Босс, ваше алиби – я - Алекс Скай

Я не повернулась.

— Что?

— То, что я подозревал вас тогда, не означает, что не доверяю сейчас.

— А то, что я подозреваю вас сейчас, не означает, что буду доверять потом.

Он ничего не ответил. Дверь закрылась. Я сидела перед экраном ещё несколько минут, не двигаясь. Больше всего раздражало то, что мне было больно. Не как сотруднику. Не как руководителю проверки. Как женщине, которая только вчера позволила себе подумать, что между ней и этим человеком начинается нечто настоящее. Наверное, именно поэтому правила существуют не из любви к бумажкам. Иногда они просто защищают людей от их собственных глупых решений.

В шесть вечера пришло сообщение от Олега. «Зайдите ко мне. Без Романова». Я перечитала. После сегодняшнего разговора вторая часть даже порадовала. Олег сидел у себя один. Перед ним лежал прозрачный файл с несколькими копиями.

— Что нашли?

— Не мы.

— А кто?

— В кабинете Павла проводили повторную опись личных бумаг.

Я села.

— Он пришёл в себя?

— Пока разговора с ним не было.

— Тогда что?

Олег вытащил лист.

— Это фотография страницы из его рабочего блокнота. Сам блокнот пока остаётся в материалах.

Я взяла копию. Почерк Павла был мелким и удивительно ровным. На странице несколько дат. Названия компаний. Стрелки. Короткие пометки. Часть я уже видела в его электронных файлах. «Альта». «Север». «Вектор». Рядом с несколькими фамилиями стояли вопросительные знаки. Романова среди них не было. Моей тоже.

— Когда это написано?

— По расположению записей — незадолго до того вечера. Последняя дата совпадает с днём, когда его нашли.

Я перевернула копию.

— Это всё?

— Нет.

Олег достал второй лист.

— Вот оборот.

Там было всего несколько строк. Первая почти не читалась. Вторая относилась к какому-то договору. А третья была обведена Павлом дважды. Я прочитала её. Не поняла. Прочитала снова.

— Олег.

— Да?

— Кто ещё это видел?

— Я. Лидия Андреевна. Сотрудник, делавший копию.

— Артём?

— Нет.

Я держала лист обеими руками. В голове моментально всплыл разговор в лифте. «Я сам согласовал вашу кандидатуру». Потом письмо Артёма Михаилу. «Хочу поставить её на внутренний контроль». Его признание сегодня. Он искал утечку. Ему был нужен человек снаружи. Он выбрал меня. Проверял меня. Подозревал. И почему-то Павел перед самым происшествием оставил одну фразу, которая теперь меняла всё снова. На листе было написано:

«Если всё пойдёт не так, ищите того, кто привёл Соколову».

Я медленно положила копию на стол. Три дня назад я думала, что оказалась в этой истории случайно. Потом поняла, что меня встроили в неё позже. Теперь Павел словно говорил из прошлого, что начинать надо вовсе не с моих подписей, не с пропуска и даже не со ста восьмидесяти семи миллионов. Нужно было найти человека, который привёл меня в компанию.

А единственным человеком, который до сих пор утверждал, что сделал это сам, был Артём Романов.

Глава 6 Кто нанял меня?

— Мне нужен полный архив моего найма.

Олег посмотрел сначала на меня, потом на копию страницы из блокнота Павла.

— Сейчас?

— Особенно сейчас.

Он не стал спрашивать зачем. Фраза, дважды обведённая Павлом, лежала между нами и объясняла достаточно.

«Если всё пойдёт не так, ищите того, кто привёл Соколову».

Ещё десять минут назад я могла уверенно назвать этого человека. Артём. Он сам сказал в лифте, что выбрал меня. Сам рассказывал, как проверял мою предыдущую работу. Сам отправил Михаилу резюме с фразой: «Хочу поставить её на внутренний контроль». Проблема заключалась только в одном. За последние три дня я слишком часто узнавала, что очевидная последовательность событий была лишь той последовательностью, которую мне позволяли видеть.

— Кадровый архив понадобится запрашивать через комитет, — сказал Олег. — Ваш найм был почти три года назад.

— Электронная переписка сохранилась.

— Должна.

— Значит, начинайте с неё.

Он откинулся в кресле.

— Вера Сергеевна, есть ещё один вариант.

— Какой?

— Отдать это комитету и перестать расследовать собственное появление в компании.

— Почему?

— Потому что теперь вы исследуете уже не только обстоятельства хищений. Вы исследуете себя. В какой-то момент станет трудно отделить факты от желания получить определённый ответ.

— Какой именно ответ я, по-вашему, хочу?

— Например, что Романов не имеет отношения к происходящему.

Меня это раздражало, но спорить сразу я не стала. Олег говорил не то, что мне нравилось, а таким людям обычно стоит дать договорить.

— Или наоборот, — продолжил он. — После вашего вчерашнего разговора вы можете захотеть доказать, что он вам лгал.

— Откуда вы знаете про наш вчерашний разговор?

— Я начальник безопасности.

— Это не ответ.

— Значит, учусь у лучших.

— У Артёма?

— У вас обоих. Последние несколько дней вы соревнуетесь.

Я сложила копии в папку.

— Тогда тем более мне нужен архив. Факты хотя бы не обижаются.

— Иногда люди обижаются на факты за них.

— Олег.

Он поднял ладони.

— Уже делаю запрос.

Пока он открывал внутреннюю систему, я ещё раз посмотрела на записку Павла. Формулировка была странной. Не «проверить Соколову». Не «спросить Соколову». И даже не «ищите Романова». Того, кто привёл. Павел сознательно отделил меня от человека, благодаря которому я оказалась в компании. Почему? Если он подозревал Артёма, можно было написать фамилию. Если не знал фамилии, откуда вообще появилась эта фраза? А если знал, но не хотел писать прямо?

Я потерла висок и заставила себя прекратить придумывать ответы раньше времени.

— Нашёл первоначальную карточку вакансии, — сказал Олег.

Я пересела ближе. На экране появился старый кадровый проект. «Руководитель внутреннего контроля». Дата создания — начало февраля, почти за три месяца до моего назначения.

— Инициатор? — спросила я.

Олег открыл свойства.

— Решение комитета по аудиту.

Это соответствовало тому, что я помнила. Когда мне впервые позвонили, сказали, что компания перестраивает внутренний контроль и рассматривает нескольких внешних кандидатов. Я прошла предварительное собеседование, потом ещё одно, затем встречалась с Артёмом. Ничего необычного.

— Список кандидатов.

Олег открыл следующий раздел. Семь фамилий. Моей среди них не было. Я наклонилась ближе.

— Это первоначальный?

— Похоже.

— Дата?

— Девятое февраля.

— А когда появилась я?

Он пролистал историю изменений. Одиннадцатое февраля. Без фамилии. Пятнадцатое. Без меня. Двадцать четвёртое. Список сократился до четырёх человек. Я опять отсутствовала.

— Дальше.

Двадцать седьмого февраля в проект добавили новое резюме. Соколова Вера Сергеевна. Я смотрела на собственную фамилию с неприятным ощущением, будто наблюдала за человеком, который ещё не знает, куда идёт.

— Кто добавил?

Олег открыл журнал. Запись ссылалась на письмо. Отправитель: Михаил Карелин. Я не сразу поняла, что именно вижу.

— Повторите.

— Что?

— Откройте письмо.

Олег нажал. Сообщение было адресовано кадровому блоку и копией Артёму. Тема: