Землянка не на продажу - Елена Сергеева

— Не делай так больше, Надина. Ничего не стоит такой жертвы.

Я завороженно киваю. А потом во мне вспыхивает любопытство.

— Вы ведь знакомы? С тем шэнцы… я слышала, что он тебя назвал братом…

Риц сжимает челюсть и резко отворачивает голову. Весь его настрой сразу изменился. Все мышцы напряглись.

Он смотрит в потолок какое-то время. И я уже решаю, что ответа не будет, как он неожиданно начинает говорить. Тихо и жестко.

— Знакомы. Мы выросли вместе с Акешем. Я считал, что ближе у меня нет никого после смерти матери. Думал так… Но я ошибался.

Поворачивается ко мне и прожигает глазами.

— Если тебе неприятно, то можешь не рассказывать… — шепчу я, потрясенная бурей чувств в его глазах.

— Нет, ты должна знать, — он снова с силой сжимает зубы и потом словно выдавливает из себя слова. — Акеш подстроил нам поединок. Я готовился к тренировочному бою, а он бил всерьез. Я не успел закрыться. Откат чуть не выжег полностью.

Он делает длинную паузу.

— А потом ко мне в клинику пришел отец и сказал, что ни ему, ни роду не нужен калека среди наследников. Поэтому он провел процедуру отречения и надеется, что я исчезну после восстановления с планеты, чтобы не позорить его еще больше.

Смотрит на меня со странным вызовом. Его зрачки пульсируют. А я даже не знаю, что сказать. Мне так больно, что вздохнуть не могу.

— Род отрекся от меня. Это правда. Ты тоже теперь хочешь уйти? — противореча словам, его руки стальным ободом сжимаются на моей талии.

30. Отступник

Риц

Не могу ее отпустить. Все каменеет внутри едва представлю… И удерживать возле себя не вправе. Смотрю в ее прозрачные чистые глаза, а самого изнутри рвет. Не отпущу! Моя!

Я привык встречать любую правду лицом к лицу. Почему же сейчас готов выть от бессилия, если она скажет “да, хочу уйти”. Не смогу! Моя!

Сияющее серебро волос, нежная белизна кожи, мягкая податливая женская плоть. Губы, сладкая глубина рта, обманчивая прозрачность глаз, но из них не вынырнуть, если попал.

Как забыть? Проще сердце вырвать из груди, отказаться от этого бесполезного кровавого ошметка плоти. Потому что не нужен он без нее. Потому что ничего потом не нужно будет…

Маленькая ошеломленно замирает, ее глаза расширяются от моих слов. Резко выдыхает, а у меня сердце останавливается в ожидании. Пара мгновений, но они словно размазались в тягучее бесконечное ничто…

— Ри-иц, — она резко бросается мне на шею, снова плачет и беспорядочно целует мокрыми губами.

Слышу ее сдавленный шепот и расслабляюсь. Не уйдет… Даже думать не хочет про это. Моя… маленькая… Надина…

Ловлю ее распухшие губы своими. Почти рычу. Моя!

После поединка сила кипит внутри. Вышла, но не до конца. Этот ублюдок Акеш получил свое. Не пойму как сдержался и не убил эту тварь. В глазах одна кровавая пелена стояла, как увидел рядом со своей малышкой.

Он. Хотел. Ее. Забрать.

Но Аран справедлив. Мрачно усмехаюсь про себя. Поздно это понял. Но лучше сейчас. Мне не нужно другой награды. Моя маленькая алтея со мной. И род не нужен. Я смогу ее защитить. Не отдам никому…

Малышка скоро заснула, трогательно прижавшись всем телом и уткнувшись в мое плечо. Устала. Не удивительно. Столько потрясений за один день и потом… Так хотелось продолжить… слушать ее стоны… словно музыка в ушах. Но жестко остановил сам себя. Маленькой нужен отдых.

Первый раз у нее. Первый! Одно это сносило все мозги метеоритным потоком. Я обещал быть осторожным. Слишком нежная, хрупкая такая…

Жадно вдохнул тонкий сладкий аромат ее волос. Девочка моя. Теперь только моя… Алтея… Аран подтвердил.

Какая насмешка судьбы: большинство из шэнцы давно не верят в Арана. Мы пошли по прагматичному пути. Я и сам не так давно испытывал лишь холодное презрение к наивным восторгам тши по поводу обретения своей алтеи.

Эсферии были и у нас, но давно носили другой смысл. И само слово алтея мы уже почти не использовали. Мы так гордились, что стали независимы от воли абстрактного Арана. И наши эсферии не зависят от обретения истинной пары. Зачем она нам, когда куда выгоднее заключить союз, который будет удовлетворять обе стороны с практической точки зрения.

Спонтанность и неожиданность возникновения связи отторгала. И мы нашли способ уйти от этого. Перекроили свою программу полностью. Наши ученые считались лучшими. Еще бы… Мы первые, кто смог полностью отказаться от одобрения брака вестниками Арана. Сами соединяли пары. И эсферии служили нам как еще один вид оружия не более. Эффективный и смертоносный. Я с детства учился управлять ими, как и все шэнцы.

А алтея… зачем она, когда род уже все продумал за меня и подобрал подходящую невесту?

Гордецы. И я всегда гордился тем, что не завишу от странного предка, сделавшего своих потомков заложниками этой связи. Не понимал и не верил…

Как все изменилось с тех пор…

После того как меня изгнали, жизнь потеряла большую часть смысла. Осталась только ярость и жгучее желание мести. Только это хоть немного разгоняло мою кровь. Да еще неожиданное соперничество с Данарвалосом…

Еще одна насмешка Арана. Не иначе.

Встретить представителя заклятого соперника моего рода именно здесь.

Шаен эф Данарвалос. Знал его еще по прошлой жизни, но никогда не думал, что придется сражаться с ним бок о бок и не как с противником, а в одной команде.

Дикарт знал, что мы ненавидим друг друга. Знал и все равно ставил нас в пару. Как он умудрялся добиться беспрекословного выполнения своих приказов, это только он знал. Поначалу не проходило и дня без нашей новой стычки. Со временем мы привыкли терпеть друг друга. Притерлись даже и уже огрызались лишь по привычке, пока не появилась она…

Маленькая хрупкая женская фигурка в моих руках. Страшно забыться и сжать ее чуть сильнее. Надина…

В тот раз мы привычно вскрыли борт нарушителя. Обычная рутина. Не думал, что тот день перевернет мою жизнь и разделит на до и после.

Я то думал она разделилась раньше. Нет. Вот настоящая граница.

Я помню, как мы нашли малышку. Не успел в тот раз. Данарвалос вцепился в нее первым. Сначала не понял, что на него нашло, даже мысленно посмеялся его реакции, но когда разглядел, кого он так бережно прижимает к себе, как что-то вдруг обрушилось внутри.

Резко завалило… Так, что вздохнуть не мог какое-то