Под знаком белой луны - Ольга Александровна Скоробогатова

— А ты не потакай их прихотям. Не хотят выполнять то, что ты им велишь, будь с ними построже. Они же не могут не ходить в секцию. Вот и намекни им, что примешь меры, если это будет продолжаться.

— Ладно. Давай поговорим за обедом.

— Хорошо.

— Да… Ленка тут приходила вся в слезах. Ты с ней поласковей, а то она меня замучила совсем.

— А в чем проблема? — удивился Глеб.

— Я тебе тоже уже говорил! Она в тебя влюбилась!

— Ну и что я могу с этим поделать? — спросил Глеб.

— Она на полном серьезе собралась отбивать тебя у жены, дурочка!

— Но ты, надеюсь, объяснил сестре, что я женат и скоро развожусь, чтобы жениться снова?

— Она все знает.

— Вот и хорошо. Но обещаю, буду к ней внимателен.

— Гляди не переборщи, а то снова решит, что ты к ней неравнодушен.

— Я постараюсь! — Глеб встал и направился к кортам.

А Алексей вздохнул и с видом обреченного на казнь поплелся к пляжу. Что там сегодня придумают эти противные девицы? Снова будут его изводить? Главное, так обидно обзываются…

Лина проснулась только после полудня. Бессонная ночь и переживания сделали свое дело. Девушка плохо себя чувствовала, так какие привыкла спать днем. Поднявшись с кровати, Лина выглянула в окно и столкнулась нос к носу с Милой. Та пришла за ней, чтобы вместе пойти на пляж, но, не обнаружив подруги во дворе, решила тихонько посмотреть в окно. Вдруг она не одна? Вваливаться к подруге в комнату, как она делала это раньше, Мила не рискнула.

— Ой! Напугала! — вскрикнула Лина.

— Ты одна?

— Конечно! А с кем я должна быть?

— Ну мало ли…

— Он ушел. К тому же он спит отдельно! В кухне, — и покраснела. — Мы иногда меняемся местами.

— Понятненько! — засмеялась Мила.

— Ой, Милка! Что тебе понятненько? Мы вчера вечером поздно из Генеральского приехали. Потом всю ночь не спали.

— Вот я и говорю! — не унималась Мила.

— Да это не то, о чем ты думаешь! Мы были уставшие и озадаченные.

— Чем это?

— Пойдем на пляж? Надо искупаться. А то я вялая какая-то. Не привыкла спать до полудня. Освежимся, и я тебе все расскажу, — сказала Лина, надевая купальник.

— А мне тебе и рассказать-то нечего. Алёшка, думаю, решил со мной завязать. Не надо было отшивать в такой форме.

— А в какой форме ты могла его отшить? Если ты так решила, значит, все правильно сделала. Если бы ты ему нравилась по-настоящему, он бы пришел.

— Значит, не нравлюсь! — вздохнула Милка. — Ну, пошли?

Солнце палило нещадно, будто отыгрываясь за вчерашний день. На раскаленном пляже было полно народу. Девушки снова не могли найти себе места. Лина посмотрела на подругу и предложила идти на камни. Милка согласилась.

— Вот что значит долго спать! Приходится таскаться по палящему солнцу в такую даль.

— А я люблю там купаться! Да, подруга, а ты почему так долго спала? — спросила Линг.

— Не спала я. В саду работала.

— Молодец! Мне тоже надо еще успеть тетке помочь, а то скоро уезжать!

— Еще не скоро! Успеешь, — отрезала Мила. — Ты там целый год работаешь, надо же когда-нибудь отдыхать!

— Да. Но все же. Знаешь, я бы не уезжала. Только мать не позволяет.

— Ты вроде совершеннолетняя уже! — засмеялась Милка.

— Да, но мне ее жалко.

— Мать? — выдохнула Мила. — Нашла кого жалеть!

— Она несчастная. Хоть и замуж вышла, а все чего-то ей не хватает. Все мечется, мечется…

— В смысле? Не поняла я.

— То у меня остается, то снова к мужу едет. Мне кажется, что и его она не любит. Не может она жить спокойно.

— У нее работа нервная! — сказала Мила. — Попробуй сама каждый день роды принимать.

— Уже не принимает. Она теперь заведующая.

— Тоже ответственность. Устает. Но, думаю, она просто тебя контролирует. В детстве не контролировала, а теперь совесть проснулась.

— Не знаю. Может, ты и права.

— Вот, пришли! — Милка кинула полотенце на гальку. -

Смотри, и тут народ есть!

— Куда от него денешься? Сезон! — Лина расстелила полотенце и пошла купаться.

Мила присоединилась к ней, но не стала долго крутиться возле подруги и поплыла к буйкам. Лина, вспомнив обещание, данное родным, осталась возле берега. Вода ласкала тело, освежала и давала сил. Девушка проплыла до небольшого камня, стоявшего в воде, и вернулась обратно. Ей, конечно, хотелось поплавать так же, как и раньше, но испуг еще не прошел. Теперь она и сама побаивалась далеко заплывать.

Возле камней вода была более теплой и прозрачной. Лина села на берегу, оставаясь наполовину в воде, и стала наблюдать за маленьким крабиком, ползущим по дну. Она поймала его и решила напугать подругу. Мила всегда боялась крабов и медуз, хотя и выросла возле моря. Лина улыбнулась, представив, как закричит Милка, обнаружив у себя под полотенцем краба, и припрятала свою добычу. «Лучше я ей его на спину положу», — подумала девушка и засмеялась.

— Что это ты веселишься? — спросила Мила и легла на свое полотенце, прикрыв голову косынкой.

— Да так, ничего! — улыбнулась Лина и осторожно положила краба на спину подруги.

Та сначала ничего не заметила, но когда краб, почувствовав свободу, заработал лапками и клешнями, Мила вскрикнула и вскочила.

— Лина! Опять твои дурацкие шутки! — девушка схватила краба и кинула его в воду.

— Ты не боишься брать его в руки? — удивилась Лина.

— Не боюсь! Меня бесит, когда кто-то по мне ползет! — разозлилась Милка.

— Жаль, что он слишком маленький! — хохотала Лина. — Ты не визжала! У тебя это так забавно получается!

— Хватит валять дурака! Рассказывай, что там у вас в Генеральском случилось. И вообще, зачем вы туда поперлись?

— Не поперлись, а поехали. Мы познакомились с одной девушкой, которая работает в бригаде тетки и живет в Генеральском. Ее зовут Вероника. У нее такая огромная собака! Она нас пригласила в гости.

— Знаю я ее. Мне рассказывали. Муж у нее егерь. А бабка ведьма!

— И никакая она не ведьма! Она ясновидящая и очень добрая!

— Ясновидящая? Ты что, видела ее?

— И даже разговаривала, и обедом она нас кормила! Добрая она, хорошая.

— Говорят, ее часто видят в горах. Она собирает травы. Шепчет что-то, улыбается сама себе… И этот страшный зверь рядом крутится, — испуганно проговорила Мила.

— Это Проказник! Росомаха. Он ручной!

— Ты и его видела? — с ужасом спросила Милка.

— Нет. Его не видела. Он где-то бегал. А собака очень добрая!

— А что вам сказала эта старуха? Вы ее