Богиня палящего солнца - Натали Гартманн

– Да, – улыбнулся он. Бару все чаще делал это, как я заметила. Но сразу как будто осекался, словно мысленно ругал себя за улыбку, и вновь становился угрюмым. – Я там бываю редко. Не самые лучшие воспоминания возникают.

– Ну тогда идем туда вместе.

Старый город я представляла себе как несколько ветхих домов, одиноко стоящих на мрачных улицах. Бару подошел к первому дому и зажег масляную лампу. И так он зажигал каждую последующую лампу, чтобы подсветить нам путь. Мы добрались до нужного дома. Бару встал возле стола, слегка касаясь его пальцами, и просто смотрел. Я молчала, чтобы не мешать. Затем подошла к нему и коснулась плеча.

– Если тебе тяжело, давай уйдем.

– Моя мать так утопала в своем горе, что не могла расстаться с вещами моих братьев и каждый день сидела, перебирая их. Ее не стало, когда мне было четырнадцать, а затем почти сразу после не стало и отца.

– Ты хотя бы знаешь, кто твои родители. Мне даже тут не повезло. – Мы посмотрели друг другу в глаза: две души, которые хотели залечить свои старые раны.

В другой комнате стояла кроватка, в ней я увидела красивую деревянную лошадку.

– Это была любимая игрушка моего брата, я ее вырезал для него. Если она тебе нравится, возьми себе.

– Нет, что ты?!

– Ну правда.

– Спасибо. – Я нежно прижала игрушку к груди.

Бару простукивал стены, но ничего не находил. Он проверил каждый сантиметр. Затем подошел к родительской кровати и попытался ее сдвинуть.

– Мира, помоги мне, пожалуйста.

Мы с большим усилием сдвинули ее с места. Все за ней было в пыли. Бару принялся ладонями очищать каменные плиты, я склонилась к нему.

– Смотри! – Я указала на какое-то изображение на каменной плите. Это была стрела.

Мы переглянулись. Бару вскочил на ноги, заходил из комнаты в комнату, бормоча: «Где же он?», и вскоре вернулся с огромным молотом.

– Отойди-ка, Мира.

Он со всей силы начал пробивать пол в отмеченном месте. Дыра становилась все больше и больше. Бару зажег стоявший на окне фонарь и посветил в темноту отверстия – прямо под нами был ход с лестницей.

– Я пойду первым, ты – за мной.

Мы медленно спустились и попали в комнату.

Там не было ничего особенного на первый взгляд: шкафы, какие-то книги, свитки. На одной полке что-то лежало, скрытое черной тканью. Бару стянул ее – и нам в глаза ударил яркий свет, вся комната наполнилась им. Глаза понемногу привыкли, и мы увидели золотой лук на деревянной подставке, а рядом три стрелы. У меня дух захватило. Мы стояли как завороженные.

– Он все-таки существует! – воскликнул Бару.

Лук был сделан из метеоритного золота, а его тетива – это нить судьбы, выменянная на чистую душу у Анубиса. Я подошла к луку и робко взяла его в руки. Он засветился еще ярче. Легкая дрожь пробежала по моему телу.

– Мира, с этим оружием ты станешь непобедимой, и теперь ты можешь повлиять на исход битвы.

Перед сном я вновь сделала запись в дневнике.

Я поняла, что теперь не одна. Если я буду падать в бездну, то ухвачусь за его руку. Бару протянет ее мне, несмотря ни на что. Он появился в моей жизни тогда, когда все рушилось и я не видела никакой цели впереди. Сейчас я запуталась еще больше и не знаю, что будет дальше. Но точно знаю: Бару не даст мне упасть.

Глава 8

Словами было не описать, как я скучала по Араю, и чем ближе мы с Бару подъезжали к лагерю, тем сильнее билось мое сердце. Мы с ним ехали впереди, а его люди – неподалеку следом. В голове я уже миллион раз повторила те слова, которые скажу Араю при встрече. Всю дорогу мы молчали: говорить мне совсем не хотелось.

– Мира, тебе надо отдохнуть! Мы уже много времени в дороге.

– Я не устала. Едем.

Солнце палило безжалостно. Наконец, перед нами открылся лагерь с поднимающимися над ним столбами дыма. Я посмотрела на Бару:

– Что это может быть?

Я погнала лошадь галопом, не видя ничего вокруг. Почти влетела в поселение, попыталась успокоить лошадь, но она закружилась на месте. Я спрыгнула на землю и оторопела: некоторые шатры сгорели дотла.

– Что произошло? – кричала я и металась между людьми.

Шестеро всадников двигались мне навстречу. Их вороные лошади были в защите с шипами. Ехавший впереди всадник показался мне знакомым. Я присмотрелась – это был Исар.

– Что вы здесь делаете? – удивленно спросила я.

– Мы следили за отрядами Теней. Когда они напали на лагерь, мы оказались неподалеку.

Подошла Набия:

– Добро пожаловать, царица.

– Набия, что тут случилось, скажи!

Девушка стояла с опущенной головой, на ее глаза навернулись слезы.

– Арай… – выдавила она.

Я понеслась к нему в шатер. Влетела внутрь вихрем – и все вокруг потеряло смысл. Я увидела лежащего на постели Арая: на нем не было живого места. Две женщины-лекаря хлопотали рядом. Одна готовила какие-то снадобья, другая обрабатывала раны. Возле кровати сидела и плакала Алара. Стало тяжело дышать. Я отвернулась, чтобы вытереть слезы, и сделала глубокий вдох.

– Где ты была? Где шлялась, когда мы так нуждались в тебе? – накинулась на меня Алара.

– Тише, пожалуйста! Ему требуется покой, – сказала лекарь, а я оттолкнула Алару с пути.

Тело Арая было в ссадинах, на груди лежала повязка, мокрая от крови. Женщина убрала ее, и я увидела огромную рваную рану. Губы стали фиолетово-розового оттенка.

– Арай, открой, пожалуйста, глаза. Я прошу тебя. – Я посмотрела на лекаря. – Он же поправится?

– Мы сделали все, что в наших силах.

– Он должен жить! – закричала я. У меня началась истерика. – Арай, пожалуйста, очнись!

В шатер зашел Бару:

– Мира, пойдем, ты в таком состоянии ему не поможешь.

– Идите, царица, мы не оставим его, – поддержали мужчину целители.

– Иди-иди. Все самое худшее ты уже сделала, – бросила мне Алара. Я хотела, чтобы она замолчала, и кинулась к ней. Алара испугалась и отскочила. Бару ухватил меня за локоть и держал крепко. – Мой дедушка тоже погиб из-за тебя. Если и с Араем такое случится – его кровь будет на твоих руках.

– Что? Старейшина?!

Внутри все оборвалось, ноги подкосились. Бару подхватил меня и попытался поднять. Но сил стоять самостоятельно не было, поэтому он взял меня на руки и понес в мой шатер, где положил на кровать.

Вбежала Набия, принесла воды, и я сделала пару глотков.

– Госпожа, Руда отчаянно сражалась, но Теней было слишком много, и… и они ее убили.

Боль разрывала меня на части. Не в силах сдержаться, я рухнула на подушку и зарыдала.