Непокорная невеста темного дракона - Ника Астра

Да, мы тайком пробрались в ту самую запретную секцию.

– Ну а где же ещё искать самую секретную информацию? – пожал Милок плечами и оставил меня наедине с книгами, а сам поскакал ровнехонько к тому приметному портрету, за которым был вход в потайной коридор, где мы скитались накануне.

– Как же эта скотина открывается? – обшаривал Милок стены вокруг него, надеясь найти рычаг.

Я только вздохнула. Дети всегда любят такие штуки. Особенно мальчишки. Но у нас ведь есть более важное дело.

Я не стала помогать Милоку в поисках рычага. По-моему, важнее было найти хоть что-то о печатях. Но почему-то в запретной секции оказались книги исключительно о темной магии. Наверное, их попросту убрали под замо́к из общего пользования, чтобы не смущать неокрепшие умы адептов. Действительно, ну а где ещё хранить такие книги? Уничтожать их тоже не следует, потому что в каждой из них к абсолютно каждому темному ритуалу было описано то, как ему противостоять.

Может быть, старшекурсникам сюда и дают доступ. Но совсем уж зелёную молодежь и правда лучше не пускать.

Меня немного беспокоил подслушанный накануне разговор о том, что другие двое неизвестных ищут в академии девушку. И планируют избавиться от нее. Более того, стоит девушке покинуть академию, как ее сразу могут поймать. И хотя это и звучало бы слишком эгоистично, но мне почему-то казалось, что они имеют в виду меня.

Роясь на полках стеллажей запретной секции, я трясу головой, выбрасывая из нее дурацкие мысли. Ну какая ерунда! Мир же не крутится вокруг меня одной! Но что тогда делать? Как помочь той несчастной незнакомке? Может быть, предупредить ректора? Он производит впечатление вполне адекватного человека.

Растроенный Милок, которому так и не удалось открыть ход, подходит ко мне, когда я стою на высокой стремянке и рыскаю на верхних полках.

– Хезер, уже светает. Скоро смотритель проснется. Мне надо успеть подбросить ему ключи до того, как он обнаружит пропажу. У тебя получилось что-то найти?

И тут я, измученная бесплодными поисками и перелистыванием бесполезных книг о темной магии, которые мне постоянно попадались, всё-таки не выдержала:

– Милок, у тебя совесть есть вообще? Или нет? Знаешь ведь, что время ограничено! Почему я одна рыскаю по этим однотипным книгам?! Ты хочешь помочь своему брату или нет?

– Я искал, как открыть тайный ход! – обиженно отвечает мальчишка.

Сейчас он без личины. Зато я после зелья и сардельки снова в образе страшилы Хезер.

– Да кому он нужен, этот ход! – психую. – Тебе что, наплевать на своего брата? Почему я одна должна искать, как снять печать, если это надо именно тебе?! В то время, пока ты играешься. Зачем тебе этот тайный ход? Беспрепятственно обчищать колбасные кладовки?

Пристыженный мальчишка дерзко вскидывает голову.

– Так это и тебе тоже надо, – заявляет он. – На тебя Хантер навесил печать! Думаешь, я поверю, что ты стараешься для моего брата? Ты в первую очередь делаешь это для себя! И я не вор! Я не краду, а… беру взаймы! Думаешь, я не могу позаимствовать что-то без этого хода? Очень даже могу! Кстати, краденую колбасу ты тоже преспокойно ела!

При прикосновении к корешку очередной книги, у меня внезапно кружится голова, и я теряю равновесие.

Со стремянки сваливаюсь с грацией мешка картошки. Несмотря на наш конфликт, Милок в последний момент бросается, чтобы меня поймать. Но не успевает. Больно шлепаюсь на пол.

– Хезер, прости меня, пожалуйста! Ты в порядке?

В области лодыжки острая боль. Она простреливает всю ногу при первой же попытке подняться. Книга выпадает из моих ослабевших пальце и открывается на странице с каким-то явно темным ритуалом. И тут, стоило этой конкретной книге открыться, по ушам бьёт резкий звук, напоминающий сирену. И тут же за стеллажами слышен топот сапог.

9.3.

Милок пытается накинуть на нас иллюзию невидимости, но у него ничего не выходит. Что ещё за сбой? Он же недавно подкрепился сардельками. Он пытается помочь мне встать, но боль мешает подняться. Сирена просто оглушает. Милок соображает, что источником звука является раскрывшаяся книга, и с силой захлопывает ее.

– Господин ректор, – фраза смотрителя раздается совсем рядом. – Нарушитель здесь! Мне это не показалось! Ночью в запретной секции действительно кто-то был! Хотя и не удалось никого обнаружить.

– И этот кто-то охотится за книгами по темной магии, – ректор отвечает убитым голосом. – Именно на самых темнейших установлены магические звуковые силки…

– А вы мне отказывались верить!

– Но мы же ночью здесь всё проверили. И никого не обнаружили. Да и как бы неизвестные проникли сюда? Без сопровождения магия пропустит в это помещение только того, кто уже был здесь. Вы же сами давали доступ нескольким старшекурскикам, кто обучается на специальности "Защита от Тьмы". Но они вряд ли полезут ночью. Только не говорите мне, что кто-то просто взял и из воздуха материализовался в запретной секции!

Мы-то с Милоком "материализовались" здесь в первый раз из тайного хода.

– Но преступница-портальщица была на днях замечена возле академии! – не сдается смотритель. – Вдруг ее целью были именно наши книги?! К тому же, у меня ночью пропал комплект основных ключей.

У меня кровь холодеет в жилах. Я не способна сдвинуться с места. Шаги всё ближе. Милок дёргает меня и так, и эдак, пытаясь оттащить в сторону. Опасная книжка, валявшаяся рядом, как ненужный хлам, отлетает куда-то под стеллажи от случайного удара ногой.

В последний момент Милоку удается помочь мне. Мы с ним едва-едва успевает отковылять, затаиться под библиотечным столиком и дёрнуть вниз скатерть на нем, как ректор, смотритель и ещё несколько преподавателей, судя по их виду в спешном порядке поднятых с постелей, оказываются на том самом месте, где мы только что были.

Мы молчим и стараемся не дышать.

– Здесь точно кто-то только что был, – говорит один из преподавателей, оглядывая покосившуюся стремянку.

– Не нравится мне всё это, – вздыхает ректор. – В нашей академии преступник. Вчера повар жаловался на пропажу продуктов. Сегодня у смотрителя пропали ключи. А теперь звук, сопровождающий открывание темнейших книг…

Преподаватель помоложе взбирается по стремянке.

– Ректор, – произносит он срывающимся голосом. – Корактор пропал.

На лицах мужчин настоящий шок. Смотритель хватается за голову.

Первым в себя приходит ректор.

– Опечатать помещение! – кричит он. – Эта книга ни в коем случае не должна покинуть стены запретной секции! Найти преступника! Он не мог далеко уйти!

Преподаватели