Хозяйка приюта упрямых чудес - Елена Амеличева

На этот раз ответ пришел не от голоса.

От источника.

Свет в колодце взметнулся выше, и на его поверхности вдруг возникли образы. Неясные. Смазанные. Как в воде, которую кто-то тревожит пальцами. Но различимые.

Я увидела длинный темный коридор.

Железные двери.

Детские руки на каменном полу.

Маленькую комнату без окон.

Клетки.

У меня свело живот от ужаса.

Рядом маркиз шумно втянул воздух.

- Это... - начал он.

- Да, - тихо сказал кот. - Память. Источник показывает то, что связано с метками дома.

Свет рябью пошел дальше.

Теперь в нем мелькнул мужчина. Высокий. Худой. В темном сюртуке. Лица почти не видно, только бледный профиль, очки и очень тонкие пальцы, перебирающие какие-то металлические кольца на столе.

Ной.

Лина.

Леви.

Еще дети.

Слишком много детей.

- Ронкс, - прошептала я.

- Скорее всего, - ответил кот.

Я почувствовала, как рука маркиза непроизвольно скользнула ко мне ближе. Не для красоты. Не для утешения. Для опоры. Моей или своей - я уже и сама не понимала.

- Почему мы это видим? - спросил он.

- Потому что источник показывает угрозу, - сказал кот. - И то, что связывает вас с ней.

- Нас?

- Дом. Детей. Вас обоих. Да, это уже общее, нравится вам или нет.

Я бы съязвила. Честно. Но в этот момент свет дрогнул снова, и у меня вырвался тихий вскрик.

Теперь в серебристой глубине было другое.

Северная усадьба с высоты.

Ночной сад.

Крыши.

Окна.

И тонкие темные нити, тянущиеся к дому со всех сторон, как щупальца паутины.

Они уже искали.

Уже тянулись.

- Он не знает точно, где дети, - сказал маркиз. - Но идет по следу.

Я повернулась к нему.

- Откуда вы...

И замолчала.

Потому что знала сама.

Просто знала.

Откуда-то изнутри.

Из связки.

Из проклятого серебряного света, который теперь делал нас слишком понятными друг другу.

Он тоже это понял.

Я увидела.

- Вы слышите мои мысли? - шепнула я.

- Нет. Не мысли. Скорее... направление.

- Это ужасно.

- Согласен.

- Прекрасно, что хоть в этом мы едины.

- Вы сейчас шутите от страха?

- А вы спрашиваете, уже зная ответ.

На мгновение его взгляд стал таким мягким, что у меня опять подвело колени.

- Да, - тихо сказал он.

Это "да" было сказано не только про шутку.

И я это почувствовала слишком ясно.

Свет между нами дрогнул сильнее.

Кот взмахнул хвостом.

- Осторожно. Если будете сейчас друг на друге зацикливаться, источник решит, что приоритеты расставлены, и пойдет дальше.

Я моргнула.

- Что значит "дальше"?

- Скрепит связку окончательно.

- Что?!

- Ну, я не думал, что вас удивит перспектива. После того поцелуя и взглядов...

- Лисфей!

- Молчу. Почти.

Маркиз тихо выдохнул. То ли от злости на кота, то ли от чего-то другого.

- Как остановить это?

- Либо отпустить.

Либо принять.

Третьего не дано.

- Какая отвратительная философия.

- Зато честная.

Я уставилась в свет. Он все еще обнимал запястья. Тянулся вдоль ладоней. Легко касался груди, как будто знал, куда бить сильнее.

Отпустить?

Принять?

Да я себя-то понять не успела. Только недавно мечтала о свободе, отдельном доме, яблонях и тишине. А теперь у меня:

- дети,

- приют,

- фамильяры,

- ночные чудовища,

- и мужчина, рядом с которым собственное сердце ведет себя как предатель.

- Кларисса, - очень тихо сказал он.

Я подняла глаза.

- Если для дома это необходимо...

- Не говорите так.

- Как?

- Как будто вы сейчас собираетесь опять сделать что-то благородное, а мне потом с этим жить.

Он замер.

Наверное, я сказала слишком честно.

Но остановиться не могла.

- Не надо решать за меня, Эдгар, - прошептала я. - Не сегодня.

Свет стал тише.

Мягче.

Будто слушал.

Маркиз смотрел долго. Очень долго. А потом медленно кивнул.

- Хорошо, - сказал он. - Тогда вместе.

И вот именно в эту минуту источник вспыхнул снова.

Не болезненно.

Не страшно.

Скорее как согласие.

Серебряные нити, связывавшие нас, на мгновение стали тонкими золотистыми веточками. Совсем как метки на детских руках. Потом скользнули обратно в колодец света и исчезли.

Я покачнулась.

Он тут же удержал.

Опять.

- Это уже входит у вас в привычку, - пробормотала я.

- Начинаю подозревать, что у вас тоже.

Я открыла рот, чтобы ответить, но не успела.

Потому что свет в колодце померк почти до дна.

А потом в самой его глубине вспыхнуло одно единственное слово.

Полдень.

Глава 28 Полдень, которого никто не ждет с радостью

- Ну вот, - сказал кот. - Источник тоже любит драматические намеки.

Я села прямо на каменный пол.

Нет, не в истерике. Просто ноги вдруг решили, что с них довольно. И, признаться, я была с ними совершенно согласна.

- Полдень, - повторила я. - То есть у нас ровно до полудня, чтобы все исправить, никого не потерять, не отдать детей Магистрату и не дать Ронксу до них добраться. Пустяки.

Маркиз присел рядом.

- Не "исправить". Выстоять.

- Очень воодушевляющая разница.

- Я стараюсь быть точным.

- А я стараюсь не завыть.

Он внимательно посмотрел на меня.

- Вам страшно?

Я уставилась в его лицо.

Вот до чего же он опасный человек. Спрашивает не "вы справитесь?", не "в чем проблема?", а просто - страшно ли. И ведь не отвертишься.

- Да, - честно сказала я. - Очень.

Он помолчал.

Потом тоже сказал:

- Мне тоже.

И вот после этого стало легче.

Совсем чуть-чуть.

Но честно легче.

Потому что, оказывается, не нужно быть бесстрашными.

Достаточно просто не бежать.

Кот тем временем уже ходил по краю источника, задрав хвост.

- Ну, раз вы оба наконец признали, что смертны, могу сообщить полезное.

- О, сделайте милость, - пробормотала я.

- До полудня прибудет не только инспектор.

Мы с маркизом одновременно посмотрели на него.

- Что значит "не только"? - спросил он.

- Источник показывает срок, когда пересекутся намерения. Магистрат. Ронкс. Дом. Вы. Все сойдется к полудню.

- А нельзя было сказать это чуть менее зловеще? - спросила я.

- Нельзя. Тогда эффект пропадает.

- Иногда я подумываю, что ты был бы чудесной меховой накидкой.

- Не выйдет, я линяю.

Маркиз поднялся первым и протянул мне руку.

Я посмотрела на его