Мистер Июль - Николь С. Гудин

— Выношу мусор.

Ее глаза расширяются.

— Ты меня выгоняешь? Из-за чего? Из-за нее?

— Да, черт возьми, ради нее. Ты перешла черту в ту секунду, когда посмотрела на нее с этим гребаным злобным блеском в глазах, так что я делаю то, что должен был сделать, как только ты вошла, — я выгоняю тебя.

— Ты не можешь меня выгнать.

— Не могу? — Я мрачно усмехаюсь. Хотел бы я посмотреть, как она попытается меня остановить.

— Мои друзья наверху.

— Разве похоже, что мне не все равно? Или ты поднимаешься и забираешь их, или уходишь сама.

Ее рот открывается и закрывается, как у золотой рыбки, но оттуда ничего не выходит.

— Зверь! — Я несусь вверх по лестнице.

— Да? — кричит он в ответ.

— Ванессе нужно идти, ты готов ее отвезти?

— Спущусь через секунду, — отвечает он.

Я ухмыляюсь Ванессе, а она смотрит на меня в шоке, словно не может поверить, что я говорю это серьезно.

Джастин появляется на лестнице, все остальные спускаются за ним.

— Что происходит? — спрашивает он меня, мгновенно почувствовав напряжение между нами.

— Она вела себя как стерва с Рэмси и Джулиет, — честно говорю я ему.

Глаза Ванессы расширяются еще больше.

Джастин смотрит на нее как на кусок дерьма, которым она и является.

— Уведи ее отсюда, — лениво говорю я, отворачиваясь от нее и направляясь на кухню.

Мне насрать, кто будет выполнять эту работу, главное, чтобы она была выполнена.

Зверь бросает на меня извиняющийся взгляд, но это не его вина. Проблема здесь в Ванессе.

— Даже не думай снова приближаться ко мне ближе, чем на две мили, Ванесса, — растягиваю я слова, когда слышу, как все выходят за дверь.

Я слышу хныканье и усмехаюсь.

— Самое время внести эту шлюшку в черный список.

Я открываю крышку еще одного пива и подношу бутылку к губам.

— Это из-за нее Рэмси так быстро сбежала? — спрашивает он.

Я бросаю на него взгляд. Он выглядит обеспокоенным за свою сестру.

Я серьезно подумываю о том, чтобы рассказать ему всю правду о том, что происходит.

Джастин — тот парень, к которому я обращаюсь, если у меня возникают проблемы с женщинами, но я сомневаюсь, что он был бы так уж откровенен с советами, если бы знал, что единственная женщина, о которой я хочу поговорить, — это его сестра.

— Я думаю, что это как-то связано с этим, — отвечаю я.

По крайней мере, это не полная ложь.

Возможно, я понятия не имею, из-за чего мы только что поссорились, но я знаю, что присутствие Ванессы здесь сегодня вечером ни в малейшей степени не улучшило ситуацию.

Мгновение он с любопытством смотрит на меня, и мне это не нравится, кажется, что он видит слишком многое.

— Я тоже собираюсь отправиться в путь, — говорит он мне, указывая большим пальцем через плечо.

Я киваю.

— Увидимся завтра?

Он приподнимает подбородок, глядя на меня.

— Лучше бы это было твое последнее пиво, не хотелось бы, чтобы тебя было слишком легко победить, — усмехается он.

Я качаю головой и ухмыляюсь ему.

Он полон дерьма.

Я слушаю, как он уходит, и остаюсь совсем один.

Отвратительную музыку, которую включила Ванесса, выключили, и здесь царит безмятежная тишина.

Я прохожу по гостиной, собираю бутылки, выключаю свет и запираю двери, прежде чем подняться наверх, чтобы сделать то же самое.

Только когда я оказываюсь в своей комнате, один, и прокручиваю в голове все, что Рэмси сказал мне сегодня вечером, до меня доходит.

Это были мои слова, а не ее.

Она слышала мой телефонный разговор на прошлой неделе, после того как мы переспали.

Черт возьми.

Кровь стучит у меня в ушах, когда я думаю о совершенной ошибке.

Я все испортил.

Она была права.

Это я разбил ей сердце, и я полный придурок из-за этого.

* * *

Я бью по мешку снова и снова, пока мое зрение не затуманивается от напряжения.

— Стой, стой, стой. — Слышу я голос Джастина за спиной, его руки ложатся мне на плечи и тянут назад. — Ты пытаешься убить себя?

— Просто выпускаю пар. — Ворчу я, отмахиваясь от него.

Я переключаюсь на работу ногами, нанося удары ногами и коленями со всей силы, на которую только способен.

На мне нет защитных щитков для голени, и я знаю, что, используя мешок этой фирмы, я в конечном итоге оставлю синяки, но мне все равно.

— Один из таких дней, да? — Я слышу, как он ворчит, бросая свою спортивную сумку на пол.

Он оставляет меня одного на несколько минут.

— Тогда пошли. — Я слышу знакомый хлопок нажимных кнопок.

Я поворачиваюсь и вижу, что он облачен в защитную экипировку.

— Хочешь выбить дерьмо из кого-нибудь? Тогда давай, — насмехается он надо мной.

Я перевожу взгляд с мешка на него.

Он улыбается мне.

— Дай мне знать, когда устанешь, и тогда мы выйдем на ринг… так будет проще надрать тебе задницу.

Я киваю в знак согласия.

Возможно, я даже позволю ему победить меня сегодня — это самое малое, чего я заслуживаю.

Я наступаю на него, уже встав в боевую стойку, и бью его до тех пор, пока не могу поднять руки, а ноги не перестают меня удерживать.

— Хватит, — рявкает он после того, что кажется вечностью.

Я опускаюсь на пол и делаю глубокий вдох за глубоким выдохом.

Он срывает защиту с ног и вокруг талии и бросает ее на пол.

Он задирает футболку и морщится, когда тычет пальцем в бок.

— Ты сумасшедший ублюдок, кажется, ты сломал мне ребро.

Я поднимаю на него взгляд и пожимаю плечами. Я слишком подавлен, чтобы говорить.

С ним все будет в порядке. Нет ничего такого, чего бы он не сделал мне за эти годы.

— Что, черт возьми, все это значило?

Я игнорирую его. Почему во мне столько сдерживаемой агрессии — это последнее, о чем я хочу сейчас говорить.

Я замечаю Рэнди в другом конце зала, и он улыбается, когда видит меня, лежащего на полу.

— Возвращаешься в форму, малыш? — Он усмехается, переводя взгляд с меня на Джастина, который все еще пытается решить, сломал он что-нибудь или нет.

Я киваю, все еще отчаянно пытаясь набрать в легкие побольше воздуха.

— Хорошо, тебе это понадобится.

Я хочу спросить его, что это значит, но слова не идут с языка — я боюсь, что если открою рот, меня вырвет.

— А зачем тебе нужна его физическая форма? — Джастин вмешивается, спасая меня.

— Ему бросили вызов. — Рэнди ухмыляется.

Джастин лезет в свою сумку со снаряжением и