Надежда для князя: переписать судьбу - Наталья Нежданова

Глупости, конечно. Это всё Борис. Если бы не его самообладание и не распространяемая им вокруг атмосфера спокойствия и уверенности, я вряд ли смогла бы и собой овладеть, и его кузину поддержать.

Разговор заходит о покушении на Строганова. Присутствующие, как и я, удивляются странному выбору народовольцев.

— Для них достаточно того, что он — из министерства внутренних дел! — уверяет подруга графини.

— Однако он не имеет никакого отношения ни к сыскному, ни к охранному отделению, а принадлежит к хозяйственному департаменту, — замечает Борис.

— Действительно странно! — кивает Натали.

— Самое пикантное, что в министерстве сейчас идёт довольно острая подковёрная борьба, — продолжает князь Вяземский. — Так вот — Строганов продвигает законопроект о государственном регулировании трудовых отношений! Если он добьётся успеха, это сильно улучшит положение наёмных рабочих! Ограничение рабочего дня. Официально установленные выходные и праздники. Пособие по болезни, наконец!

— Не понимаю, где логика у этих людей? — качает головой Натали. — Они ведь сами утверждают, что борются за народное благо!

У меня в голове словно что-то перещёлкивает. Отец Наденьки Павел Григорьевич! Он ведь тоже предлагал похожий проект. И чем всё закончилось?

Два примера, конечно, слишком мало, чтобы говорить о закономерности. Но я твёрдо уверена, что это — никакая не случайность! Вот только что с этим делать, даже не представляю.

Наконец-то дописываю свою книгу про космическое путешествие на Венеру. Сама себе удивляюсь. Потому что прихожу к выводу: кроме приключенческого сюжета в ней должна быть что-то ещё. Какая-то глубина, что ли.

Попытка ответить на вопрос о смысле. Зачем вообще люди рискуют, исследуя космическое пространство и другие планеты? Чтобы умножить знание, богатство, силу? Или ради чего-то ещё?

Да стоит ли вообще устраивать экспансию в космос, если мы способны принести туда лишь наши земные страсти и дрязги? Какой смысл в заселении других планет, если мы воспроизведём там всё то же самое, от чего страдаем и на Земле?

А что, если в родном ХХI веке именно по этой причине не сбылись прогнозы фантастов об экскурсиях на лунные базы и городах на Марсе? Может, само мироздание воспротивилось расползанию с Земли бацилл ненависти и алчности?

Зачем я тогда это пишу вообще? Я вскакиваю со стула и принимаюсь метаться по нашей крошечной комнатушке. Даже Карлуша испуганно вспархивает со своей клетки.

Но смысл? В чём тогда смысл существования столь огромной Вселенной? И, кстати, как это объяснить с точки зрения христианства?

Я хватаю мамину Библию и открываю в самом начале. Сотворение мира. Миф? Попытка древних объяснить мир с помощью доступных и привычных образов?

Моё внимание привлекает вдруг сочетание заповедей, данных первым людям. Возделывать и хранить землю. А ещё — плодиться и размножаться.

Вот так прямо, на уровне руководства жизни! Но ведь ресурсы Земли ограничены. Да, грамотно обустроенная и бережно возделываемая планета действительно может прокормить огромное количество людей. А потом что?

Так может, для этого и нужны сияющие на небе бесчисленные звёзды? А Земля — действительно всего лишь колыбель, из которой подросшее человечество должно вылезти и шагать дальше? Никогда раньше не смотрела на это с такого ракурса. Но ведь логично же!

Глава 30

Получается, ни огромность Вселенной, ни покорение космоса нисколечко не противоречат христианской картине мира! Так почему же людям внушают, что это никак не сочетается? Почему постоянно делается акцент на том, что Церковь всегда была противницей науки и особенно её попыток проникнуть в тайны простирающегося над нами неба?

С другой стороны, ведь сама наука зародилась именно в средневековых монастырях! А тот же Исаак Ньютон помимо исследований в области физики писал богословские трактаты.

Да полно на самом деле великих учёных, которым христианство совершенно не мешало устремляться разумом в неизведанные прежде сферы, открывая законы природы. Паскаль, Фарадей, Пастер. Даже генетику и то монах Мендель основал! Об этом даже в учебнике по биологии написано было.

Такое чувство, что у меня сейчас мозги вскипят от всех этих мыслей. Надо на что-то другое переключиться. Например, на магию! Скоро ведь опять к Порфирию Андреевичу идти.

Ох уж эти ментальные упражнения! Делаю над собой некоторое усилие, чтобы за них взяться. Зато это помогает обрести спокойствие и душевное равновесие. А мне они нужны, как воздух.

Прихожу на очередной урок к Варе. Она рассказывает о встрече, как она выражается, с «прогрессивными людьми». И чуть ли не с придыханием произносит фамилию Благовольского.

— Он такой! Такой! Вы даже не представляете!

Я собираюсь было рассказать ей, что знаю этого человека. Но вовремя останавливаюсь. Ведь вцепится, как клещ, чтобы я привела её в наш кружок!

А это ей точно ни к чему. Ей вообще-то к экзаменам за пятый класс надо готовиться, а не забивать голову опасными иллюзиями.

Однако меня несколько пугает её восторженность. Она чуть ли глаза не закатывает. Что в этом Благовольском заставляет женщин так на него реагировать? Да что там, я ведь и сама на себе испытала! До сих пор стыдно.

Опять сижу в кабинете Порфирия Андреевича.

— Ну-с, Наденька, вы, я вижу, готовы опробовать создание ментального щита! — произносит целитель. — Сначала испытаете на себе. Я, конечно, слаб, не чета вам, но представление получите!

Выхожу от него через два часа. Выжатая, как лимон. Зато теперь мне никакая ментальная магия не страшна! Не то, чтобы совсем никакая, конечно. Но магов такого уровня, чтобы пробивать щиты — во всём мире можно по пальцам перечесть. Порфирий Андреевич даже намекнул, что, скорее всего, я тоже войду в их число.

Даже не знаю, радоваться или наоборот. Как говорится, кому много дано, с того больше и спросится. Вот что мне в родном мире спокойно не жилось?

По дороге домой опять размышляю о своей фантастике. Может, мне и правда сделать героев более органичными этому миру, вложив в их уста размышления о смысле познания Вселенной с позиции христианской картины мира?

С другой стороны, я привыкла, что практически вся фантастика моего родного мира написана с позиции атеизма. И ничего вроде страшного не происходит. Взять хоть тех же советских фантастов. Они же правда писали добрые