Счастье за три дня - Наталия Миронина

еще это называется! Дина, у Бахметьева давно своя жизнь! Понимаешь, он был влюблен в тебя в седьмом классе! Мы еще вообще ничего не соображали. А потом между вами ничего не было, кроме твоих надуманных глупостей. Помнишь, как ты подарок на Новый год ему принесла? Помнишь, что из этого вышло?!

Дина пожалела, что когда-то рассказала подруге ту историю. Вот теперь ею можно упрекать…

А Ира не могла успокоиться:

– Дина, понимаешь, если бы ты была безутешно влюбленной – никого больше не видела, ни о ком думать не могла, я бы понимала все эти заскоки. Но ты же встречаешься с этим своим Арсеньевым – или как его там! Зачем он тебе, если ты собралась на свадьбу Бахметьева?!

– Но я же собралась не в качестве невесты, – резонно заметила Дина, – я же поздравить!

– Он хочет тебя видеть, как ты думаешь? – жестко спросила Ира. – И потом, не морочь мне голову! Ты не подарок хочешь подарить – ты хочешь его увидеть, напомнить о себе. Питая надежду, что вдруг что-нибудь случится и он опять обратит на тебя внимание! Дина, ты достаешь его! И если сейчас он относится к тебе нормально, даже тепло, то потом он тебя возненавидит!

Дина вспыхнула – все, что говорила Ира, было правдой. Почти правдой. За некоторым исключением. Ира думала, что между Васнецовой и Бахметьевым ничего не было.

– Видишь ли, – с трудом подбирая слова, начала Дина, – между нами «было». Но просто ты этого не знаешь. Я тебе не стала говорить.

Услышав это, Ира вытаращила глаза:

– Васнецова, ты о чем?

– Мы с ним переспали.

– Когда?

– В то лето, после школы.

– И ты молчала?! Почему ты мне не сказала-то ничего?!

– А почему я должна говорить об этом?

– Да, конечно, – обиженно проговорила Ирка, переваривая услышанное, – ты только с проблемами ко мне прибегаешь. Или с глупыми вопросами. Типа подарка на свадьбу Бахметьеву. А как что-то серьезное…

– Так что же глупого в том, что я подарю бывшему любовнику кофемолку? Пусть кофе пьет. Там полезных микроэлементов много.

Васнецова рассмеялась, хотя ничего смешного в этом не было.

А страшное было. Никаким образом Дина Васнецова не могла себе представить Олега Бахметьева чьим-то мужем!

Что же касается дружбы с Ирой, то этот их разговор не прошел бесследно – Дина на Иру обиделась. Она все-таки рассчитывала на понимание подруги, на знание всех обстоятельств этой привязанности. И неприятная истина, которую решила высказать Ира, Дину покоробила. «От друзей ждешь снисходительности!» – подумала она и потихоньку свела дружбу на нет. Когда Дина обижалась, она умела быть жесткой.

Глава пятая

Пункт назначения

Оставалось часа два пути, когда Бахметьев понял, что ноги затекли, а спина онемела. Еще хотелось пить и есть. С момента, когда в стройной рыжеволосой женщине Олег узнал особу, преследующую его уже много лет, он сидел почти неподвижно, прячась за спинкой кресла и маскируясь газетами. Бахметьев с ужасом думал: вот сейчас где-нибудь в Твери войдет пассажир и попросит освободить его место, и тогда придется вставать, пересаживаться – и тем самым неизбежно обнаружить себя. Бахметьев даже застонал от досады. Все связанное с Васнецовой было, по выражению его первой жены, «полным трэшем». «Кстати, Люда, может, и не ушла бы тогда, если бы не вся та ерунда, устроенная Васнецовой!» – подумал Бахметьев. Впрочем, сожаления, что тот его ранний брак распался, у него не было. С высоты прожитых лет он понимал, что шансов у студенческой семьи не было. У него и Люды было лишь желание стать самостоятельными. Ну, еще и Люда была очень энергичной, обаятельной. Она быстро вовлекала людей в свою орбиту и очаровывала их. И Олег Бахметьев тоже поддался этому. Он вспомнил, как переживал, когда через два года их совместной жизни Люда ушла. И на прощание сказала:

– Я не смогу любить тебя так, как любит эта твоя Васнецова. Понимаешь, я не выдерживаю такой конкуренции.

Олег тогда даже не понял, о чем речь. Зато потом понял – Васнецова была везде. Казалось, она существовала даже в воздухе – неким растворенным эфиром. И самое интересное, именно она утешала его, уговаривала не отчаиваться и попытаться вернуть Люду…

– Хочешь, я с ней поговорю, – как-то предложила Дина, но Олег, в момент опомнившись, в ужасе отказался. Он вдруг понял, как быстро попал под влияние Васнецовой. Она была почти родным, своим человеком, с которым можно говорить обо всем. И он помнил, как стали ему необходимы эти ежевечерние звонки и разговоры о его разводе. Как хорошо и складно «пела» Дина о совместимости, родстве душ и многообразии выбора, когда они ходили по дорожкам запущенного Нескучного сада. Олег помнил даже вкус бутербродов, которые она заботливо ему предлагала. Эти встречи спасали его от отчаяния.

А еще он был благодарен Васнецовой, что история их близости не всплывала теперь. Та ситуация оставалась в воспоминаниях щекотливой и немного неясной, в ней было что-то очень сокровенное. Но это если думать о ней про себя. А если вспомнить вслух?! Бахметьев даже не мог и подумать об этом. И был благодарен Дине за «забывчивость».

Васнецова, активно появившаяся в его жизни как раз в момент развода, поддерживала Олега, и он нуждался в ее присутствии. Но вот ее предложение поговорить с Людой отрезвило его. Олег посмотрел на Дину совершенно иными глазами – и понял, что больше не имеет права рассчитывать на нее. Он ничего не сможет ей дать, кроме дружеских отношений. Она же, все больше погружаясь в его жизнь, начинала питать иллюзии относительно их будущего. А ему хотелось лишь покоя. Конечно, тогда Бахметьев все сформулировал просто, без психологических «закавык». «Надо делать ноги, пока это все не переросло в проблему!» – сказал он себе, решился и позвонил Дине:

– Дина, я уезжаю, тут командировка. Отказаться не могу – конкурентов много! Вернусь и позвоню!

Он исчез с васнецовского горизонта, отделываясь лишь короткими звонками. Чтобы не казалось, что он просто воспользовался ее участием.

Но, видимо, Дина все поняла. Потому что голос ее звучал ровно, приветливо, но с прохладцей. Она не задавала никаких вопросов, кроме тех, которые касались его настроения и здоровья. Олег Бахметьев не знал, что Васнецова, оставаясь верной себе, исправно дежурила у архитектурного бюро, где он тогда работал. Она внимательно рассматривала, с кем он общается, когда уходит и приходит, даже однажды позвонила туда и поинтересовалась расценками на проекты. Из разговора она узнала не только стоимость, но и то, что