Когда он мрачен - Сюзанна Райт

Её кошка прижалась к её коже, желая потереться об него. Бри была почти уверена, что он почувствовал её кошачий интерес, потому что из его груди вырвалось рычание.

Однако он не отошёл. Он оставался неестественно неподвижным, впиваясь в неё взглядом, и втягивая в свои орбиты, снимая все защитные слои, ничего не скрывая от неё. Все, что он чувствовал, было передано в этом взгляде — его желание, его разочарование, его голод. Это было так интимно, так чёртовски горячо, что превратило её мозг в пудинг.

Предвкушение наполнило воздух до хрипоты. Напряжение нарастало и нарастало, натирая её, и без того, натёртые нервы. Казалось, что в любую секунду она просто взорвётся. И это отчасти разозлило её, потому что она не хотела чувствовать себя так. Она не хотела желать того, кого не могла иметь.

Она поддалась гневу, надеясь использовать его, чтобы заглушить бурлящее в ней возбуждение. Не сработало. Казалось, это только сделало её более раздражительной. Как будто каждое состояние каким-то образом подпитывало другое.

Его челюсти сжались, он сократил последний кусочек пространства между ними.

— Кого ты хотела прошлой ночью, Бри? — Убийственный шёпот пробежал по её спине, оставляя мурашки. — Кого? — Слово было хлёстким.

Хм, похоже, она была не единственной, кто был взбешён. Что ж, хорошо.

— Кого, Бри?

— Разве это имеет значение? — она фыркнула.

Его глаза вспыхнули… чем-то.

— Да, это чёртовски важно, — выпалил он.

— Я не понимаю, как…

— Это был простой вопрос. Ответь на него.

Она уперла руки в бока.

— Какого чёрта ты ведёшь себя так, будто я обязана тебе отвечать на какие-то вопросы?

— Кого ты хотела? — прорычал он, его тёплое дыхание овевало её рот. В этом рычании было столько же желания, сколько и гнева. — Скажи мне.

Чёртовски упрямый ублюдок.

— Господи, Алекс, это не был кто-то конкретный, — вырвалось у неё.

— Ни с кем конкретно? Ты просто хотела трахнуться с кем-нибудь? Позаботиться о зуде?

— Ну, как я уже сказала, девушке нужны определённые действия.

Он накрыл её рот своим и погрузил язык внутрь. С такой лёгкостью её тело охватило пламя. Её гнев уступил место чистой стихийной потребности, с которой она не могла бороться.

Алекс наслаждался этим вкусом, который преследовал его шесть грёбаных лет. Он лизал. Покусывал. Грабил. Опустошал её рот поцелуем, таким откровенно плотским, что они с таким же успехом могли трахаться.

Она поцеловала его в ответ — это не был предварительный ответ. Она была такой же безумной и голодной, как и он. Её руки вцепились в его плечи, когда она выгнулась навстречу ему, потираясь о его член, доводя их обоих до безумия.

Она вцепилась в его рубашку и потянула. Он помог ей стянуть её через голову, а затем сорвал с неё шёлковую пижамную рубашку. Мягкие руки легли ему на грудь, и он мог поклясться, что почувствовал её прикосновение под своей кожей. Одна из её рук скользнула вниз и обхватила его член через джинсовую ткань.

Алекс зарычал. Он должен, чёрт, овладеть ею. Он поднял её, намереваясь отнести наверх. Влажный жар её киски прижимался к его члену через одежду, приглашая и искушая его. Нет, они не собирались добираться до спальни.

Он повалил её на пол, впиваясь в её рот, изливая голодное рычание в её горло. Его член пульсировал, как сукин сын, такой полный и ноющий, что мог лопнуть. Он прижался к её клитору, уступив потребности настолько мощной и интуитивной, что ни у кого из них не было шансов противостоять ей.

Он хотел, чтобы она была его. Сейчас. Всеми грёбаными способами, которые только мог заполучить.

Алекс лизал и покрывал поцелуями её шею и выпуклости грудей. Он расстегнул переднюю застёжку её бюстгальтера, обнажив круглые, налитые шары. И тут он замер при виде её сосков — тугих, розовых и с чёртовым пирсингом. Оборвалась ещё одна нить его контроля.

Бри резко втянула воздух, когда он грубо втянул один сосок в рот, одновременно сжимая рукой забытую грудь. Она запустила пальцы в его волосы, выгибаясь навстречу ему, нуждаясь в нем внутри себя больше, чем в чем-либо за долгое время.

Переходя от одной груди к другой, он пощипывал и покручивал пальцами её твёрдые соски, а также теребил зубами её пирсинг и щелкал по нему языком. Каждое движение посылало волны удовольствия в её ноющую сердцевину.

Она чувствовала себя такой пустой. Горячей. Отчаянной. Но он не собирался торопиться — что он ясно дал понять, игнорируя каждое её требование продолжения, как будто она даже не произнесла ни слова.

Рыча, он запустил руку ей в трусики и пронзил её двумя пальцами.

— Я хочу, чтобы ты была наполнена моей спермой.

Бри стонала и хныкала, пока его пальцы двигались, сжимались и разжимались. Боже, это почти так, будто он прошёл ускоренный курс о том, как доставить ей удовольствие, потому что прикасался к ней именно так, как нравилось, именно там, где нравилось.

Он ускорил темп, двигая пальцами так сильно, что при каждом толчке его ладонь ударяла по её клитору.

— Вот и все, прими это, — прорычал он ей на ухо. — Этот тихий звук, который ты издаёшь перед тем, как кончить… Я хочу услышать его снова. — Он согнул пальцы, нашёл то место, от которого у неё перехватило дыхание, и снова и снова погружал пальцы глубоко.

Она взорвалась сдавленным криком, её ножны задрожали вокруг его пальцев. У неё даже не было времени прийти в себя после оргазма, когда он скользнул вниз по её телу и стянул с неё пижамные штаны и трусики.

— Хочу попробовать тебя на вкус. — Алекс обхватил её задницу, приподнял бедра и провёл языком по расщелине. — Чёрт, мне это нравится. — Он зарылся лицом в её киску с тихим рычанием. Он насыщался ею, потягивая, облизывая и глубоко проникая языком.

Она дрожала и брыкалась, переполненная таким количеством сексуальных эндорфинов, что почти чувствовала себя опьянённой ими. Он снова засунул в неё два пальца, одновременно посасывая её клитор, вызвав мощную дрожь в её киске. А затем она кончила снова. Жёстко. Долго. Громко.

Алекс облизал губы, желая больше ощутить этот вкус, но нуждаясь быть внутри неё. Когда она упала на пол, тяжело дыша и дрожа, он расстегнул ширинку и позволил своему ноющему члену высвободиться. Он медленно опустил своё тело поверх её, перенося на неё свой вес, и просунул головку члена во вход в её киску.