Богиня палящего солнца - Натали Гартманн

– Отсюда должен быть другой выход.

Я взяла факел и начала водить им возле каждого камня. Но пламя не шевелилось. Я обходила камень за камнем. И вдруг огонь колыхнулся, а это значило только одно – за стеной была пустота.

– Это здесь! – закричала я и со всей силы надавила на камни. Арай пришел мне на помощь, и стена поддалась. – О боги! – За дверью мы увидели очередной зал. Он больше напоминал больничную палату: это была просто комната, выложенная белой плиткой. Здесь царила идеальная чистота. Посередине стоял каменный пьедестал, который был мне по пояс. – Арай, а это не может быть тем, что мы ищем? – указала я на металлический шестигранный предмет. – Я словно чувствую, как этот предмет манит нас к себе.

– Похоже, да.

Я потянулась к необычному предмету, но Арай остановил мою руку.

В этот момент земля затряслась у нас под ногами и мы услышали какой-то громкий звук.

– Дверь открывается! – закричал Умут.

– Мира, беги быстрее обратно! Я за тобой!

Я пыталась запихнуть цилиндр в рюкзак на ходу. Камни валились с потолка, мы протискивались в узкие коридоры – дело было не из легких.

– Быстрее, Мира!

Я бежала со всех ног, оглядываясь на Арая и Умута. Мы выскочили в последний коридор.

– Бако, Руда! – крикнула я.

Меня резко выдернули из коридора за руку. Мужчины тоже выбрались наружу. Я слышала, как сзади рухнула каменная колонна и земля начала трескаться. Мы оказались на плите, перед нами зияла пропасть.

– Царица, дайте мне руку, я вас перекину на ту сторону! – сказал Бако.

Выбора не было. Мужчина закружил меня и метнул. Я упала прямо в кучу песка. Рядом приземлился Умут. Я подняла голову и увидела, как Руда, разбежавшись, оттолкнулась копьем и упала рядом, за ней – Бако.

Арай все еще оставался на плите. Она начала трескаться, поднимая облако пыли, так что ничего не было видно. Все строение с гулом уходило под землю.

– Арай, Арай, нет!

Тонны песка поднялись в воздух и образовали непроглядную стену. В этот момент мое сердце просто вырывалось из груди. Я медленно опустилась на колени. Не может быть, чтобы он не выбрался. Все ждали, затаив дыхание. И вдруг из пыльного облака вышел Арай. Я тут же кинулась к нему.

– Ты цел? Почему так долго? Думала, ты умер! – Я колотила его в грудь.

– Ну, раз я не умер сам, ты решила меня убить?

– Ладно, нам надо успокоиться, мы все живы, – уговаривала я себя.

– Боюсь, это ненадолго… – протяжно проговорил Арай.

Глава 7

Я обернулась – перед нами стояли всадники. Даже не слышала, как они подъехали. Вооруженные огромными саблями, выглядели не очень дружелюбно.

– Манжары, – сказал Арай.

Те поворачивали лошадей и освобождали дорогу.

– Вы поедете с нами, – приказал предводитель. Голос был звонким и грубым. Я взглянула в его яркие карие глаза. Он пристально смотрел только на меня.

Предводитель был облачен в национальную одежду, а лицо закрыто плотной черной маской. Конь чернее ночи – олицетворение красоты и мощи – был под стать своему хозяину. Черные ленты, вплетенные в гриву коня, развевались на ветру, и это придавало ему некую мистичность.

– Делай то, что они говорят, – велел Арай.

Мы сели на наших лошадей и двинулись за манжарами.

– Они просто не знают, что я богиня, – гордо сказала я. Арай усмехнулся.

– Богине Сахмет они не поклоняются.

– Мы могли сразиться с ними.

– Они на нас не нападали. О них слагают легенды, в детстве мне их рассказывал кто-то. Манжары – хранители древних тайн, до сих пор их никто никогда не видел. Да и мало кто верил, что эти призраки пустыни существуют.

– Но они очень даже реальные.

Время подходило к вечеру, когда все наши спутники одновременно остановились. Позже один из манжаров протянул нам повязки.

– Завяжите себе глаза.

Я посмотрела на Арая. Он кивнул. Я выполнила приказ, но чувствовала, что потом сотню раз пожалею об этом. Мы двинулись дальше. Не знаю, сколько прошло времени, когда кто-то остановил мою лошадь.

– Я помогу вам спуститься, – невидимый мужчина придержал меня за талию. – Мы вас проводим.

Кроме темноты, я ничего не видела и шагнула вперед, но тут же запуталась в своей одежде и начала падать. Сильные руки поймали меня, и я почувствовала чужое дыхание на своих волосах. Незнакомец поднял меня и куда-то повел. Мы спускались по лестнице, потом резко остановились, и мне наконец-то развязали глаза.

Глаза привыкли к свету, и взору открылся большой город.

– Это Иерихон! – объявил предводитель. Я стояла с открытым ртом и внимательно все рассматривала.

Улочки, по которым неторопливо ходили люди, составляли небольшие домики с яркими занавесками на окнах. Я подняла свои глаза, но не увидела неба – пол, потолок и стены были одного цвета.

– Мы что, под землей? – Предводитель кивнул. Дышать здесь было на удивление легко.

Нам выделили два довольно уютных дома с кроватями и пестрыми коврами на полах, окна прикрывали неплотные занавеси.

– Вы пока можете отдохнуть.

– Нет, сперва я хочу услышать, зачем вы нас сюда привезли. – Я посмотрела на предводителя. Он кивнул на выход, приглашая меня пройти с ним. Арай двинулся следом, но мужчина его остановил:

– Не бойся, ей ничего не угрожает, она здесь в безопасности.

Мы шествовали по каменным улочкам. Здесь люди не скрывали своих лиц, женщины носили длинные прямые яркие платья, а мужчины – брюки и рубашки из легкой серой ткани. Наконец, мы пришли в дом, внешне мало отличавшийся от других. Внутри жилище было скромным: никаких ярких красок, две комнаты, из мебели только кровать, стол, два стула из массива дерева, у стены – каменные полки со множеством книг.

– Присаживайся, пожалуйста. – Мой проводник указал на стул и удалился. Но я осталась стоять и вертела головой по сторонам. Не было заметно ничего подозрительного.

Услышала тихие шаги и обернулась. Вошла женщина.

– Дитя, ты, наверное, проголодалась? – Она поставила поднос на стол. Аромат от него шел бесподобный. Там лежало мясо, свежие лепешки, паста, горячий чай.

– А как же мои друзья?

– Не волнуйся, о них тоже позаботились.

Она оказалась добродушной и милой: длинные белые волосы, спадающие на плечи; добрые светло-карие глаза, в которых читалась печаль.

– Спасибо, Айя, дальше мы сами.

Я обернулась – из соседней комнаты вышел молодой мужчина, на вид не более тридцати лет. Высокий, худощавый, в обтягивающих кожаных брюках, свободной белой рубашке с закатанными рукавами и незатянутой шнуровкой на груди. Скулы хорошо выражены, щеки немного впавшие, прямой нос, пухлые губы. Светлые кудрявые волосы убраны назад. Карие глаза от горящих свечей стали медового оттенка. Они были бы пронзительными