Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки - Натали Веспер

гигантский ствол дерева с воздушными корнями, и сердце ёкнуло. Рейн стоял у стеклянной стены, за которой клубился туман. Он был один. И снова — не в парадных одеждах, а в простой, потемневшей от влаги рубашке. В руках он держал небольшой свёрток из вощёной ткани.

Увидев меня, он сделал едва заметный знак головой в сторону дальней, заросшей лианами ниши. Я кивнула и, громко сказав «О, какая орхидея! Пойду рассмотрю!», направилась туда. Через минуту он присоединился ко мне. Мы стояли в зеленом полумраке, скрытые стеной папоротников. Отделял нас от Торга лишь хлипкий барьер из листвы и его собственная, вероятно, нежелание лезть в эту чащу.

— Ты пришла, — прошептал Рейн. Его глаза бегло скользнули по мне, проверяя, не привела ли я за собой хвост из стражи матери.

— Притащила с собой полтонны мышечной массы в доспехах, но он, кажется, увлечён глицинией, — так же тихо ответила я. — Что у тебя?

Он развернул свёрток. Внутри лежали две вещи: маленький, тусклый камешек в форме капли и… ключ. Простой, железный, немаркий ключ.

— Это всё? — не удержалась я. — Камень для самообороны и ключ от... от шкафа со столовым серебром?

— Камень — это память, — сказал он серьёзно. — От древнего портала между мирами. Он давно не работает, но магистр Кельван хранит осколки как редкость. Этот — с твоего мира. Он может... отозваться. Если оказаться в нужном месте в нужное время.

— А ключ?

— Ключ — от кабинета Кельвана в час его вечерней медитации, — в его голосе прокралась усмешка. — Он медитирует так глубоко, что не услышит, как ты перевернёшь всю башню. В кабинете есть карты. Карты энергетических потоков. Если портал и можно как-то... расшевелить, то только там найдёшь точные координаты.

Я взяла камень. Он был тёплым, будто живым.

— И что, я должна пробраться в кабинет самого магистра, найти на карте дыру в мире и... прыгнуть в неё с этим камушком?

— В общих чертах — да, — кивнул Рейн. — Альтернатива — остаться здесь, играть в счастливую жену под присмотром моей матери и медленно сойти с ума. Выбор, я считаю, очевиден.

Я сжала камень в ладони. План был безумен. Но он былпланом.

— А ты? — спросила я, глядя на него. — Почему ты это делаешь? Рискуешь... всем.

Он отвел взгляд, разглядывая причудливые пятна на листе рядом.

— Потому что я устал быть тенью, — сказал он просто. — Тенью брата. Тенью традиций. Соучастником этого театра жестокости. Помочь тебе сбежать — это единственный по-настоящему мой поступок за последние сто лет. Пусть даже он будет последним.

В его словах была такая горечь, что мне захотелось… обнять его. Что было категорически неправильно, нелогично и совершенно необходимо. Я сдержалась.

— А что будет с тобой, если... если меня поймают с этим? — я показала на ключ.

— Со мной? — он горько усмехнулся. — Мать давно мечтает избавиться от «слабой копии». А Каэллан... он простит мне многое. Но не предательство. Так что... постарайся не попадаться.

Мы помолчали, прислушиваясь к звукам оранжереи: капающей воде, шороху листьев, далёкому, размеренному дыханию Торга.

— Когда? — спросила я.

— Послезавтра. Ночью. В Час Призрачного Света, когда маги ужинают. Кельван будет медитировать. Я отвлеку стражу у его башни. У тебя будет, может быть, полчаса. Не больше.

— Ладно, — выдохнула я, ощущая, как в животе завязывается знакомый узел страха и азарта. — Шпионский триллер в декорациях ботанического сада. Почему бы и нет.

Я уже собиралась уходить, когда он снова заговорил:

— Лия. Если... если у тебя получится. Если ты окажешься там... вспомни, что здесь, в этой безумной каменной шкатулке, был тот, кто... — он запнулся, подбирая слова, которые не будут похожи на признание. — Кто был на твоей стороне.

Я обернулась и встретилась с его взглядом. В зелёном полумраке его глаза казались тёмными и бесконечно печальными.

— Я не забуду, — честно сказала я. — Ни глину, ни сапог, ни эту... гниющую орхидею над твоей головой. Это всё слишком сюрреалистично, чтобы забыть.

Он фыркнул, и на его лице на миг появилось что-то вроде улыбки.

— Иди. Пока твой личный горный хребет не заподозрил неладное. И удачи. Тебе понадобится её море.

Я вышла из зарослей, держа в кулаке камень и с ключом, спрятанным в складках платья.

— Нашла? — раздался голос Торга.

— Нет, — вздохнула я. — Но плачущая глициния и правда очень... впечатляющая. Пойдёмте. Мне нужно... обдумать свою жизнь. И, возможно, выпить что-нибудь крепкое.

По пути назад я думала не о порталах и картах. Я думала о том, что оставляю здесь. Не трон, не богатство, не статус. А одного единственного дракона, который предпочёл быть человеком. И это, чёрт побери, было самой нелепой и самой болезненной потерей из всех возможных.

Осталось только не облажаться. Легко сказать.

23. Пижамная вечеринка

Ночь перед Часом Призрачного Света я провела, прокручивая в голове все возможные сценарии провала. Они были яркими, детальными и неизменно заканчивались тем, что меня либо превращали в садовый гном, либо скармливали гигантским хищным орхидеям из той же оранжереи. Элира, видя моё состояние, принесла мне «успокоительный чай», который пах так, будто его заварили из носков и отчаяния. Я выпила.