Бандит. Цена любви - Дарья Словник

в атмосферу творчества. Как бы я не относилась к директору галлереи, а сама галлерея мне очень нравится. Здесь так много свободного пространства, светлые стены, высокие потолки и необычный запах, в котором смешались ароматы деревянных рам, картин и ароматных палочек, которые здесь обязаны зажигать для поддержания атмосферы.

Помогало. Нежный цветочный аромат очень подходил этому месту. Здесь можно было расположиться на небольших мягких лавочках напротив картин и часами лицезреть искусство. Конечно, если ты гость, а не работник.

— Здравствуйте! — меня встречает улыбчивая милая блондинка, кажется моя ровесница. Лет двадцать, может, двадцать два, не больше.

— Здравствуйте, — я киваю.

Улыбаться ей совершенно не хочется, потому что я уже поняла, кто она.

Моя замена… Негатива я к ней вовсе не испытываю, просто понимаю, что здесь мне надеяться не на что.

Я потеряла свою работу.

— Проходите, пожалуйста. Сейчас у нас идет выставка романтических абстракций. С работами наших художников вы можете познакомиться, пройдя…

— Извините, — перебивать некрасиво, но у меня нет цели посмотреть картины, которые я итак уже видела.

Еще четыре дня назад я сама открывала эту выставку. Я знаю, что она будет длиться еще десять дней. Я помогала готовить ее и могу назвать каждую из тридцати картин.

— Я хотела бы поговорить с Олегом Владимировичем.

Девушка чуть меняется в лице, не ожидая, что я знаю нашего арт-директора, но тут же берет себя в руки, продолжает улыбаться и кивает. Она милая…

— Конечно, подождите минутку, я спрошу, может ли он принять вас.

— Спасибо.

Я всматриваюсь в знакомые мне полотна, пока жду, но как только позади раздаются привычные звонкие шаги, я оборачиваюсь. Олег Владимирович — высокий шатен с длинными ногами и небольшим пузиком, которое он грамотно маскирует пиджаком.

— Соня? — он удивлен, рассматривает меня цепким взглядом. — Вот уж не думал, что объявишься после таких выкрутасов.

— Здравствуйте, Олег Владимирович. Я понимаю, как все это выглядит. Я пропала и вообще. Если позволите, я все объясню…

— А зачем, Сонь? — он жмет плечами, глядя на меня непонимающе.

— Ну как… Я хотела вернуться на работу.

— Да уже поздно так-то. Я уже нашел тебе замену. Мне пришлось весьма экстренно это делать, между прочим, — Олег Владимирович хмурится.

Я не особо понимаю его настрой. Он вроде не злится, но и радушным не выглядит. Хотя…

Его тоже можно понять.

— Олег Владимирович, простите, пожалуйста. Я вовсе не хотела вас подставлять. У меня просто в семье проблемы большие были и там… — я не знаю как объяснить. Вываливать ему все, что со мной было, не хочется. Да и не надо ему это. По лицу вижу. И оправдываться тоже не хочется. — В общем, я не думала, что все так выйдет. У меня не было никакой возможности даже позвонить.

— Ну, Сонь, а я тут при чем? У тебя проблемы, а у меня работа чуть не встала. Ты же девушка грамотная, должна понимать, что бизнес это бизнес. Ты исчезла резко, ни ответа, ни привета. Мне что, ждать тебя что ли прикажешь?

— Нет, конечно, нет… — поджимаю губы, глядя в пол.

— Я человек деловой. Работа должна выполняться. Моим клиентам вообще плевать, есть у меня админ или нет.

— Я понимаю. Но я все равно не могла не прийти.

— Ну, ты молодец, что объявилась. Хоть знаю, что живая. Ладно уж, в жизни всякое бывает. Но ты тоже пойми, я уже взял на твое место девушку. Вон, Оля. Она молодец. Я ее увольнять не собираюсь, да и не могу, она хорошо справляется со своими обязанностями. Мне ее не за что уволить.

— Я понимаю, — киваю, хотя горло сжимается. Обидно, но я действительно понимаю. Не важно по каким причинам, но я свои рабочие обязанности по договору не выполняла. Олег Владимирович в своем праве… — Все равно, простите, что я так пропала. Это непрофессионально. Но я правда не могла позвонить.

— Спасибо, что ты это сказала. Я ценю такой подход. Раз уж пришла, пойдем оформим твое увольнение по правилам, и я тебя рассчитаю за этот месяц.

Я только киваю. Очередное поражение, очередное разочарование.

Ладно… Ладно! Найду другую работу.

Олег Владимирович дает мне на подписание документы. Так же он выдает расчет за десять дней мая, что я уже отработала. И через полчаса, с копией документов я выхожу из галлереи.

Механически шагаю, смотрю поверх домов на соседней улице. Сквозь тучи, наконец, пробилось солнце и сейчас приятно припекало. В голове еще кружатся слова Олега Владимироваича, образ улыбчивой Оли, цветные пятна картин на фоне белых стен, когда из задумчивости меня вырывает резкий глубокий голос:

— Софья.

Я резко оборачиваюсь. Замираю, инстинктивно сжав в руке несчастные листы бумаги. Мое имя, произнесенное этим низким, грубым, с металлическим оттенком голосом, звучит дико и даже пугающе.

Борис. Он снова нашел меня! Да как он это делает⁈

Он стоит на парковке рядом со своим здоровым черным геликом, сунув руки в карманы брюк, смотрит на меня, щурится от дневного света. Его взгляд — тяжелый, пронизывающий, — кажется, мне таким знакомым и пугающим одновременно. Лоб напряжен, челюсти плотно сжаты. Я вижу, как на них играют желваки.

На нем привычная идеально белая рубашка-поло, брюки на подтяжках, но в этот раз он сверху накинул классическое темно-серое пальто до середины бедра, которое не может скрыть его внутренней дикой энергии, присущей скорее хищнику, чем человеку.

Интересно, почему у него прозвище «лис»?

Мне кажется, на лиса он вовсе не походит. Слишком пугающий и мощный он для лиса. Отрицать тот факт, что он безумно хорош, глупо, но я не собираюсь обманываться. Его появление не сулит мне ничего хорошего.

Мой первый порыв — сбежать.

Я даже делаю крошечный шаг назад, к двери галлереи, чувствуя, как сердце ускоряет свой темп. Борис же даже не двигается, но его присутствие давит меня, буквально заставляет желать сделать заветные шаги назад.

Мне кажется, что он в своей готовности сейчас сорвется с места, схватит меня, вновь запихает в тачку и увезет. Но теперь так, что никто меня не найдет, и я уже не смогу сбежать.

Но он просто стоит, не предпринимая никаких попыток на сближение. И это пугает еще больше. Я не знаю, что ждать от этого мужчины.

— Не надо, — неожиданно он говорит мягче, чем раньше, и коротко мотает головой, — не убегай.

Я сжимаю листы договора еще сильнее, нещадно сминая их в кулаке.

Действительно. Хватит бегать.

Я оглядываюсь по сторонам. На улице есть люди, в галлерее Олег Владимирович. Теперь у меня есть телефон. Я