Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Ну… — Ракель слегка прикусывает губу. — Да… Я даже не знаю, что могло бы реально опустить твою самооценку ниже плинтуса и заставить усомниться в себе.

— Это невозможно , — с гордо поднятой головой отвечает Терренс и снова меняет скорость, немного сильнее нажав на педаль газа. — Пусть эти охламоны пытаются сколько хотят. Я все равно не поверю им и только лишь посмеюсь над их жалкими попытками заставить меня усомниться в своей уникальности.

— Да уж… Как же интересно наблюдать за всеми метаморфозами, что с тобой происходят… Наблюдать за тем, как ты становишься скромной лапочкой перед мной или мамой с папой. Или же обнаглевшим и слишком самоуверенным павлином перед братом и друзьями.

— В любом случае все эти люди все равно для меня самые любимые и близкие.

— Умеешь красиво выкрутиться.

— Говорю правду, красотка.

— Хорошо-хорошо, честный ты наш, — с легкой улыбкой хлопает Терренса по плечу Ракель. — Я верю тебе.

— Иначе и быть не может.

Ракель тихо стонет с закатанными глазами. После чего в салоне на несколько секунд воцаряется тишина, во время которой Терренс с легкой улыбкой продолжает вести машину и следить за дорогой.

— И вообще, мы сначала говорили про Питера, — отмечает Терренс. — О том, как здорово знать, что он живой и здоровый.

— И по-настоящему счастливый, — слегка улыбается Ракель. — Если он смеется или улыбается, то это искренне .

— Согласен, его эмоции наконец-то стали настоящими .

— Все благодаря нашей поддержке. Каждый из нас дал ему понять, что мы всегда будем на его стороне и никогда не бросим в беде.

— И сейчас мы не имеем никакого права предать его. У Питера нет семьи, которая помогла бы ему. Мы – единственные близкие ему люди. Мы все поможем побороть привычку причинять себе вред.

— Как можно не помочь такому чудесному человеку! Бедный парень пережил такой ужас… К сожалению, он находился в окружении очень жестоких и несправедливых людей.

— Зато сейчас у него есть много настоящих друзей, которые никогда не будут пользоваться им и играть на его чувствах. Питер может полностью доверять нам и не бояться предательства с нашей стороны. Его не бросят ни друзья, ни девушка, в которую он влюблен.

Терренс замолкает и переключает скорость с помощью коробки передач. А затем тишину нарушает Ракель, когда переводит на мужчину свой взгляд и слегка хмурится:

— Кстати, а почему ты, Питер и Даниэль ни разу не говорили мне, Анне и Наталии про ту девушку?

— Э-э-э… — запинается Терренс, слегка прикусив губу. — Что, прости?

— Почему мы ничего не знаем про подружку Питера? Нам с девочками кажется странным, что вы никогда не говорили про ту загадочную девушку. Мы ни разу не видели ее в больнице.

— Она приезжала к Питеру в больницу каждый день. Просто эта девушка приезжала в то время, когда кто-то из нас уже покинул больницу. Та девушка работает и не могла целыми днями сидеть с блондином.

— Да, но мы ведь вообще ничего не знаем про нее! Ни ее имени, ни ее историю знакомства с Питером! Нам известен лишь сам факт ее существования!

— Только не говори, что ты решила устроить мне допрос.

— То, что ни один из вас ничего не говорил про ту девчонку, сильно настораживает.

— Эй, ты что, ревнуешь? — тихо усмехается Терренс.

— Нет, не ревную. Просто хочу узнать побольше про эту девушку.

— Не беспокойся, милая, она очень хорошая девушка. Симпатичная, добрая, преданная… Она сразу понравилась мне и Даниэлю, когда мы с ней познакомились. Вряд ли бы Питер стал дружить с плохой девчонкой и тем более влюбляться в нее. Ему уже хватило того, как его предала та королева школы.

— Ну а кто она такая? Откуда родом? Чем занимается? Как познакомилась с Питером?

— Родом она из маленького городка. Не из Нью-Йорка. Чем занимается – я не знаю, но она говорила, что где-то работает. Ну а с Питером эта девушка познакомилась через общую подругу, которая была единственной в классе, кто не издевался над ним, и по сей день поддерживает с ним связь.

— Из маленького городка, говоришь…

— Вспоминаешь прошлое?

— Кое-что…

— Наверное, ты бы так и осталась жить в Кингстоне, если бы не твоя карьера.

— Если бы я осталась там, то не смогла бы добиться успеха в модельной карьере. К тому же, я не могла постоянно ездить из Кингстона в Нью-Йорк.

— Понимаю.

— Знаешь, Терренс… — с грустью во взгляде произносит Ракель, рассматривая свои руки. — Вот прошло уже столько лет с тех пор как я узнала об их смерти, но так и не смогла смириться с этим… Временами мне их очень не хватает, хотя я практически не помню ни маму, ни папу. Только лишь фотографии в альбоме и на кладбище не дают мне забыть их.

— Я понимаю, что ты чувствуешь, — бросив Ракель грустный, короткий взгляд, тихо отвечает Терренс. — И начал много думать над тем, что будет со мной, когда мои родители погибнут. Знаю, что это рано или поздно случится, но понимаю, что мне будет очень тяжело смириться с этим.

— Полагаю, ты испытал что-то подобное, когда узнал о якобы смерти своего отца.

— Я всерьез посчитал это правдой. Переживал, что так и не смог увидеться с ним, объясниться и рассказать всю правду… В глубине души мне было очень плохо от мысли, что этого человека больше нет.

— Временами мне хочется обнять своих родителей и сказать им, что я люблю их. — Ракель тяжело вздыхает. — Но прекрасно понимаю, что это невозможно… Я могу поговорить с ними лишь на их могиле. Правда, они никогда мне не ответят.

— А когда я верил в смерть отца, то думал, что потерял его и даже не смогу прийти на могилу и попросить у