Развод. Свободное падение - Лана Полякова

что при виде меня муж начнёт волноваться и ему станет хуже? Жалость вцепилась в меня острыми когтями и р вала сердце. А ведь могло всё повернуться трагично, не появись вовремя сестричка с поста!

Во мне всё похолодело от осознания: на краю какой пропасти мы все стояли. И какую ошибку я совершила, придя сегодня в больницу.

— С кем я могу поговорить о состоянии Романа? — спросила молодого врача, что вышел из палаты мужа следом за мной.

— Вашего мужа ведёт заведующий отделением, и, на ваше счастье, он сейчас на месте. Вдоль по коридору вторая дверь с правой стороны. С табличкой. — Спокойно и подробно разъяснил мне доктор и с улыбкой указал направление моего движения, а сам свернул в сторону сестринского поста.

И это я Романа подозревала в шашнях с медсёстрами? Совсем уже потеряла связь с реальностью! Ему сейчас не до любовных похождений. Временно. Пока не почувствует себя лучше, пока не оклемается. Пока…

Заведующим отделением оказался тот самый суровый врач, что первым вышел из палаты Романа. Когда я, постучавшись, вошла, он перекладывал на столе какие-то бумаги и, махнув мне в сторону стула, пробормотал:

— Минутку!

В целом, разговор с заведующим отделением пошёл мне на пользу. Меня убедили, что в состоянии Романа нет ничего страшного, кризис миновал и теперь всё зависит от пациента и от того, как за две-три недели врачи смогут стабилизировать его состояние. А после нас ждёт сложный и долгий процесс реабилитации, который нужно начинать, чем раньше, тем лучше.

Я объяснила, мы с Романом в процессе развода. Что произошло чудовищное недоразумение, спровоцированное моей свекровью. Посетовала, что нельзя исключить их контакты хотя бы на период восстановления, не намекая, а прямым текстом обвиняя её в сложившейся ситуации.

Договорилась, что в следующий раз приду не раньше, чем через неделю и намекнула, что готова оплатить дополнительные процедуры или лекарства.

На это предложение мужчина, остро глянув мне в глаза, резко отказался, уверяя, что пациенты ни в чём не нуждаются.

Вышла из корпуса и, отойдя чуть в сторону, под тень пышных кустов, густо усыпанных пахучими белыми цветами, присела на скамейку. Отдышаться от всего увиденного и немного систематизировать полученную информацию.

Значит, Анна Александровна под предлогом завещания закрутила весь этот ужас. Ради чего? Что ей нужно? Зачем она своими грязными вонючими ногами влезла в мою семью и всё растоптала в хлам? Мешая и превращая в осколки моё счастье, вытравив несколько лет детства у моих детей. И превращая жизнь своего единственного сына в кошмар.

Прикрыла глаза, подняв лицо к небу и подставляя под редкие солнечные блики, что с трудом проникали сквозь лиственный заслон.

Всегда считала, что не стоит затевать скандалы и разборки, тем более, с людьми глупыми и мелочными. Но в этом случае мне очень хотелось высказать старой дуре многое.

Несмотря на давнее убеждение, что, сохраняя покой в своей душе, ты притягиваешь равновесие и создаёшь гармонию снаружи.

Видно, для моего внутреннего спокойствия нужно высказать свекрови наболевшее, — усмехнулась я своим мыслям и открыла глаза, чувствуя, как чей-то пушистый хвост прошёлся по моим ногам. Посмотрела вниз, но куда там! Только рыжая тень мелькнула в кустах.

Зато вдали, у поворота к этому корпусу я увидела Аллу Александровну. На ловца, как говорится!

Глава 34

— Алла Александровна! Не торопитесь, нам давно нужно поговорить, — произнесла негромко, когда свекровь почти поравнялась со скамейкой.

Она, услышав мой голос, вздрогнула и, картинно прижав руку к груди, повернулась в сторону скамейки и кустов. Сощурилась и уже набрала воздуха, чтобы разразиться очередной тирадой, как я перебила:

— Роман рассказал о вашем подлоге. О том, как вы подсунули ему фальшивый тест ДНК. Я знать не хочу технические детали, мне всё равно, как вы провернули эту аферу. Но хочу у вас спросить только одно: зачем? Что вы хотели добиться своим враньём? Объясните мне, что вы выиграли таким образом?

Алла Александровна поджала губы и, покрываясь на моих глазах красными пятнами, набрала в грудь воздуха, колыхнув обширными телесами, и громко завопила:

— Ты чуть не угробила моего сына и теперь взялась за меня? Как у тебя вообще хватает совести разговаривать со мной после того, что ты наделала?

Раньше, когда она начинала орать, я терялась. Мне становилось неловко, и поэтому я всегда старалась сгладить конфликт, отступая. А теперь — сидела на скамейке и наблюдала за этим спектаклем спокойно, чуть склонив голову набок, и с улыбкой.

— Из-за тебя Роман теперь инвалид! — патетично откинув волосы со лба, завершила речь свекровь, и я усмехнулась ей в лицо.

— Как вы ловко приписали мне свои достижения! Просто высший пилотаж. — заговорила я тихо, но зло, вставая и с каждым предложением наступая на монументальную фигуру свекрови, заставляя её отступать назад, продолжила, — ведь это вы все устроили! Это вы подсунули Роману фальшивый тест, и вы подкармливали регулярно его возникшие сомнения. Это с вашей лёгкой руки он уверился в моей измене. И в этом вы, как и всегда, переложили свои достижения на окружающих. Но мне всё это не интересно — вам отвечать за грехи и на вашей совести и распад семьи, и слезы моих детей, и инсульт Романа. Но я повторяю свой вопрос: зачем?

По мере того как я выговаривала Алле Александровне наболевшие претензии, а она отступала от меня, лицо её становилось всё злее и злее. И вот уже настоящая мегера смотрит мне в глаза. Без малейшего признака цивилизованности и без обычной маски капризной старухи.

— Ромка — дурачок, не верил, какая ты двуличная тварь. — зашипела она ядовитой змеёй и наклонила ко мне ближе своё лицо, дыша смрадом, — Но я-то знаю! И если ты как-то умудрилась подсунуть ему такой тест, от которого он чуть не умер, то и ответственность за его нынешнее состояние только на тебе! Ты виновата!

Алла Александровна выпрямилась, отстраняясь от меня, и я вздохнула с облегчением свежий воздух. Гниёт она изнутри, что ли, подтверждая свою вонючую сущность?

— Что, думаешь, если этот раз вышла сухой из воды, то теперь можно нападать на беззащитную старуху? — пользуясь моим замешательством, проговорила свекровь и крикнула зычно, — Отойди с дороги!

Зря я затеяла эти выяснения. Толку не будет!

— Прекратите цирк! Не в театре и зрителей здесь нет. Просто ответьте. Вы сломали мою семью для чего? — спокойно спросила, не двигаясь с места.

И добавила через мгновение, дёрнув плечами:

— Вы же сделали только себе хуже! Вы не увидите внуков больше никогда, и