Утро начинается с... любви - Ксюша Литт

Андрей гладил меня по шее, опускался ниже, задевал соски, прижимал меня к себе с заметной силой, и снова гладил, опускаясь ладонью по спине, бёдрам, обходя место, которое, честно говоря, уже ныло от жажды прикосновения.

Вдруг он подхватил меня на руки, легко, будто был тяжелоатлетом, а я пушинкой, и двинулся в сторону кровати. Всего несколько шагов, которые длились долго, потому что по пути мы прервались на поцелуй, потом ещё один и один, пока всё-таки не достигли своей цели.

Голова отключилась. Думать, анализировать я не могла, и что важнее – не хотела. Знала, начну рассуждать, загоняться, придумаю себе проблему, тогда как основная моя проблема прямо сейчас – получить удовольствие и доставить его же Андрею.

Не проблема даже, а цель. Да, цель. Основное желание, инстинкт, если хотите.

Я плыла на волнах эйфории от того, как Андрей сжимал меня, трогал, иногда совершенно нахально, ощупывал, будто исследовал небывалый клад. Целовал с каждой минутой всё откровенней и горячее.

Бесцеремонно, нагло, приятно до одури.

Мгновение, когда с моих плеч скатился халат, я не уловила, как и не заметила, как майка на тоненьких бретелях покинула моё тело, явив взору Андрея оголённую грудь.

На секунду замерла, ловя отголоски замешательства, того, что было в машине. Иррационального стыда, глупого какого-то. Ведь если мужчина со мной в постели, значит, он точно хочет, и ему определённо всё нравится.

Что там, внушительная эрекция, которая не скрывалась, явно указывала на то, что Андрею всё нравится. Очень нравится.

– Красавица, – хрипло прошептал Андрей.

Облизнулся плотоядно, пробежался по мне лихорадочным взглядом. Впился поцелуем, заставляя мои мозги и тело плавиться.

Когда он успел раздеться, нависнуть сверху, посылая импульсы жара в каждую клеточку тела, я не заметила.

В голове отчаянно стучало: быстрее-быстрее-быстрее.

Мы торопились, будто серьёзно опаздывали.

Дальше я плыла на уровне ощущений. Отключила редкие всполохи разума, погружаясь в чувственный морок, качающий меня на волнах нетерпения, страсти, острого желания.

Услышала звук рвущейся упаковки презерватива, краем сознания отметив, хорошо, что Андрей такой… внимательный.

Почувствовала ладонь между своих ног, которая давила, несильно обхватывала лобок, вынуждая меня подаваться навстречу, желая большего, пока наконец не получила это – ткань скользнула по моим ногам, ведомая движениями Андрея.

Жадные, с каждой секундой более хаотичные ласки обрушились на меня как водопад, грозя затянуть в водоворот чувственных эмоций, которых я желала, но оказалась не очень готова.

Слишком ярко, слишком остро. Невыносимо почти.

Вскоре ощутила тяжесть мужского горячего тела на своём, распятом на кровати. Влажное, опаляющее дыхание вдоль моей шеи, ниже, к ключицам и у яремной ямки, перемежающееся с поцелуями. Волоски, покалывающие тонкую кожу на внутренней стороне бесстыдно разведённых бёдер, жаждущих больше прикосновений, жарче ласк… особенно то, что между ними.

Там отчаянно пылало, желало, ритмично сжималось в ожидании логичного продолжения, с которым Андрей тянул и тянул, испытывая своё ли, моё ли терпение.

– Ну же, давай, быстрее, – пробормотала я, притягивая к себе Андрея, обхватила ладонью непривычно большой член.

Не гигантский, но такой… увесистый, ровный, с аккуратными венами и заметной головкой. Идеальный.

– Быстрее? – шепнул Андрей мне в губы, оставляя острый, жадный поцелуй.

И наконец-то, острое, на грани нереального, чувство, как вожделенный член плавным, неумолимым движением входит в меня, накрыло меня с головой.

Фантасмагория какая-то. Волшебство. Магия.

Это оказалось настолько остро-сладко, щемяще, на грани чувственности, что мне оставалось лишь стонать, выгибаться навстречу, двигаться в унисон, ловя нереальное удовольствие, до сего момента мне неизвестное.

Так… так… так невозможно.

Словно я в параллельную реальность провалилась, где женщины способны испытывать яркое удовольствие, балансируя на грани, ныряя за.

Я закрыла глаза, ловила волны эйфории, проходившие сквозь меня, чувствовала, как меня кружит, кружит, кружит запредельное удовольствие, самый настоящий кайф.

И часто-часто дышала, потому что иначе не получалось, иначе задохнусь.

Ерунда, всё ерунда. Всё потом. Прямо сейчас я нуждалась в одном: погрузиться на дно этого кайфа и вынырнуть обновлённой. Вновь рождённой, если хотите.

Мы продолжили целоваться, жадно сплетались языками, щедро делились вкусами и запахами.

Подчинялись неумолимо нарастающему ритму, следовали за движениями своих тел, погруженных в нирвану.

Было горячо, почти нестерпимо. Мир вертелся за закрытыми веками, кружился, словно мы неслись на болиде Формлы-1.

Шумное, надрывное дыхание, моё и Андрея, откровенно оглушало, добавляло остроты во взаимное запредельное удовольствие, нарастающее с каждой фрикцией.

Он менял углы, ритм и темп, вынуждая подстраиваться под него, как и он подстраивался под меня, ловя каждое движение, дыхание, взгляд, трепетания ресниц. Считывая мои желания по жестам, как в открытую книгу смотрел.

Закинула ноги ему на бёдра, отчего проникновения стало глубже, откровенней. Двигалась навстречу, ловила ритм, податливо отвечая на сильные толчки.

Сходила с ума от происходящего.

Обнимала за крепкие влажные плечи, царапала, надсадно дышала в ухо, что-то хрипло шептала, не понимая, что именно. Слова признательности, а то и любви, нетерпения, жажды. Стонала, будто умирала от жажды, жадности, желания, которое вот-вот должно было завершиться закономерным финалом.

Не просто хорошо, а где-то за гранью добра и зла – такого просто не бывает.

Не бывает же, нет? Может быть, я просто сплю?..

Андрей ускорил темп, наращивая глубину и частоту фрикций.

Сильнее, сильнее, сильнее, быстрее, ритмичней с каждый ударом, ещё и ещё.

В мутных всполохах я наблюдала, как напряглись мужские мышцы, скатилась капелька пота по виску, остановив движение в уголке карего глаза.

Я качнула бёдрами, ловя темп. В ответ Андрей усилил толчки, увеличил амплитуду, подгоняя меня и себя сильными фрикциями, вращениями и ударами.

Быстрее и быстрее с каждым движением бёдер, сильнее, ещё сильнее.

Я выгнулась под ним с громким стоном, который сразу же поймал мужской рот.

Во мне билась обжигающая лава, такая оглушающая, настолько изводящая, что давила изнутри, пугала внутренним напряжением.

А когда прорвалась, растеклась по всему телу блаженными судорогами, которые длились, длились и длились бесконечно долго, пока я не обмякла, окончательно потеряв себя.

Андрей тяжело дышал мне в шею, опаляя щёку горячим, влажным дыханием, догоняя.

Толчок, ещё толчок.

Сильнее, быстрее, в сорванном темпе, нетерпеливом, будто сбился, окончательно потерялся в своём удовольствии. Настолько, что перестал контролировать себя, отдался рефлексам, первобытным инстинктам.

Внутри меня напрягся член, казалось, донельзя, дёрнулся несколько раз, кончая. Одновременно мужской хрип опалил моё ухо.

Я купалась в нирване. Тело абсолютно не слушалось меня, я словно в невесомости парила, ощущая истому, поднимающую меня над постелью, что там, над Землёй.

Гладила в забытьи горячие, мощные плечи, спину, шею, лениво