Смирись, светлый мой! Твоя темная жена по любви - Лина Алфеева

Картас повалился на кровать, заложив руки за голову.

— Да. Я очень властная жена, — понятливо включилась в игру я.

Картас кивнул, давая понять, что готов терпеть все наглости и требования…

И, собственно, да, ласки я требовала нагло, провоцировала поцелуями, как умела, и вскоре Картас не выдержал и накрыл меня своим телом, унося нас обоих в море страсти и нежности.

* * *

В Агревуд я возвращалась со странной смесью предвкушения и робости. Я соскучилась по занятиям и в особенности по учебной лаборатории, куда за разумную взятку в любое время дня и ночи меня пускал зельевар Торк. Мне безумно хотелось обнять Абриэль, уважительно приобнять Эрна, исключительно по-дружески расцеловать Кевина.

Да что там говорить, я даже по несносной Селине соскучилась!

Интересно, как отреагирует заклятая подруга на новость о моем замужестве? Помнится, она намекала, что у нее на нового ректора свои планы.

Но думать надо было не только о Селине. Благодаря размаху свадебной церемонии весь Агревуд теперь знал, что я жена Картаса Аберга. О приемах королевы Катарины всегда писали в прессе. Значит, мы с Абергом тоже попали на первые полосы.

Бр! Да и только!

— Замерзла? — муж обнял меня за плечи.

Мы как раз выходили из портальной, в которой никого не было. Но я с трудом заставила себя не шарахнуться от Аберга. Коридор в административном здании тоже был пустой, но, едва мы выйдем наружу, нас сразу увидят адепты, любящие сидеть на лавочках возле здания с химерой. Рядом с ним на информационном стенде вывешивали важные новости, вот народ и роился рядом в надежде поймать свежие сплетни.

И что подумают обо мне с Картасом? Не будут ли считать, что мне теперь положена особая протекция, как жене ректора?

Я всегда выступала против вмешательства родственных связей в учебу, но теперь получалось так, что я стала одной из тех, чьи личные связи были весомее некуда.

Отчасти нам повезло. Учебный день был в самом разгаре, так что если кто-то и прогуливал, делал это он точно не рядом с преподавательскими кабинетами и ректоратом. Мы с Картасом уже обсудили, что я приступаю к учебе завтра. Муж считал, что мне нужен день, чтобы я привыкла к новому статусу. А точнее, чтобы я привыкла к реакции окружающих на него. Один день. Вполне возможно, что мне и недели не хватит!

Картас без стеснения поцеловал меня на прощание, я охотно ответила на поцелуй, раз он проходил без зрителей, но стоило мне направиться к дорожке, петляющей между парковых кустов, как муж меня окликнул:

— Куда это ты? Корпус темных леди чуть дальше по центральной аллее.

Могла бы соврать, что хочу немного размять ноги, но решила, что не стоит утаивать от Картаса, что у меня на душе. Он и так догадается, но поймет, что я скрытничаю, и получится совсем неловко:

— Если пройти там, то можно обойти общежитие Темных леди с черного входа и очутиться в комнате никем не замеченной.

А если пройти по центральной аллее, то окажешься на площади между корпусами светлых и темных. И вот там-то точно кто-то нас увидит, а если наш выход еще и с учебной переменой совпадает…

Я поморщилась. Такое внимание мне совсем не сдалось. Змеюкис, кстати, полностью разделяла эту же точку зрения, поэтому куда-то пропала еще в портальной. Причем с таким невозмутимым видом пролезла через запертую дверь впереди Картаса, что он задумчиво хмыкнул, что в академии надо бы усилить запирающие руны.

— Получается, моя внезапно струсившая жена не будет наслаждаться моральной победой на теми, кто над ней издевался?

— Скажешь тоже! Их выпады слабо походили на издевательства. Скорее, жалкие попытки возвыситься за мой счёт. Большая часть из них, кстати, провалились, поэтому…

— Я решил тебя проводить.

Нет, серьезно?

Я обернулась. Картас стоял и смотрел с улыбкой мужчины, который точно знал, что получит желаемое.

— Мне нужна эта минута славы.

— Пф! Скажешь тоже. Ты же ректор академии.

— А ты одна из самых желанных девушек. Так что мне есть чем гордиться.

Если Картас думал меня отвлечь таким вот несерьезным разговором, то у него плохо получилось. По мере приближения к площади, по обе стороны от которой стояли жилые корпуса, мой шаг замедлялся.

— Что за брошь ты подарила королеве?

— О! Я думала, ты уже и не спросишь.

— Сначала было не до того, а потом в замке стало совсем не до того. Не хотелось тратить время на обсуждение дел.

— Так ты считаешь мое артефакторское искусство — деловой частью? — игриво уточнила я.

— Конечно. Как глава семьи я должен думать о ее финансовом процветании. А твой талант может поправить мое материальное положение.

— Шутишь?

— Отчасти. Ты была выгодной невестой. А женой станешь так вообще бесценной.

И снова Картас насмехался, но у меня от его шуток на губах появилась ответная улыбка.

— Боюсь, я не смогу полностью ответить на твой вопрос. Катарина посвятила меня в личную тайну. Могу сказать только, что брошь хранит иллюзию воспоминаний.

— Тетя Нина помогла?

— Да. Она смогла отделить иллюзию, я ее поймала и запечатала в брошь. Боюсь, это сложно объяснить. Я и сама до конца не понимаю…

— Все благородные темные леди по натуре созидательницы, как и светлые. Природа вашей магии изменилась, когда этот мир стал расколот на две части. Но желание творить и создавать имеет более глубокие корни.

— Вот только темные леди предпочитают не утруждать себя изучением магии. Им кажется, что достаточно просто передавать ее детям.

— Рождение ребенка тоже вполне раскрывает созидательную суть любой темной леди, — неожиданно объявил Картас.

Причем произнес это так спокойно и уверенно, словно давно это знал. Что до меня, то…

— Никогда не думала об этом в таком ключе. И…

Слова замерли на губах, потому что я внезапно обнаружила, что во время беседы мы подошли к общежитиям, точнее, мы прошли половину пути мимо зданий, где уже собралась порядочная толпа.

Здесь были и старшекурсники, и мои одногруппники. Взгляд выхватил улыбающуюся физиономию Кевина. Я поняла, что он вот прямо сейчас что-то ляпнет этакое за мгновение, как услышала:

— Поздравления новобрачным! Пусть ваши узы радуют вас изо дня в день и дарят хорошее настроение!

Вот зараза! Ты еще скажи, что ректор должен стать добрее, особенно на утренних построениях. Внезапно я