Одна на двоих, или Отпускной переполох - Алиша Михайлова

Кажется, впервые за весь отпуск им было не до смеха.

— Алекс! Рей! Прекратите!

Алекс услышал первым. Его голова дёрнулась на мой голос, зелёный глаз сфокусировался, и он замер ровно на ту секунду, за которую Рей успел заехать ему кулаком в скулу. От удара его повело в сторону, он качнулся, отпустив на шаг назад, но в последний момент устоял и, к моему огромному облегчению, драться в ответ не стал, только выставил перед собой раскрытую ладонь. Скула наливалась красным, и это было скверно, но хотя бы он смотрел на меня.

Рей, в отличие от Алекса, заканчивать не собирался. Он ещё раз замахнулся, явно намереваясь приложить брата справа, и, судя по замаху, приложить от души. Так. Крики не работают. Вообще. Этому рыжему буйволу нужно что-то потяжелее слов.

Я дёрнула книгу из-под мышки, ту самую, с драконом, стальными трусами и клинической безнадёгой на семьдесят второй странице, и со всей дури, на какую только была способна терапевт, огрела Рея по голове.

Звук вышел отменный. Не «хрясь», не «шмяк», а густое, увесистое «БУМ», какое бывает, когда роняешь на пол медицинский справочник. Голова Рея дёрнулась вперёд, он по инерции сделал ещё шаг, споткнулся, взмахнул руками и рухнул на песок.

— Охренеть… — выдохнул он, ощупывая макушку. — Док, ты меня книгой⁈

— Если не успокоишься, получишь добавку, — рявкнула я, перехватывая книгу поудобнее. — Глаза разуй! Ты брата чуть не покалечил!

Алекс стоял чуть поодаль, прижимая ладонь к скуле, и смотрел на меня с таким выражением, какое я расшифровала как «спасибо» пополам с «кажется, я влюбился ещё сильнее». Рей перевёл взгляд на Алекса, на меня, на книгу в моей руке и медленно расплылся в ухмылке, невзирая на разбитую губу и шишку, которая уже набухала на затылке.

— Опять эта книга? Док, ты что, её ещё не дочитала?

Он поднял на меня глаза, в которых плясали бесенята, но теперь к ним добавилось что-то новое, что-то похожее на уважение.

— Ты меня ударила книгой про дракона. Это… я даже не знаю. Это лучший момент за весь мой отпуск.

Я перевела дух и опустила книгу. Алекс, воспользовавшись паузой, шагнул вперёд:

— Катя, ты не обязана была…

— Обязана, — перебила я, сдувая с глаз прядь. — Потому что вы мне оба нужны живыми и вменяемыми.

Рей поднялся и встал рядом с братом. Я оглядела обоих: взъерошенные, в песке, с синяками.

— Так. Что здесь произошло? Только что браслет доложил, что ты медитируешь у скалы, — я ткнула пальцем в Алекса. — А ты орёшь на волейбольной площадке, — палец переместился на Рея. А я прихожу и вы катаетесь по песку, как два тираннозавра в брачный период. В чём дело? Из-за чего драка?

Рей и Алекс переглянулись. Повисла та самая тишина, какая бывает, когда каждый из двоих знает ответ, но ни один не хочет произносить его первым. Я ждала. Песок под ногами был горячим, шляпа съехала набок, сердце колотилось где-то в горле, но я стояла и смотрела на них по очереди, пока Алекс не вздохнул и не опустил взгляд на свои руки:

— Я сказал ему, чтобы он отстал от тебя. Что ты заслуживаешь покоя, а не его гонок и ведра на голову.

— А я сказал, — Рей вскинул голову и сверкнул глазами на брата. — Чтобы он не решал за тебя, как привык решать за всех. Ты не приз на гонках, а взрослая женщина, которая сама разберётся, кто ей нужен.

— Стоп. Оба заткнулись. Я услышала достаточно.

Они снова уставились друг на друга, и я поняла: ещё секунда и перепалка вспыхнет снова.

— Значит, так, мальчики, — я метнулась между ними, выставив ладонь. — Я, конечно, польщена, что из-за меня устроили бои без правил. В мои двадцать семь это лучший комплимент. Но у меня вообще-то отпуск. И по плану шезлонг, книга и коктейль. А не разнимание двух… — я запнулась, подбирая слово помягче, но не подобрала, — … двух вас.

Перевела дух и поправила шляпу: воинственный настрой требовал хотя бы минимального порядка на голове.

— Поэтому сейчас вы оба стоите смирно. Я достаю аптечку и обрабатываю ваши боевые ранения. А вечером… — я сделала паузу. — Я приглашаю вас на ужин.

Над пляжем повисла тишина, только море шуршало по песку да где-то слева, на волейбольной площадке, кто-то заорал: «Эй, Рей, ты там живой⁈»

Рей не обернулся. Алекс тоже. Оба смотрели на меня, а я стояла и медленно осознавала: я только что вслух пригласила двоих. На ужин. На свою террасу. Вот нафига, Катя? Отпуск, шезлонг, книга, а не семейная терапия для двух инопланетных братьев. Но слово не воробей, обратно в рот уже не затолкаешь.

— На ужин? — переспросил Рей.

— На ужин, — подтвердила я. — У меня на террасе. И я надеюсь, что за этим ужином вы всё-таки поговорите по душам, без драк. В моём присутствии. Это не просьба, а приказ.

Рей поморщился:

— Док, может, лучше укол?

— Разговоры больнее, я знаю, но придётся.

Я опустилась на песок, скрестив ноги. Алекс, чуть помедлив сел рядом. Они переглянулись, но остались на местах, Рей слева, Алекс справа. Я залезла в сумку, выудила со дна аптечку и достала салфетки с антисептиком.

— Сначала ты, — повернулась к Алексу.

Он сидел неподвижно, только голова чуть склонилась набок, подставляя скулу. Я смочила салфетку и коснулась красноты. Желваки дрогнули под моими пальцами.

— Сейчас будет щипать.

— Потерплю.

Осторожно провела салфеткой вдоль скулы к виску, туда, где багровела свежая ссадина. Кожа была горячей, и я чувствовала, как он старается не двигаться. Наклонилась и подула на ранку, чтобы убрать жжение.

Алекс чуть повернул голову. Чужое дыхание коснулось моих губ. Наши взгляды встретились, и в воздухе между нами повисло то самое, невысказанное, что копилось с прошлого вечера.

Он так и не спросил про вчерашний вечер. Ни слова про сад, про свечи, про «планы изменились». Сидел и позволял трогать своё лицо, будто этого было достаточно. Словно я уже всё сказала, одним только дыханием на его скуле.

Из-за спины донёсся недовольный голос Рея:

— Я не буду с ним разговаривать.

— Будешь, — я не обернулась, продолжая вытирать скулу Алекса.