Оружие Ада - Элль Рид

— Когда это случилось? — спрашивает Аид, выпрямляясь.

— Только что, мой Лорд. Её соседка, номер Сорок Три, выбежала из общежития с криками. Тедди и я патрулировали здание, когда она выскочила. Он сейчас снаружи с ней.

— Черт. Нужно оцепить весь этаж. И мне нужно осмотреть тело. — Я подхожу к скамье, где оставил полотенце, и быстро вытираю пот со лба и шеи.

— Я немедленно отправляюсь к Харону. Надеюсь, в этот раз я успею перехватить душу. Иди посмотри, нет ли улик на теле, и предупреди того, кто сейчас на камерах. — Аид раздает приказы и исчезает, растворяясь в вихре черного дыма.

— Спасибо, Зафира. Кажется, Дравос сейчас в комнате наблюдения. Узнай у него, заметил ли он что-нибудь подозрительное. И пусть еще пара человек сядет за мониторы на случай, если убийца всё еще разгуливает на свободе.

Она кивает и уходит выполнять поручение. Я следую за ней, но поднимаюсь на первый этаж, пока она сворачивает налево в мониторную.

Два убийства менее чем за сутки. Это плохо, чертовски плохо. Как, черт возьми, им это удается?

Сначала я думал на соседа первой жертвы. Но у него было железное алиби, подтвержденное записями камер: он весь день провел на открытой площадке отдыха. К вечеру моей основной теорией было то, что убийца живет в том же здании, на том же этаже. Но Двадцать Первая жила в другом корпусе.

С торопливым шагом я пересекаю вестибюль, направляясь к выходу, но меня останавливает Таррон.

— Гаррик, у меня проблема, — говорит он виновато.

— Не сейчас, — рычу я на своего зама. — Подожди.

— Это не может ждать. Я облажался. — Он сглатывает, и нервный блеск в его глазах заставляет меня остановиться.

— Таррон, это должно быть чертовски важно, потому что у нас еще один труп, и с меня на сегодня хватит.

Он заметно съеживается.

— Я…

— Выкладывай.

— Я потерял свой пропуск.

Моя челюсть отчетливо щелкает: кости сопротивляются трансформации. Мне хочется вцепиться клыками в горло своего заместителя.

— Что ты только что сказал?

— Мой пропуск. Его нет.

— Ты что, блядь, шутишь сейчас?! — рявкаю я на него так громко, что слышу звон разбитой посуды на кухне дальше по коридору.

— Прости. Днем он был при мне, клянусь. Вечером я не пользовался им, чтобы войти, так как зашел вместе с Замбоссом и Микельсоном. Не знаю, выронил ли я его здесь или в той неразберихе днем.

В голове начинает болезненно пульсировать. У нас тут убийца, штампующий трупы с бешеной скоростью, Ангелы, возможно, пытаются всё сорвать, Аид дышит мне в затылок, и в довершение всего у меня, оказывается, самый некомпетентный заместитель в мире.

О, черт! А что если его подобрал кто-то из участников? Что если этот любитель ножей теперь владеет пропуском? Он мог уже быть в этом здании, мог перерезать горло Двадцать Первой и спокойно зайти в офицерский корпус.

— Мне очень жаль, Гаррик. Я никогда…

— Заткнись нахрен, — обрываю я его. Его извинения сейчас ничего не значат.

Я делаю глубокий вдох и сильно сдавливаю переносицу, пытаясь расставить приоритеты в этом списке катастроф.

Игнорируя Таррона, я вхожу на кухню, где три офицера готовят ужин — или уже завтрак. Ночь плавно переходит в день, а я еще не ложился.

— Нужно обыскать здание. Возможно, у кого-то из участников есть офицерский значок. Проверьте каждую комнату, и делайте это тщательно. Участник с пропуском может быть тем самым убийцей. — Глаза у всех округляются при слове «убийца» во множественном числе. — Да, еще один труп. Так что надевайте форму и заблокируйте всё нахрен. Один на входе, другой на входе в туннель. Никто не входит и не выходит без досмотра. Отключите все наши значки. И я хочу, чтобы каждую миллисекунду записей за последние двенадцать часов просмотрели под лупой. Поняли?

Они кивают и бросаются выполнять.

— Я могу помочь с новым телом? — спрашивает Таррон.

— Нет, — отрезаю я. — Ты будешь разгребать свое дерьмо здесь. Здание должно быть зачищено в течение часа, и я жду полный отчет. Если найдете кого-то — доложить немедленно. Если хоть одна вещь лежит не на своем месте — я должен об этом знать. Понял?

— Да, сэр. — Обычно Таррон не утруждает себя формальностями, всё-таки мой зам, но по моему тону он понял, насколько я в ярости. Его придется наказать. И я сделаю это с удовольствием, учитывая, какой сердечный приступ он мне едва не устроил.

Но мне нужно оцепить место нового преступления и, надеюсь, собрать хоть какие-то зацепки.

***

Четыре часа спустя несколько офицеров, помогавших мне с телом, уходят готовиться к дню.

Мы деактивировали все замки во всех зданиях. Участники больше не могут выходить из комнат по своему желанию. Теперь их будут сопровождать на еду и уроки. Те, кто живет в этом корпусе, не выйдут из общаги, пока их не допросят. Мне нужно найти что-то, хоть что-нибудь, что укажет на того ублюдка, который убивает вне Игр.

Это тело ничем не отличалось от первого. Горло чисто перерезано, ни одного следа или отпечатка в брызгах крови. Никаких признаков борьбы или взлома. Соседка выглядела искренне потрясенной, и даже когда мои глаза изменились от ярости, она не отвела взгляд.

Не думаю, что это она.

— Почему бы тебе не отдохнуть? — говорит Доминик, пока я тру усталые глаза, прислонившись к стене коридора. — Я закончу здесь и прослежу за транспортировкой тела.

— Спасибо, Дом, — отвечаю я после долгого выдоха. — Я должен хотя бы дождаться окончания допросов на этом этаже.

— Нет, тебе нужно поспать. Если что-то всплывет, мы тебя позовем. Все под замком, у убийцы не будет шанса.

Я подумываю вернуться в комнату и вздремнуть. Мне еще нужно разобраться с Тарроном. Поверить не могу, что он так монументально облажался. Он должен заменять меня, но как я могу ему доверять?

Оставив Дома присматривать за финальной уборкой и переселив Сорок Третью (соседку свежего трупа), я направляюсь к офицерскому корпусу. Солнце уже высоко, небо чистое, лазурно-голубое. Жары еще нет, но на улице душно. Спорю, скоро будет гроза. Зов гор тянет моего кота. Хочется сорваться и обернуться.

Внутри офицерского корпуса на первом этаже тихо, но внизу, на офисном этаже, кипит жизнь. Сбежав по лестнице на остатках энергии, я проверяю команду, которая заканчивает обыск. Не знаю, облегчение это или еще большее разочарование, но они ничего не нашли. Похоже, Аид действительно выбрал элитных преступников для этих Игр, раз