чувствую вину за то, что не позвонила ему сама и не взяла трубку. Он же, наверное, волнуется о том, как мы добрались. Я бы на его месте волновалась,