Только моя - Лора Павлов

— С ним все будет хорошо. Мы говорим о Буллете. Он лучший из лучших, ты это знаешь. Нет человека, рядом с которым я чувствовал бы себя в большей безопасности, чем с твоим мужем.

— Я знаю, — ее слова дрожали.

— Я продолжу уговаривать его уйти на покой, но он упрямец, и ты это прекрасно знаешь.

Я бросил взгляд на Дилан и выдохнул. Этой стороной своей жизни я делился немногими, но почему-то мне было несложно говорить при ней.

— Ладно. Ты прав. Просто с мальчиками тяжело, понимаешь?

— Как насчет того, чтобы я заехал к вам через пару дней? Заберу мальчишек на несколько часов и дам тебе передохнуть.

Она несколько раз всхлипнула, и было чертовски тяжело слышать, как ей плохо. Именно это на протяжении последнего десятилетия удерживало меня от чего-то серьезного. Ну и еще то, что моя бывшая переспала с моим лучшим другом, пока меня не было.

Как бы то ни было, вот от такого дерьма я и хотел держаться подальше.

Ранить тех, кого любишь больше всего.

Я не мог запретить маме и семье переживать за меня, но мог контролировать, сколько людей впускаю в этот круг.

Я держал его узким. И мне так нравилось.

У Буллета были жена и дети, весь их мир крутился вокруг него. А он каждый день рисковал жизнью, потому что это было его призванием.

Черт, я понимал обе стороны. Но от этого все равно было не менее хреново.

— Это было бы здорово. Я бы не отказалась выпить кофе и посидеть часок в книжном магазине.

Она тихо усмехнулась, но смех прозвучал натянуто.

— Я говорил тебе и Буллету, что с радостью помогу вам найти поддержку, — сказал я.

Она была такой же упрямой, как и ее муж, и каждый раз отказывалась.

— Я справлюсь со своими детьми сама, но спасибо. А вот визиту дяди Вольфи они будут рады.

— Хорошо. Я напишу и скажу, когда смогу вырваться. А ты попробуй поспать, пока эти сорванцы не проснулись ни свет ни заря.

— Ладно. Спасибо, что ответил. Мне просто нужен был кто-то, кто понимает.

— Ты знаешь, я всегда отвечу. Отдохни.

— Спасибо. Постараюсь. Спокойной ночи.

Я закончил разговор как раз в тот момент, когда мы подъехали к дому. Выйдя из машины, мы поблагодарили Галлана за поездку и направились к лифту.

— Это была кто-то, с кем ты служил на флоте? — спросила она.

Я кивнул.

— Жена моего лучшего друга Буллета. Жаклин.

— Он все еще действующий боец спецназа?

— Да. И у них с Жаклин двое маленьких сыновей, и им очень хочется, чтобы отец был дома.

Я смотрел прямо перед собой. Говорить об этой части своей жизни мне было непросто.

— Поэтому у тебя нет семьи?

— Думаю, когда тебя постоянно нет, проще не иметь слишком много привязанностей. То, какой стресс это вызывало у моей матери, сестры, да у всей семьи, мне было более чем достаточно. К тому же я никогда особо не мечтал о собственной семье. Буллет живет ради жены и детей, но он еще и человек, который любит свою работу. Так что, думаю, каждый справляется с этим по-своему.

— Да, это понятно.

— А ты? — спросил я, когда двери лифта открылись и мы вышли.

— А что я?

— Ты говорила, что ты единственная сестра в семье, которая еще не замужем. — Я шел рядом с ней. — В чем там история?

Она остановилась у своей двери и приподняла бровь.

— Не знаю, Вольф. Может, у нас с тобой куда больше общего, чем ты думаешь.

С этими словами она резко развернулась. Светлые волны волос скользнули по спине, когда она распахнула дверь и вошла внутрь.

* * *

На следующий день я утонул в работе, едва вернувшись из зала. Я написал Дилан, что выезжаем на воскресный ужин к моим родителям ровно в шесть. Меня не радовала идея, что сестра ее пригласила: мне нужно было немного дистанции, а между работой и домом Дилан Томас была повсюду. Ее присутствие на воскресном ужине означало, что мы уже долго не проводили ни одного дня, не видя друг друга.

Я постучал к ней, и когда дверь открылась, было трудно не уставиться. Облегающие джинсы, сапоги до колен и белый свитер, чуть сползший с плеча. Длинные светлые волосы собраны в волнистый хвост. Она выглядела чертовски сексуально. В руках — букет цветов и бутылка вина.

— Готова? — сухо спросил я.

— Ну и привет тебе тоже, Солнышко. Кто так здоровается? «Готова?» Ты настоящий неандерталец.

Она прошла мимо и нажала кнопку лифта не меньше дюжины раз — как обычно, злилась.

Мы вошли в лифт, и я прочистил горло, потому что ее запах жасмина творил со мной безумные вещи.

Мне нужно было пространство.

Дистанция.

Воздух.

Я фантазировал о ней каждый день, и мне нужно было привести голову в порядок. С ее постоянным присутствием это было невозможно.

— В чем твоя проблема? — фыркнула она. — Ты злишься, что я иду на воскресный ужин?

— А если да, это что-то меняет? — я шагнул ближе, и она сердито посмотрела на меня.

— Не особо. Твоя сестра меня пригласила, и разрешение мне не нужно. Но твой тон мне не нравится.

Когда двери открылись, она пронеслась мимо и вышла прямо к ожидавшей машине.

Она поздоровалась с Галланом и села внутрь. Я сел следом и отправил Буллету сообщение, что заеду к Жаклин и детям через пару дней. И напомнил про предложение работать на Lions.

— Почему ты ведешь себя как придурок?

Я тяжело выдохнул.

— То, что мне не хочется говорить, не делает меня придурком. И напомню: за пять минут ты успела назвать меня и неандертальцем, и придурком, и ясно дала понять, что мое разрешение тебе не нужно. Так что я выбираю не продолжать этот разговор.

— Что только подтверждает мою мысль.

Мне не нравилось, насколько мне с ней комфортно. Даже ссоры давались легко. Насколько это было ненормально? Она с каждым днем проникала мне под кожу, и я не понимал, как это остановить. Когда меня прижимали к стене, я обычно выбирал грубость. Но она будто читала меня. Точно знала, какие кнопки нажимать.

Мы несколько минут ехали молча. Она уставилась на ногти, ясно показывая, что тоже не собирается продолжать.

— Моему брату понравится, что ты приходишь на ужин, — я взглянул на нее. Почему она должна так чертовски хорошо выглядеть?

Это бесило.

— Тебя это задевает? — она ухмыльнулась. Самоуверенная, довольная собой.

Мы подъехали к родительскому дому. Галлан объехал