Горячая попаданка для хозяина ледяных пустошей - Полина Миронова

— Да⁈ — я картинно округлила глаза. — Мне кажется, я вполне адекватно себя оцениваю. А вот вам, леди Лорелея, пора взять парочку уроков хорошего тона. Или как это правильно называется, когда человек занимает не то положение, которое заслуживает? А? Не подскажете? Рожденный свиньей не взлетит, как птица⁈ Любовница никогда не станет законной женой⁈ Что-то в этом роде. Я, правда, забыла, как дословно звучит пословица, но смысл вы поняли. Если родилась в семье захудалого графишки, то не воображай себя королевой бала.

Кто-то в толпе хихикнул. Давление магии нарастало, и лицо Лорелеи становилось все напряженней и злей. Она явно ожидала какого-то видимого эффекта, но я продолжала весело скалиться. Желание безопасности, как будто образовало вокруг меня невидимый пузырь. Он был гибким и подвижным, но я чувствовала, что его стенки способны выдержать удар соперницы.

— Ах ты, мерзкая развратная тварь! Подстилка! — неожиданно выкрикнула Лорелея и махнула рукой в мою сторону.

А вот дальше все происходило, как в замедленной съемке. Движением руки Лорелея послала в мою сторону несколько десятков крупных снежинок. Ее искаженное злостью лицо лоснилось от удовольствия. Я понимала, что попала, но не понимала насколько. Зря дразнила собаку, она сорвалась с поводка.

Между моим лицом и снежинками оставалось сантиметров двадцать, я уже видела, как блестят в искусственном свете их острые, как лезвия грани. Но тут на их пути встал ледяной щит. От удара снежинок он разлетелся, но сумел их сдержать: часть из них сломалась, часть сбилась с курса. Меня обдало фонтаном мелких ледяных осколков.

И время вновь убыстрилось. Рядом с моими ногами в каменный пол со звоном вонзились несколько снежинок. Ни хрена себе снежинки! Это же настоящее оружие! Вот только тут до меня дошла вся опасность, которой я сама себя подвергла. И меня затрясло. Лорелея могла меня запросто убить! А я самонадеянная дура! Я повернулась к бледной леди Меланьи и благодарно кивнула, от потрясения я даже говорить не могла.

— Вы видели! Покушение! — загудело со всех сторон. Лица девушек наконец-то стали испуганными.

Леди Меланья откашлялась и вдруг превратилась в настоящую королеву. Вот кому не нужно было никем притворяться. Безо всяких ухищрений в ней чувствовалась кровь царей. Лорелея так никогда не сможет, порода не та.

— Думаю, что все видели, как леди Лорелея покусилась на жизнь той, кого владетель приказал беречь? — вопрос леди Меланьи был риторическим, но девушки послушно зашумели. — Леди Фарингой, закуйте ее в наручники и вызовите владетеля Анкердорма.

Потрясенная леди Фарингой обреченно кивнула. Вся ее властность куда-то делась. Это была просто растерянная некрасивая женщина. Она щелкнула пальцами, и в ее руках появились цепи.

— Не смейте! — взвизгнула Лорелея и сделала шаг в сторону от леди Фарингой. — Не вам решать мою судьбу!

Она всплеснула руками, и вокруг нее взвился снежный вихрь. Ветер с силой закручивал снежинки, бросая их в лицо всем, кто стоял поблизости. Я закрылась ладонями, опасаясь, что этот вихрь мне глаза выцарапает.

А когда убрала руки, увидела, что Лорелея исчезла. Вместо нее на полу остался приличный сугроб снега.

Глава 27

Бастиан Анкердорм выругался и ускорил шаг. Кажется, он теряет контроль над происходящим в замке. Это может иметь катастрофические последствия для всех жителей мира. Придётся связаться с императором и рассказать, что в пустошах происходит нечто странное. И про демоницу-недемоницу Ильвину. Бастиан до боли сжал зубы. Все внутри протестовало против этого решения, но у него был долг перед империей, все кроме этого было не важно.

Дядя будет зол и огорчен. Когда Бастиан просил его посмотреть кровь Ильвины, он ни словом не обмолвился: ни кто она, ни зачем ему это нужно. А император, надеясь на его преданность, не потребовал объяснений. Но, похоже зря.

В душе бушевала настоящая буря из чувств. Давно позабытое ощущение, которое вернулось так внезапно, как будто он опять стал подростком. Бастиан просто не понимал, что с ним происходит. Неужели это из-за появления истинной? Хотя сейчас он даже не был уверен, что Ильвина его истинная, ведь метка рода так и не появилась. Она, конечно, родилась не в его мире, истинность могла проявляться по-другому, но…

Нет! Ничего не сходилось. Как Бастиан не крутил, логичного объяснения его поведению не было, оставалось надеяться на врожденное чувство, которое позволяет определять истинных. Ведь чувства не могли врать. Или могли? Хотя какие чувства⁈ Его поминутно кидало из крайности в крайность: от желания сжать ее в объятьях, до желания сломать тонкую цыплячью шейку.

А еще Бастиана пугало, что он всегда знал, где эта странная девчонка находится, и в каком она настроении и состоянии. Вот, например, в эту секунду он ощущал ее ярость. Почти так же остро, как если бы она была его собственная. Он улыбнулся. Ярость. От нее кровь бурлила в венах, заставляя помнить, что он все еще жив. Он остановился, смакуя это полузабытое чувство. Как освежает!

С тех пор как в пустошах погас его огонь, все вокруг посерело и потеряло смысл. Чувства и эмоции притупились, а какие-то просто исчезли. Ко всему Бастиан стал равнодушен, его ничего не трогало. Но он знал, что окружающих пугают бесчувственные болваны, поэтому вел себя так, как ожидали от грозного владетеля Ледяных пустошей. Не больше и не меньше. Злость, строгость, ярость — получайте и не жалуйтесь!

А сейчас Бастиан как будто ожил: все было по-настоящему! Почти. Он сердился, радовался, разочаровывался и испытывал желание. Бастиан уже успел позабыть, как это прекрасно и больно. Ильвина разморозила его, так же как пытается растопить его любимый замок.

Он ухмыльнулся и развернулся в сторону своих покоев. Он не пойдет к кристаллу связи с докладом императору. Разберется сам. Бастиану просто нужно больше информации: подключит свою и императорскую библиотеки. Тем более, скоро у него появится помощник. Он приказал Вальдусу вернуться в замок. Да, именно так Бастиан и сделает. Это его территория и его правила. Императору главное, чтобы запертые чудовища не вернулись в их мир. Они и не вернутся, Бастиан об этом позаботиться. Сам. А Ильвина: ему нравилось быть таким, какой он с этой самозванной леди. К демонам эту истинность! Пусть все идет своим чередом.

А потом его кольнуло чужим страхом. Что там у нее опять случилось⁈ Бастиан рванул в сторону гарема. Страх сменился обреченностью. Демоны, хоть бы успеть! Похоже, Ильвина влипла в очередные неприятности.

Вдруг вспомнилось, что он чувствовал, когда она сбежала из замка. Тогда он думал,