Развод. У него была другая жизнь - Лея Вестова

В комнате повисла тишина. Несколько коллег переглянулись. Кто-то из младших сотрудников лихорадочно листал папку с нормативами, проверяя мои слова.

— Это критичная ошибка, — продолжила я, чувствуя, как внутри нарастает давно забытый азарт. — Она не только приведёт к нарушению строительных норм, но и создаст потенциальную пожароопасную ситуацию. Кроме того, сокращение технической зоны до указанных размеров не позволит разместить всё необходимое оборудование.

Я набрала воздуха и предложила решение:

— Предлагаю изменить компоновку здания. Если мы сместим фудкорт в западное крыло, а техническую зону расположим вдоль северной стены, мы сможем соблюсти все требования без увеличения общей площади.

Я быстро нарисовала схему прямо на экране, используя графический планшет. Годы работы с чертежами сделали мою руку уверенной — линии ложились ровно, пропорции соблюдались безупречно.

— Таким образом мы решаем сразу три проблемы: соблюдаем нормативы безопасности, сохраняем требуемую площадь фудкорта и размещаем всё необходимое оборудование в технической зоне. Более того, — я повернулась к коллегам, чувствуя, как горят мои щёки от внутреннего воодушевления, — такая планировка даже улучшит логистику посетителей. Смотрите: главный поток будет проходить мимо всех магазинов первого этажа, прежде чем достигнет зоны питания.

— Блестяще, Ольга. Именно такого анализа мне не хватало в этом проекте.

Я вернулась на своё место, чувствуя, как бьётся сердце. Не от страха или нервозности, а оттого давно забытого чувства, когда ты в своей стихии, когда делаешь то, что умеешь лучше всего.

Совещание продолжилось, но поворот был очевиден — мой вариант приняли за основу. Когда все закончилось, коллеги подходили ко мне, пожимали руку, говорили, что рады моему возвращению. А Виктор Павлович попросил задержаться.

— Ольга, — сказал он, когда мы остались вдвоём, — я впечатлён. Честно говоря, предлагая тебе должность младшего архитектора, я сомневался, что ты согласишься. Понимал, что это шаг назад в карьере.

— Я благодарна за любую возможность, — ответила я искренне. — В моей ситуации...

— Знаю, — он кивнул. — И уважаю твоё стремление продолжать работу несмотря ни на что. Но сегодня ты доказала, что твой профессионализм никуда не делся. Я хочу предложить тебе возглавить этот проект.

Я растерялась:

— Но разве не Сергей ведёт «Аврору»?

— Сергей переходит на другой объект, более масштабный. А здесь нужен именно твой аналитический склад ума, — директор внимательно посмотрел на меня. — Конечно, я понимаю, что у тебя сейчас особые обстоятельства. Мама, дочь... Но эта должность предполагает более гибкий график и, разумеется, более высокую оплату.

Сердце пропустило удар. Более высокая оплата. Именно то, в чём я сейчас так отчаянно нуждалась.

— Я согласна, — сказала я, не раздумывая. — И обещаю, что проект не пострадает из-за моих личных сложностей.

— Даже не сомневался, — Виктор Павлович улыбнулся. — Тогда жду тебя завтра к девяти. Подготовь презентацию с твоим видением проекта для заказчика.

Я вышла из кабинета директора, ощущая, как внутри расправляется какая-то пружина. Впервые за долгие месяцы я чувствовала себя не жертвой обстоятельств, а специалистом, профессионалом, человеком, способным решать сложные задачи.

Остаток дня я провела за компьютером, погрузившись в проект с головой. Время летело незаметно. Коллеги заглядывали ко мне, предлагали помощь, делились информацией. Я вдруг поняла, как сильно скучала по этой атмосфере командной работы, по чувству причастности к чему-то большему, чем просто выполнение текущих задач.

Глава 17

Домой я вернулась позже, чем планировала. Катя и мама уже поужинали, но оставили мне порцию запеканки. Я чувствовала лёгкие угрызения совести из-за задержки, но внутреннее воодушевление перекрывало всё.

— Как прошёл день? — спросила мама, когда я присоединилась к ним в гостиной. На её лице читалась усталость, которой не было утром.

— Неожиданно хорошо, — улыбнулась я. — Получила повышение. Теперь буду руководить проектом торгового центра.

— Ого! — Катя оторвалась от телефона. — Поздравляю, мам! Это круто!

— Это действительно отличные новости, — мама сжала мою руку, но улыбка вышла какой-то вымученной. — Думаю, нам стоит это отметить. У меня как раз остался тот клюквенный морс, который ты любишь.

Мы сидели за столом, пили морс, я рассказывала о проекте, о своей идее, о реакции коллег. Впервые за долгое время мы говорили не о проблемах, не о предстоящем разводе или финансовых сложностях, а о чём-то позитивном, о будущем…

— На выходных съездим к тебе в квартиру, посмотрим, что там и как, — предложила я, замечая её усталый вид. — Заодно и документы заберём, о которых ты говорила.

— Мы уже съездили сегодня с Катей, — мама тяжело вздохнула, бросив короткий взгляд на внучку.

— Да? — я удивлённо посмотрела на дочь. — А как же школа?

— У нас отменили последние уроки, — пожала плечами Катя. — Я решила бабушку проводить, ей одной тяжело.

— А как съездили? — спросила я маму, заметив, что она всё время потирает виски. — Голова болит?

— Да, немного, — она вздохнула. — И новости не самые приятные, Оля. Помнишь, я утром говорила о сдаче квартиры в аренду?

Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от её тона:

— Что-то случилось?

— Там потоп, — мама покачала головой. — Серьёзный. Соседи сверху затопили квартиру, похоже, ещё неделю назад. Полы вздулись, обои отклеились. Жить там невозможно, не то что сдавать.

Я почувствовала, как моё хорошее настроение начинает улетучиваться:

— Почему соседи не сообщили раньше?

— Говорят, пытались дозвониться, но не смогли, — мама устало потерла глаза. — К тому же, эти новые жильцы сверху куда-то исчезли, телефоны не отвечают. А управляющая компания, сама знаешь... им не до чужих проблем.

Я кивнула, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Только этого не хватало. Очередная проблема, очередные непредвиденные расходы.

— Завтра съезжу посмотрю, — решительно сказала я, вставая из-за стола. — Если потребуется ремонт, решим, что делать дальше.

Утром я отпросилась с работы на пару часов и поехала в мамину квартиру. Район был старым, но уютным — тихие дворы, много зелени, пятиэтажные кирпичные дома хрущёвской постройки. Мама жила здесь с тех пор, как я себя помнила. Здесь прошло моё детство, отсюда я уходила в самостоятельную жизнь.

Поднявшись на третий этаж, я достала ключи, которые всегда носила с собой, и открыла дверь. Запах сырости сразу же ударил в нос. Я щёлкнула выключателем — свет не зажёгся. Видимо, электричество отключили для безопасности.

В тусклом свете из окна я увидела масштаб бедствия. Потолок в коридоре был покрыт серыми разводами, обои отошли от стен большими пластами, ламинат на полу вздулся пузырями. Я осторожно прошла дальше, открывая двери в комнату и кухню. Та же картина — следы потопа были повсюду.

В комнате я обнаружила, что струя воды попала прямо на мамин старый