Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, которую затем немного неуверенно нарушает Ракель, развернувшись лицом к парням и окинув их взглядом:

— А дело в том, Питер, что Наталия, Анна и я знаем Хелен Маршалл. И очень давно.

— Но откуда? — удивляется Даниэль.

— Хелен училась в одной школе со мной и Ракель, — отвечает Наталия.

Данный ответ приводит всех парней в ступор, поскольку они и предположить не могли подобного исхода событий.

— Вы учились вместе? — округляет глаза Эдвард.

— Да, — отвечает Ракель. — Но Анна тоже знакома с ней.

— Ничего себе, — слегка улыбается Терренс. — Парни, это что получается, мы все встречаемся с девчонками, которые знают друг друга еще со школы?

— Получается, так.

— И раз вы учились вместе, значит, жили в одном и том же маленьком городке… — неуверенно говорит Даниэль.

— Да, мы все жили в Кингстоне, когда были маленькими, — тихо говорит Хелен.

— Класс! — слегка улыбается Даниэль. — Значит, нам и не надо переживать, что вы не подружитесь. Потому что вы и так знакомы уже много лет.

— Да, но мы с Хелен не были подругами… — неуверенно признается Ракель.

— То есть, как это? — слегка хмурится Питер.

— Хелен была одной из тех, кто принимал участие в издевательствах над Ракель, — неуверенно отвечает Анна. — И… Принимала в этом активное участие…

— Что? — ужасаются Эдвард, Даниэль, Терренс и Питер.

В гостиной на несколько секунд воцаряется напряженная тишина, во время которой потрясенные парни качают головой, прикрывают рот рукой или просто широко распахивают полные ужаса глаза.

— Твою ж мать… — тихо произносит Даниэль.

— Не могу поверить… — ужасается Терренс.

— Вы знали об этом? — слегка хмурится Эдвард, окидывая Даниэля, Терренса и Питера взглядом. — Знали, что эта девушка – обидчица Ракель?

— Откуда, черт возьми, мы могли это знать? — удивляется Даниэль. — Мы и думать не думали, что все так сложится!

— Блять, походу, мы зря все это затеяли… — запустив руку в волосы, с тревогой говорит Питер. — Это не кончится ничем хорошим…

— Так вот почему… — слегка хмурится Анна и переводит взгляд на Даниэля, Терренса, Питера и Эдварда. — Вот почему вы так усердно скрывали от нас личность подруги Питера.

— Точно! — восклицает Ракель. — Вы знали, что это была Хелен. Девушка, ставшая одной из тех, из-за кого я страдала.

— Нет-нет, девчонки, это не так! — с жалостью во взгляде мотает головой Даниэль. — Клянусь, мы ничего не знали о том, кто такая Хелен на самом деле.

— Но вы все скрывали от нас и наотрез отказывались что-либо объяснить, — хмуро отмечает Наталия.

— Мы ничего не говорили, потому что забывали, — оправдывается Терренс. — И сейчас понимаем, что это было нашей ошибкой.

— А я вообще здесь не причем! — восклицает Эдвард. — Я ничего не знал про Хелен. Мы с ней только сейчас познакомились.

— Тебе, Эдвард, мы верим, — спокойно говорит Анна и хмуро смотрит на Терренс и Даниэля. — А вот вам двоим придется все объяснить.

— Пожалуйста, Анна, поверь нам, — умоляет Даниэль. — Если бы у нас было хоть малейшее подозрение на то, что вы знайте Хелен, то мы бы расспросили вас про ваши школьные года. Откуда мы могли знать, что эта девушка училась с вами, да еще и издевалась над Ракель?

— Пожалуйста, девчонки, не обижайтесь, — с грустью во взгляде просит Терренс. — Мы правда ничего не знали. И нам жаль, что мы промолчали.

— Боже мой, Хелен… — с ужасом в округленных глазах произносит Питер. — Я… Я поверить не могу!

— Я м-могу все объяснить… — дрожащим голосом взволнованно говорит Хелен.

— Черт возьми, Хелен, что все это значит? — недоумевает Даниэль. — Неужели девчонки говорят правду?

— Да, это правда… — Хелен виновато склоняет голову. — Я действительно принимала участие в издевательствах над Ракель и Наталией.

— Но почему? — недоумевает Питер. — За что ты так не любила Ракель и Наталию? Они ведь такие хорошие девушки и еще никому не сделали ничего плохого!

— И почему ребята не любили их обеих? — удивляется Терренс. — Нет… Про Наталию мы более-менее знаем… Знаем, что ее начали гнобить только из-за того, что она перестала их поддерживать. А вот причина ненависти к Ракель нам не понятна. За что можно было не любить такого чудесного человека, как моя невеста?

— Пожалуйста, ребята, позвольте мне все объяснить, — с жалостью во взгляде отвечает Хелен. — Мне очень жаль, что все так случилось. Ракель и Наталия не заслужили всего того, что они натерпелись от ребят.

— Да, но ты издевалась над ними, — отмечает Эдвард. — Значит, у тебя была какая-то причина для ненависти.

— Клянусь, Эдвард, я никогда не ненавидела их обеих. Во всем виновато стадное чувство. Была одна девчонка… Кто-то вроде королевы школы… Она рулила буквально всем. Если кто-то смел пойти против нее, то этому человеку было бы очень плохо. Или даже если кто-то не понравился бы лично этой девчонке просто так, то ему уже не видать спокойной жизни. Так вот я и дружила с Эшли и делала все, что она скажет.

— Значит, ты дружила с ней из-за страха быть изгоем? — удивляется Питер.

— Я делала вид, что дружу. Она никогда не была моей подругой. Эшли всегда была жутко капризная, невыносимая и слишком эгоистичная. Привыкла, что вокруг нее всегда кто-то крутится. И она никогда не стеснялась выражать это открыто. Как и все, я боялась идти против нее из-за страха, что она что-нибудь со мной сделает. Поэтому и начала делать вид, что до смерти люблю ее и предана ей. Однако быть ее подругой невыносимо тяжело. Эшли было все равно, каким образом для нее сделают то или иное. Ты должен был выполнить ее желание немедленно.

— Ладно, мы поняли, — спокойно говорит Терренс. — Ну а