Камеристка - Дина Зарубина

— При доказанной измене супруга в присутствии трех свидетелей или бесплодия в течение пяти лет. — Моментально ответила леди. — Этот срок продляется, если супруг ушел на войну или пропал без вести, еще на три года, или если он заключен в тюрьму. Он же тогда не может исполнять супружеские обязанности. Впрочем, супругам положены свидания, не реже четырех раз в год, насколько я помню. Отказать в прошении на свидание дворянке имеет право только король. Либо, если супруга осталась невинной в течение года, она может расторгнуть брак по причине неспособности супруга вести нормальные семейные отношения. Достаточно освидетельствования чистоты в храме богини-Матери.

Пожилая леди оказалась просто кладезем знаний. Свидания, значит, мне положены? Гм… звучит многообещающе. Это нужно обдумать. Но после возвращения, разумеется.

— Миледи, примите мое восхищение! Вы не хуже опытного стряпчего разбираетесь в законах!

Леди захихикала.

— Ах, милочка, когда за спиной четыре брака, поневоле начнешь разбираться в таких вещах! Иначе родственники мужа обдерут тебя, как липку! Что там случилось? — Дама вдруг вытянула шею, заметив заминку в королевской процессии.

— О, Пресветлый, королева упала в обморок!

— Говорила же этой дурочке остаться в покоях! — Вспылила миледи, проталкиваясь сквозь толпу придворных, ловко орудуя тростью, как молотильщик цепом. Поскольку моей руки она не выпустила, я бежала следом за ней.

Через пять минут я оказалась возле короля и склонилась в глубоком поклоне. Вот уж не ждала такой чести! Король кивнул, мельком скользнув по мне безразличным взглядом.

— Идите, Тариэль, я разберусь! — миледи достала хрустальный флакон и дала капле упасть на посиневшие губы королевы. Ее поддерживал один из миньонов короля.

— Маркиза, надеюсь на вас! — равнодушно сказала король.

— Живо, Нино, сюда носилки и лакеев, Марли, принесите воды! Гийом, бегом за лекарем! Люка, намочите платок в фонтане! — дама распоряжалась, как опытный полководец. И знала всех миньонов по именам. И короля просто по имени назвала. Хм.

Король же повернулся и продолжил прогулку. Вот сволочь! У него, может, тут жена умирает, а он обсуждает, какими цветами украсить бальную залу? В соответствии с сезоном и фазой луны?

За королем потянулись придворные, огибая нашу группу. Впрочем, кланялись все достаточно низко.

Когда подбежал лекарь с помощником, возле королевы оставались: маркиза, я, отставшая от косяка придворных Марисса, (сделавшая большие глаза при виде меня), тройка миньонов, четыре дамы из свиты королевы, хлопающие крыльями, как наседки над цыпленком, шумно и старательно, но безрезультатно. И четверо лакеев с носилками. Негусто.

Больше всего пользы было от лакеев, они были ловкими и сильными, миньоны — крайне предупредительными, и королева, бережно уложенная на носилки, оказалась в своих покоях очень быстро. Лекарь с помощником и маркиза остались в спальне, а мы в будуаре, с почти умирающими дамами. Невежливо было уйти вот так сразу, не оценив тонкость душевной натуры притворяющихся взволнованными дам. Плевать им было на королеву с ротонды дворца. Место терять не хотелось, вот и старались.

— Мира, какого демона тут творится? — Прошептала Марисса мне на ухо, воспользовавшись флаконом с нюхательной солью четвертый раз.

— Простите, миледи, я только помогла пожилой даме.

— Леди Тессе, ее светлость просит вас зайти, — помощник лекаря выглянул из спальни.

Курятник всполошился, но я быстро прошла в спальню.

— Вы ведь камеристка? Осмотрите внимательно одежду ее величества. Этот припадок неестественен. Фиби утром чувствовала себя неплохо и приглашению супруга обрадовалась. — Маркиза кивнула на горку одежды.

— Ваша светлость, надо пустить кровь! Вы препятствуете лечению! Я диагностирую разлитие черной желчи у ее величества! — Лекарь заломил руки.

— Вы уже кварту крови выпустили и ничем не помогли! — рявкнула маркиза.

Королева открыла мутные глаза и застонала.

— Как ты себя чувствуешь, дорогая?

— Это я виновата, за все нужно платить. — Прошелестела королева. — Дети родятся уродами, а моя душа сгорит без остатка, не получив нового рождения… но я тогда не думала о душе, вымаливая дитя. Эбби не должна была родиться…

— Сейчас что чувствуешь? — Сердито прервала ее маркиза.

— Озноб, боль в животе и груди… ногу будто уколола острым шипом. Я отмолю Эбби! Тариэль отвернулся от меня, Эбби и знать не хочет, ей не нужна моя любовь, — королева заплакала. — Пусть лучше я умру! Это будет только справедливо!

— Позвольте! — Я сунула нос в раскрытый кофр лекаря и вытащила длинный пинцет. — Ваше величество, вы героическая женщина! Сколько же вы терпели после укуса?

Из атласной туфельки я достала пинцетом раздавленного черного тонконогого паука.

— Черная вдова! — ахнул помощник лекаря. И тут же кинулся в угол к умывальному тазу. — Лед сюда немедленно! Пока я сделаю холодный компресс и вымою с мылом ногу ее величеству.

— Желчь, значит, разлилась? Черная? Кровь надо пустить? — Маркиза нависла над внезапно съежившимся лекарем. — Вон отсюда! Шарлатан! Эй, кто там! Арестовать мерзавца!

— Бабуль? — В спальню заглянул один из миньонов.

— Ее величество ядовитый паук укусил, а этот негодяй требовал сделать кровопускание! В темницу его! — Затопала ногами маркиза. — Покушение на королеву!

Я молча взяла таз и кувшин с водой. Толку тут ни от кого нет, кроме помощника лекаря.

— Лейте тонкой струйкой. Ага, вот так, благодарю. Теперь надо дать ее величеству обезболивающее и снимающее спазмы зелье. Капелька макового молочка. Валериана, мята, полынь и белладонна, — бормотал помощник. — О, вот и место укуса! Паука ее величеств прижала ногой, и он ее укусил. Если бы она вытряхнула туфлю, ничего бы не случилось.

— Та-а-ак! — Протянула маркиза, оказывается, внимательно слушающая скороговорку. — Где мерзавка, готовившая наряд для прогулки ее величества? Кто заходил, когда ее величество одевалась? Кто подавал туфли ее величеству?

Пока маркиза бушевала, помощник закончил промывание и положил лед, завернутый в салфетку, на стопу королевы. Несколько золотистых искорок вдруг мелькнули с рук парня под салфетку. Он испуганно взглянул на меня, но я демонстративно уставилась на складки балдахина. Ничего я не видела. Не знаю. И даже не догадываюсь.

— Меня казнят, если королева умрет, — тихо-тихо прошептал он. — Я пошел против мастера. Теперь опасность исключена. Через три-четыре дня ее величество поправится.

— Вы отважный человек и станете когда-нибудь великим целителем, — я сжала его руку.

— Вот если бы…

— Если будут неприятности, попросите убежища у Фалезии. Граф Гарбон не откажет.

В спальне прибавилось народа, на коленях рыдала горничная, влезли фрейлины…

— Больной нужен покой! — громко заявил парень.

Маркиза гневно глянула на помощника целителя, но спохватилась, что устраивать расправу над ложем едва избежавшей смерти королевы, действительно, как-то не совсем уместно.

— Благодарю, леди Тессе, вы были крайне любезны! Ваша внимательность и самообладание помогли установить истину! Королевская семья вам крайне признательна!

Осталось только поклониться и выйти