Богиня палящего солнца - Натали Гартманн

старейшины, Сет пронзил богиню золотым копьем. Со временем я поняла, что мои сны и эти видения как-то связаны. Но я не все могла в них разобрать. Высшие боги приговорили Сахмет к смертной казни. И тогда она обрушила свой гнев на город, похоронив его под песками.

– За что же ее обрекли на смерть?

Я знала ответ на этот вопрос, но даже самому Бару не могла об этом сказать. Сказать, что она просто не отказалась от своей любви и поэтому не ответила на его вопрос.

– Сет ранил Сахмет, но не убил.

Бару занервничал:

– Кто же это был?

– Верховный бог Амон-Ра. Он пронзил Сахмет копьем и отправил ее душу в колыбель жизни для следующего перерождения.

– Значит, Сет – не единственный наш враг.

Я кивнула.

– Мои сны и видения очень спутанные, я вижу только отдельные фрагменты общей картины. Бару, богиня сказала, что настанут дни – и она не сможет мне помочь. И если временами я чувствовала ее присутствие, то сейчас больше ее не слышу. – Я была очень напугана. Бару положил руки мне на плечи.

– Мира, ты сильнее, чем думаешь. Ты со всем справишься.

– Я не настолько сильная, чтобы противостоять Сету и его армии Теней.

– Люди верят в тебя, твоя сила в тебе самой, а не в богине. И сила эта вот здесь. – Он указал на мою голову. – И здесь, в твоем сердце. А теперь успокойся и готовься к коронации, все люди ждут свою царицу. – Бару взял мою руку и поцеловал ее.

– Спасибо за то, что ты есть, – прошептала я.

В шатер вошла Набия.

– Госпожа, – ее голос отвлек меня. В руках она держала большой сверток, а на столе уже стояла высокая деревянная коробка.

Девушка аккуратно уложила мои длинные волосы назад. Нарисовала стрелки, подвела мои глаза – они стали более выразительными. Нанесла разные масла на мои плечи и руки. Шатер наполнился ароматами неизвестных мне цветов, фруктов и специй.

Затем Набия отошла, открыла сверток и повернулась ко мне. У нее в руках было невероятной красоты платье из белого полупрозрачного шелка. Я взяла его, чтобы лучше рассмотреть. Оно оказалось невесомым, с неширокими бретелями и длинным шлейфом. Девушка помогла мне надеть его. Вдруг возникло ощущение, что оно сшито именно для меня. Плечи и руки оставались открытыми. Платье облегало мое тело, а вот вырез был огромным: он оставлял открытой бо́льшую часть груди и спускался к животу. Мне стало не по себе.

– Почему я на свою коронацию должна идти полуголая?

Набия лишь усмехнулась. Я стояла перед зеркалом и привыкала к своему виду. От бретелей платья спускались ленты такой же длины, что и шлейф.

Набия следом достала юбку, что струилась широкими, тяжелыми лентами и завязывалась поясом, украшенным фигурным золотым узором. Ленты были расшиты золотом и камнями и широко расходились в стороны. Набия аккуратно положила мне на плечи и застегнула на шее массивное, весом около двух килограммов, расшитое камнями украшение. И оно, слава богам, немного прикрыло мою грудь. Длинные серьги доставали до плеч. Золотые браслеты охватывали мои запястья. Я смотрела на себя и просто слепла от блеска наряда. Мы вышли из шатра, когда солнце уже заходило и цеплялось последними лучами за золотые пески. Мое платье сверкало, я медленно шла, а сердце готово было выпрыгнуть из груди.

– Госпожа, позвольте, я вам кое-что скажу?

– Конечно. Говори, Набия.

– Когда вы болели, Арай приходил сюда каждую ночь. Запретил мне об этом говорить, но постоянно узнавал о вашем состоянии.

– Спасибо, но мне это неинтересно.

Моя коронация должна была состояться в шатре советов на стыке дня и ночи. Это древний обряд, который подготавливали старейшины, ведь считалось, что только в момент, когда день сменяет ночь, мы являемся теми, кто мы есть.

Солнце покидало землю, а свет полной луны только начинал освещать ее. Я наполнялась их силой и энергией. В шатре собралось много людей. Дорога к золотому трону была устелена красными коврами. Вокруг стоял гул зрителей, я медленно шла и пыталась совладать со своими эмоциями. В этот момент на меня смотрели тысячи глаз. Наконец, голоса смолкли, в воздухе повисла такая тишина, что я слышала только биение своего сердца, да Алара шумно пробивалась в первые ряды, расталкивая окружающих.

Бару и Арай встречали меня подле трона.

– Царица, мы рады видеть тебя в добром здравии, – сказал Арай, не глядя на меня. Но я ничего ему не ответила.

Люди не отводили от меня взглядов, в их глазах горела надежда, а на лицах сияла улыбка.

К трону вели три ступени.

Арай и Бару одновременно протянули руки, чтобы помочь мне. Я посмотрела на Бару и взялась за его ладонь. Он склонился ко мне, шепнув:

– Подними голову повыше и больше не опускай ее.

Его слова придали мне сил. Я расположилась на троне, выпрямила спину и гордо подняла голову.

Все люди стояли передо мной, впереди были Арай, Бару и Исар. Из толпы вышел старейшина из совета пустынников. Набия рядом с ним держала раскрытую деревянную коробку. Там лежала золотая корона. Старейшина достал ее. Это был золотой обруч с длинными золотыми перьями. Между ними красовался диск, олицетворяющий солнце. Она была прекрасной и, скорее всего, весьма тяжелой. Старейшина принялся что-то говорить. От эмоций у меня закружилась голова. Все присутствующие принялись повторять слова за старейшиной. Затем он приблизился, надел на меня корону, и я ощутила ее вес.

Поднявшись с трона, я окинула всех взглядом:

– С этого дня и до последнего своего вздоха я буду вас защищать. Нас ждут страшные времена, но только вместе мы сможем преодолеть все испытания.

Бару и Арай стояли прямо передо мной, склонив головы и приложив правые руки к сердцам: так они выражали свою безграничную преданность.

– Преклоните колени перед царицей! – торжественно произнес старейшина.

Все начали опускаться на одно колено, прижимая правую руку к груди. Я стояла и смотрела на своих людей сверху. Они видели во мне свое спасение. Не могла допустить, чтобы кто-то из них погиб.

В лагере этой ночью было шумно: люди танцевали, пели и играли на музыкальных инструментах. Я порядком устала, корона была тяжела, как и моя участь. Да и привычная рубашка и кожаные брюки были намного удобней, чем это шикарное платье.

Бару стоял в одиночестве, и я тихо к нему подошла. Он обернулся и совсем не удивился, увидев меня, будто знал, что я приду.

– Они все сейчас такие счастливые…

– У них появилась надежда. Ты хорошо держалась. – В его глазах отражались огни ночных костров, они просто зачаровывали.

– Благодаря тебе. Хотела сказать спасибо. – Я пыталась подобрать слова. Взглянула на него – он был выше меня