Малыш для наемников - Криста Вулф

бесцельно гуляя по улицам и паркам Бостона; мы пообедали вместо завтрака, заглянули в португальскую пекарню за самыми мягкими и вкусными бисквитными пирожными, а затем в какую-то неприметную забегаловку, где подавали, пожалуй, лучший кофе из всех, что я когда-либо пробовала.

Гулять по Бостону в сопровождении трех невероятно горячих мужчин было определенно потрясающе. Мужчин, которые были гораздо большим, чем просто друзьями или даже любовниками, потому что все трое были будущими отцами моего ребенка.

Не твоего ребенка.

Нет, разумеется, нет. Но делать это для них было невероятно и трогательно; мне не терпелось увидеть радость на их лицах, когда я рожу им малыша. Тот неизбежный шквал любви, привязанности и внимания, который обрушится на этого ребенка, определенно станет легендарным, и я была просто в восторге от того, что смогу это застать.

Вернее, хотя бы стать частью этого.

Честно говоря, я даже не была уверена, что произойдет после рождения ребенка. Очевидно, что я была его матерью лишь в биологическом смысле, и я убедила себя, что отдать его будет легко — особенно когда всё казалось таким клиническим и анонимным.

Но что насчет сейчас?

Внезапно я перестала что-либо понимать. Да, парням нравилось, что я стала частью их жизни; они заботились обо мне, защищали и полностью поддерживали — поддерживали вплоть до того, что эти мужчины, которые всегда мечтали о ребенке, из кожи вон лезли, чтобы помочь мне осуществить мои собственные мечты.

Единственный вопрос заключался в том, смогу ли я справиться с тревогой из-за расставания с ними.

Я отложила эти и все остальные мысли в сторону, когда этот поистине легендарный день подошел к концу: вместо того чтобы возвращаться домой, парни отвезли меня на работу — в любом случае у меня там было несколько сменных комплектов одежды, к тому же это имело смысл, учитывая, что у них в городе находилось две машины.

Как ни странно, ни один из них не обмолвился ни словом о прошлой ночи: возможно, им было стыдно за то, что они нарушили договор, или неловко за свою минутную слабость. Так или иначе, чем больше времени проходило, тем сложнее мне было завести об этом разговор; упоминать об этом казалось почти неловким, особенно если это оказалось лишь разовой акцией по «выпусканию сексуального пара».

Поэтому я пошла на работу без однозначного ответа. Сегодня вечером я управляла кухней железной рукой, быстро приведя команду в чувство и сведя проблемы к минимуму; я никого не отпускала, пока не был обслужен последний посетитель, пока не отмыли каждую кастрюлю, не заперли двери и не выключили свет.

Ожидая на парковке, я обнаружила тихо урчащий пикап Эвана. Я забралась внутрь, смутно гадая, что подумает закрывающий смену персонал, увидев, как я уезжаю с каким-то густо зататуированным парнем с огромными руками, но очень быстро решила, что мне абсолютно плевать.

— Хороший вечер на работе?

— Фантастический вечер на работе.

Его плутовская улыбка вызвала у меня воспоминания о прошлой ночи, отчего между ног пробежала легкая дрожь.

— Тогда поехали домой.

Я счастливо вздохнула, вытянув ноги и потянувшись вниз, чтобы помассировать уставшие ступни. Руки Эвана сексуально напряглись, когда он вывез нас из города, переключился на пятую передачу и откинулся в кресле, когда мы выехали на шоссе.

Обожаю горячих парней, которые водят на механике, — напомнил мне голос в голове.

— Еще раз спасибо за сегодняшний день, — сказала я ему. — Выбраться куда-то вот так… это как раз то, что мне было нужно.

И это было правдой; ничто не вырывало меня из рутины «работа-сон» так эффективно, как долгие прогулки на свежем воздухе.

— И еще большее спасибо за все остальное, — более серьезно добавила я. — Никто никогда не делал для меня ничего подобного. Даже близко.

— Что ж, это чертовски прискорбно, — сказал он, и сказал совершенно искренне. — Потому что такой человек, как ты? Тот, кто готов выносить ребенка, чтобы помочь другим осуществить их мечты о семье?

Его голос дрогнул, и я почувствовала в нем эмоции.

— Такие люди, как ты, — одни на миллион, Куинн.

Я была тронута и снова почувствовала себя польщенной: мне не казалось, что я заслуживаю такого признания, ведь я не делала ничего из ряда вон выходящего.

Все с таким же севшим голосом я все равно поблагодарила его.

— И все же, я поверить не могу, что вы пошли на все эти хлопоты, — сказала я ему. — И то место — оно идеально. У меня было на примете несколько точек в центре, но все они были временными: некоторые сдавались в порядке живой очереди, а разрешение, на которое я подавала заявку, ну…

Я осеклась и выпрямилась.

— О, черт! — ахнула я. — Оформление разрешения занимает минимум месяц! И это только после инспекции, так что…

— Думаешь, мы об этом не подумали? — небрежно бросил Эван.

Я повернулась, снова лишившись дара речи, а его улыбка стала еще более самодовольной.

— Серьезно?

— Мы знаем парня, который знает нужного парня, — просто ответил Эван. — Так всегда.

Мне хотелось спросить его, как такое вообще возможно: как трое мужчин, запертых в уединенной крепости, могли иметь такое влияние на столь многие вещи.

— Поверь мне, — сказал он, уловив ход моих мыслей. — Мы все устроим.

Эван протянул руку, и я взяла ее. Приятное тепло разлилось по телу, когда наши ладони соприкоснулись, а пальцы сплелись так естественно, словно мы делали это тысячу раз.

— Я так вам признательна, — сказала я. — Больше, чем вы можете себе представить.

Он мягко сжал мою руку; его покрытое татуировками предплечье напряглось под какой-то сексуальной надписью на латыни.

— Ничто не сравнится с той жертвой, которую ты приносишь ради нас, — он торжественно покачал головой. — Ничто.

Ворота широко распахнулись перед нами, и мы наконец подъехали к дому, который по какой-то причине выглядел темнее обычного. Когда мы выезжали из Бостона, накрапывал легкий дождик, но теперь то, что начиналось как летняя морось, превратилось в настоящий ливень.

— Беги, — подмигнул Эван, выскочив из машины еще до того, как я успела отстегнуть ремень.

Двадцать четыре

КУИНН

Я рассмеялась в пустом пикапе, мысленно проклиная Эвана, и распахнула дверь, а затем, под проливным дождем, пустилась бегом к дому.

Черт, черт, черт, черт!

Расстояние было небольшим, так как Эван припарковался довольно близко к входной двери, но