Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Мне тоже, тетя… Мне тоже…

— Кстати, а разве Терренс поехал только с подружками Питера и тем Даниэлем? Эдвард с Наталией не поехали? А Анна?

— Насчет Анны ничего не могу сказать, ибо я с ней уже давно не общалась. А вот у Эдварда с Наталией сейчас не простое время… У них должен был состояться серьезный разговор с родителями моей подружки. Мистер и миссис Рочестер планировали прилететь сегодня из Мексики, чтобы поговорить со своей дочерью.

— Ясно… Но думаю, родители Наталии поймут свою дочь. И если Эдвард постарается, то они и его простят. Да, перед ними ему будет сложнее оправдаться. Но я уверена, что он найдет к ним подход.

— Что-то мне подсказывает, что все пройдет хорошо, и эта милая парочка сможет продолжать встречаться, — с легкой улыбкой предполагает Ракель.

— А когда станет известно, как все прошло?

— Я поговорю с Наталией сегодня вечером или завтра.

— Хорошо, милая, буду с нетерпением ждать новостей.

Ракель скромно улыбается, все также продолжая ходить по всему побережью и держась поближе к воде.

— Кстати, недавно дедушка Фредерик сказал, что вы собирайтесь быть крестной матерью, — задумчиво говорит Ракель. — Это правда?

— Да, девочка моя, — с широкой улыбкой уверенно отвечает Алисия. — У моей подруги Амелии есть дочка Хейли. Ей практически полгодика, и Амелия и ее муж Рафаэль собираются окрестить ее. И вот однажды они сказали, что собираются сделать меня ее крестной мамой. И я с радостью согласилась.

— Надо же, как здорово! — широко улыбается Ракель. — Поздравляю вас, тетушка Алисия! Уверена, что из вас получится потрясающая крестная мама.

— Спасибо, дорогая! Если честно, я очень волнуюсь. И я хочу быть прекрасной крестной матерью Хейли.

— Я знаю, что вы не разочаруйте Амелию и ее мужа и будете самой лучшей крестной мамой для этой девочки.

— Ах, солнце мое, как же приятно это слышать. И приятно знать, что твоя жизнь и жизнь твоих близких постепенно налаживается.

— Ну а я рада, что у вас все хорошо.

— Возможно, мы с тобой очень скоро увидимся, ибо я собираюсь сделать все возможное, чтобы поддержать тебя и всех остальных хотя бы во время оглашения решения суда.

— Правда? Вы прилетите сюда?

— Не буду обещать точно, но постараюсь.

— Тогда я буду с нетерпением ждать вас! Я очень скучаю по вам и так хотела бы увидеть вас.

— Обещаю, ты не останешься без моей поддержки, — уверенно отвечает Алисия. — А если вдруг что-то пойдет не так, то твой дедушка будет рядом. Он сказал, что обязательно будет присутствовать на заседании.

— Хоть у нас всех и без того будет огромная группа поддержки, еще чья-то поддержка была бы для нас очень кстати.

— Я знаю, дорогая…

Алисия замолкает на пару секунд, а затем Ракель слышит, как в телефоне раздается приятная мелодия.

— Ой, Ракель, прости меня, пожалуйста… — неуверенно говорит Алисия. — Но мне кто-то звонит на мобильный. Вдруг это что-то важное.

— Хорошо, не смею вас задерживать, — с легкой улыбкой дружелюбно говорит Ракель. — Я позвоню вам, когда узнаю, что там с Питером, и как прошел разговор Наталии и Эдварда с ее родителями.

— Хорошо, буду ждать. До встречи, милая!

— До свидания, тетя Алисия.

Ракель кладет свой телефон в сумку и продолжает наслаждаться теплой, но ветреной погодой, медленно шагая по песчаному побережью и полной грудью вдыхая чистый воздух. А в какой-то момент девушка останавливается напротив океана и начинает наблюдать за тем, как ветер приносит и уносит с собой огромные волны, не обращая внимания на то, что ее обувь сильно промокла из-за воды и покрыта огромным количеством песка и скромно улыбнувшись с мыслью, что теперь жизнь станет намного лучше.

Глава 40: Теперь я могу сказать, что люблю тебя

Проходит еще пару дней. Терренс и Эдвард решили отправиться к своей матери Ребекке, чтобы попробовать добиться от нее объяснений по поводу ситуации с их отцом Джейми и рассказать ей про ее младшего сына. Несмотря на то, что путь обещает быть долгим, они проделывают его пешком, наслаждаясь немного прохладной, но в целом хорошей погодой и медленным шагом прогуливаясь по местам, где практически никого нет.

— Да ладно, Питер согласился вернуться в группу? — удивляется Эдвард.

— Да его даже уговаривать не пришлось, — бодро отвечает Терренс.

— Слушай, ну круто! Я рад, что ваша группа спасена.

— Вот еще одна проблема разрешена! Жизнь начинает все больше казаться прекрасной.

— Ну а как сейчас поживает Питер? С ним все хорошо?

— К счастью, с Питером все хорошо. Он постепенно идет на поправку, хотя врачи говорят, что ему придется долго пробыть в больнице. Блондин еще слаб и должен разработать мышцы. Они успели атрофироваться, пока он был без сознания и лежал без движения.

— Эй, а почему Питер решил покончить с собой?

— Ох, Эдвард… — устало вздыхает Терренс. — Оказалось, это очень сложная история. Не все так просто, как нам казалось.

— Правда? — округляет глаза Эдвард. — А что произошло?

— Ну… Во-первых, Питер рассказал, что жил в неблагополучной бедной семье с матерью, которой было абсолютно наплевать на него. Она спускала деньги лишь на бухло и, как я понял, нигде не работала. Отца у него никогда не было, и сам Роуз ничего о нем не знает. Чтобы иметь хоть какие-то деньги, он подзарабатывал игрой на кахоне, который был у него дома. Но по словам Питера, мать забирала большую часть и тратила ее на водку или что-то вроде.

— Ничего себе… — с грустью во взгляде произносит Эдвард. — Мать Питера была алкоголичкой?

— Да, она выпивала где-то после рождения Пита. А если бы она пила и раньше, то у нее запросто мог родиться больной ребенок. Однако как мы знаем, этот парень абсолютно здоров и не имеет никаких отклонений.

— Неужели его мать вообще не заботилась о нем?