Смирись, светлый мой! Твоя темная жена по любви - Лина Алфеева

* * *

В доме Аберга имелась полноценная портальная. Едва увидев арку, достойную двора светлой королевы, я уподобилась Змеюкис, соскользнула с плеча мужа и бросилась изучать артефакт. Когда же спохватилась, то обнаружила, что Картас куда-то ушел. Пришлось догонять. Точнее, я просто вышла в длинный, светлый коридор, по отсутствию окон поняла, что нахожусь в подземелье, нашла лестницу, чуть ли не бегом взбежала по ступеням и… замерла.

Передо мной был просторный холл, где собрались с три десятка мужчин и женщин в униформе слуг. Здесь были горничные, лакеи, работники кухни и стражи. Картас тоже был здесь. Он стоял с невозмутимым видом у вершины лестницы и ждал меня. Интересно, что бы он придумал, если бы меня не задержала арка портала? Как тогда успел бы всех собрать?

Потом обязательно узнаю, пока же я робко шагнула мужу навстречу, позволила ему взять себя за руку и подвести к собравшимся слугам.

— Жители Кристального замка, представляю вам свою жену леди Аманду Аберг и вашу госпожу. Прошу выполнять ее распоряжения, как мои.

— Надеюсь, мы подружимся, — мой голос от волнения сорвался на писк.

Я понимала, что должна сосредоточиться на людях и попытаться произвести впечатление, то самое первое, которое очень важное, но взгляд скользил мимо и никак не мог перестать рассматривать место, в котором я очутилась.

Этот холл был похож на самоцветную шкатулку. Такую красочную и яркую, что даже не верилось, что это удивительное место было создано по приказу Аберга. А все из-за ярких витражей в узких, высоких окнах. Они пропускали свет и разбрасывали на белоснежном полу и стенах тени, похожие на драгоценные камни.

Парадный холл. Здесь лорды и их леди встречали гостей, отсюда спускались по ступеням к выходу из…

Внезапно я поняла, что совершенно не знаю, где находится дом мужа. Как далеко от замка отца? С какими землями граничит? И как близко отсюда до большого города. Увы, за недолгую совместную жизнь я даже не выяснила, что у Картаса был свой замок. Думала, что он хочет запереть меня в окружении родни и отчаянно этому сопротивлялась.

А если бы я сразу знала, где Картас хочет организовать мне домашнее обучение? Отказалась бы я от возвращения в Агревуд? Стала бы заключать сделку с темной королевой?

Подумала и ответила предельно честно.

Стала бы.

Хотя дом Картаса был великолепен, но я хотела выучиться в Агревуде, получить диплом, посмотреть, какими магами станут мои одногруппники. Да я даже по старшекурсникам из последнего рейда скучала! Чего уж говорить об Эрне, Абриэль или Кевине. Судьба подарила мне не так много настоящих друзей, но каждый был для меня дороже всех самоцветов Дельтрана.

А еще я не привыкла быть в центре внимания. В доме дяди Даррена почти не было слуг, а большую часть работы выполняла магия. Сейчас же перед общим построением я почувствовала странную робость и никак не могла поверить, что я в самом деле стала леди этого места, что этот невероятный, залитый солнечным светом замок, в самом деле мой новый дом.

Зато Картас, в отличие от меня, четко знал, как ему поступить. Для начала он поблагодарил всех собравшихся, сказал, что время приема и более близкого знакомства пока не настало, потому что его жена, то есть я, смертельно устала. И ему нужно срочно уделить мне внимание.

Уделять мне внимание Картас решил на третьем этаже замка, куда взбежал по ступеням с такой легкостью, словно я была невесомой. Я ничего не успела толком рассмотреть, как он распахнул порывом магии какую-то дверь и внес меня в спальню со словами:

— Наша общая комната. Купальня тоже одна на двоих. Зато у каждого есть личный кабинет. Оба примыкают к спальне, что, согласись, очень удобно. Обычно при планировке замка, женскую комнату планируют, как будуар или гардеробную. Так что, если захочешь что-то изменить — скажи управляющему, он вызовет бытового мага.

— Картас… — я с улыбкой прервала поток слов, похожий на военный отчет. — Я не готова сейчас заниматься перестановкой в кабинете. Как ты сказал, я смертельно устала и, думаю, мне пора прилечь. Насколько я успела заметить…

Заметить кровать я успела. Это был крепкое широкое ложе, с резными столбиками по углам, но без пылесборника-балдахина. В деревне на кровати такого размера уместилась бы вся семья. Может, Картас купил такую кровать, чтобы было где разместить наших детей?

Не знаю, как так вышло, что я задала этот вопрос вслух. Меня чуть не уронили и, увы, не на кровать. Просто Картас споткнулся на ровном месте.

— Аманда, ты единственная, кому удается выбивать почву из-под моих ног, — ничуть не смутился муж и бережно опустил меня на покрывало.

— Сожалею, — тихо выдохнула я.

Потому когда Картаса склонялся надо мной, заслоняя своей широкоплечей фигурой все вокруг, он и становился моим миром. Я видела только его, слушала только его и отчаянно боялась, что нашу сказку порвут неведомые упыри.

— Какие еще упыри? Мы же на светлой стороне Дельтрана, — чувственно улыбнулся муж, присел рядом и начал снимать с меня туфли.

— Исключительно светлые и находящиеся на должности светлых жрецов, — мрачно пошутила я.

Глава 8

Глава 8

Думала, Картас захочет обсудить произвол светлых храмовников, которые явно обнаглели и плели свои светлые интриги, но муж, избавив меня от туфель, начал нежно и очень сосредоточенно массировать мои ноги.

И сразу стало ясно: разговора о жрецах не будет. Не сейчас. Поэтому я привстала на локтях и попросила:

— Поцелуй меня, Картас.

Я не заметила, когда муж успел разуться, зато скорость, с которой он сбросил китель и, щелкнув пряжкой, вытащил ремень из штанов, поразила. Вот уж точно, кто привык одеваться и отправляться на отбой по спичке. Зато в другом Картас был восхитительно медленным. Он заставлял меня извиваться на постели, стонать так бесстыдно, сметал все запреты, так что я сама целовала его жадно, изучала дерзко, когда же он опрокинул меня на спину и накрыл своим телом, я уже не могла ни о чем думать. Пила его поцелуи, обнимала и возносилась к вершине с каждым движением соединённых тел. Когда же волна вознесла меня ещё раз, я прокричала имя Картаса, услышала, как он сдавленно произнес мое, я осознала, что готова прожить вот так всю жизнь, причем даже не выбираясь из постели.

* * *