Хозяйка скандального салона "Огонек" 2 - Марика Полански

— Как всё прошло? — Карл распахнул передо мной дверцу экипажа.

Я подхватила юбки, взобралась на сидение, а потом, подавшись вперёд, эмоционально выдала:

— Мерзавцы! Просто законченные мерзавцы! Нет, представляешь, десять процентов пошлины за то, что какой-то чиновник будет «заботиться» о моих деньгах! Моих деньгах, которые принадлежат мне по праву!

Прицокнув языком, возница сочувственно покачал головой.

— А я говорил, связываться с бюрократами — себе дороже. Но без них никак нельзя. Но не расстраивайтесь, миледи. Всегда найдётся способ вернуть себе законное. А уж вы точно найдёте, я в этом даже не сомневаюсь.

Экипаж остановился у знакомых кованых ворот, увитых диким виноградом. Карл молча помог мне выбраться, то и дело обеспокоенно глядя на меня. Видимо, с моего лица так и не сошло красноречивое недовольство после визита в банк.

Я медленно прошла по гранитной дорожке к дому. Вечернее солнце подсвечивало почерневшие от времени стены дома. Фонтан весело журчал, разбрызгивая капли, переливающиеся радугой. Птицы щебетали в кронах яблонь. Одним словом, идиллия.

Но на душе было тревожно.

Казалось бы — чего расстраиваться? Регистрация получена, документы на наследство оформлены и заверены нотариально, осталось лишь дождаться рутинного решения суда о назначении попечителя — и можно спокойно жить дальше. Деньги, дом, независимость. Всё налаживается, всё идёт по плану.

Но меня не оставляла в покое навязчивая мысль: слишком активное размахивание именем Рейвена, как красным знаменем, рано или поздно вылезет мне боком.

Я тешила себя надеждой, что управляющий Баркли вряд ли побежит сломя голову, ябедничать ван Кастеру на мои голословные угрозы. Никто, находясь в здравом уме, добровольно не полезет к дракону с такими мелкими жалобами. Слишком уж это унизительно — признаваться влиятельному лорду, что тебя припугнула какая-то там ведьма-выскочка.

«Хотелось бы в это верить», — мрачно подумала я, поднимаясь по ступенькам крыльца.

Остаток дня я безвылазно провела в библиотеке, обложившись со всех сторон толстенными пыльными кодексами, сводами законов, комментариями к ним и судебными прецедентами Норстрии.

Стопки книг росли вокруг письменного стола, как оборонительные башни вокруг средневекового замка. Воздух наполнился запахом старой бумаги, кожаных переплётов и пыли, от которой периодически хотелось чихать.

Уж очень не хотелось мне отдавать десятую часть кровных, заработанных матерью непосильным трудом, какому-то неизвестному чиновнику, который влезет в мой кошелёк на совершенно законных основаниях и начнёт «грамотно распоряжаться», урезая расходы и поучая, как правильно жить.

— Вы бы отдохнули хоть немного, миледи? — участливо заметила Минди, в пятый раз за вечер меняя самогреющийся серебряный заварник. Горячий пар поднимался от носика, наполняя библиотеку ароматом жасмина и мяты. — Вон какие синяки под глазами проступили! Столько часов подряд сидеть над этими пыльными книжками — так и ослепнуть недолго!

Горничная покачала головой с видом человека, предвидящего неминуемую катастрофу.

Я устало потёрла покрасневшие глаза, уставшие от напряжения и мелкого шрифта, ладонями и откинулась на спинку кресла. Оно сочувственно заскрипело и попыталось принять более удобную для меня форму.

— В нашем положении, Минди, слепота — это не самое страшное, что может случиться, — я зевнула, прикрыв рот тыльной стороной ладони, и устало уставилась на горничную. Она стояла, сложив пухлые руки на животе, и смотрела на меня с укоризной. — Если я прямо сейчас не придумаю, как законным путём вернуть деньги матери в свои руки, то нам всем придётся очень и очень туго. Через три месяца мне будет нечем расплачиваться с тобой и Карлом за работу. А ещё нужны деньги на продукты, на корм для лошадей, на закупку дров и угля к зиме. И это ещё далеко не полный список расходов.

Я сделала паузу, глядя в потолок, где в полумраке угадывались очертания лепнины.

— А где, спрашивается, взять эти самые деньги, если банк зажал их и не желает отдавать? Если они нарочно растянут процедуру с оформлением попечительства — а я нисколечко не сомневаюсь, что именно так эти бюрократические паразиты и поступят, — то ровно через три месяца мы всей дружной компанией отправимся на паперть милостыню просить. С протянутой рукой и жалобными рожами.

Минди ахнула, прижав руку к пышной груди:

— Боги-Прародители! Неужели всё так плохо?

— Хуже некуда, — мрачно кивнула я.

— Не отчаивайтесь раньше времени, — неожиданно раздался бодрый голос от двери.

В библиотеку вошёл Карл, неся под мышкой объёмистый свёрток в мятой коричневой бумаге, кое-как перевязанный бечёвкой. Дверь за его спиной закрылась с тихим щелчком. Возница быстрым шагом пересёк комнату, лавируя между стопками книг на полу.

— Что ещё? — я недоверчиво приподняла бровь, разглядывая свёрток. — Карл, если ты притащил очередной талмуд про «Историю развития экономических законов в эпоху Третьей Реформации» или что-то в этом духе, то можешь сразу развернуться и унести обратно. У меня и так глаза квадратные от чтения.

— Нет-нет, — он ухмыльнулся, и в зелёных глазах блеснули торжествующие искорки. — Это кое-что поинтереснее скучных исторических хроник.

Обёрточная бумага с шелестом полетела на пол, вызвав у Минди вопль праведного гнева:

— Карл! Ты что, в хлеву воспитывался?! Подбери за собой, неряха рыжий!

Но возница даже головы не повернул в её сторону. В руках он бережно держал увесистый красный том в потёртом кожаном переплёте. Корешок был исцарапан, углы затёрты от частого использования, но золотое тиснение всё ещё читалось: «Гражданский кодекс королевства Норстрия. Законы, поправки и примечания».

— В общем, — он принялся быстро листать страницы, явно зная, что ищет, — я покопался в городской библиотеке. И знаете, что обнаружил? Есть одна лазейка. Законная, которой можно воспользоваться.

Он нашёл нужную страницу, развернул книгу ко мне и ткнул указательным пальцем в статью под заголовком «Особые условия наследования для лиц с магическими способностями».

— Здесь, — возбуждённо затараторил он, наклоняясь ближе, — чёрным по белому написано: вы можете вообще не дожидаться назначения попечителя со стороны суда! Для этого необходимо всего лишь получить официальную лицензию практикующего мага и открыть частную магическую практику. Любую — целительство, алхимия, прорицание, создание артефактов. После этого вы получаете статус «независимого коммерсанта». А коммерсанты, — он многозначительно поднял палец, — даже женщины, имеют полное, неоспоримое право распоряжаться своими средствами без дурацких ограничений и навязанных попечителей!

Я уставилась на текст статьи, перечитывая строчку за строчкой. Сердце забилось быстрее — вот он, проблеск надежды!

Минди скептично фыркнула. Она деловито наклонилась, подобрала с пола смятую обёрточную бумагу и принялась старательно складывать её в аккуратный квадратик.

— А много