Неслучайное совпадение - Рокси Рэй

календарю, чтобы понять, не забыла ли о встрече. Кажется, нет. Я заблокировала две недели на своём сайте онлайн-записи и позволила нескольким поступившим звонкам уйти прямиком на голосовую почту.

— Черри? Это Пол. Я немного раньше.

Я испускаю вздох облегчения, протискивая вторую ногу в штаны для йоги и подтягивая их.

— А, вы должны были написать мне, когда будете в пути.

— Я написал.

Правда? Я тянусь похлопать по карману, только чтобы понять: 1) на мне штаны для йоги, ergo46 карманов нет. 2) Ни в одном из выбранных мной нарядов вообще не было карманов, так что я уже как минимум последний час без телефона.

Дерьмо.

— Простите! Я, должно быть, куда-то его положила. Сейчас найду! — кричу я, уже направляясь вверх по лестнице.

— Ничего страшного, но вы не против сначала впустить меня?

А. Да, наверное, именно в таком порядке и стоило действовать, верно?

— Простите! Иду, иду!

Мчусь к двери и открываю её, отступая в сторону, чтобы впустить Пола. Я благодарна, что мне есть за что держаться, потому что, вау, я была совершенно не готова увидеть волка-перевёртыша в повседневной одежде.

Словно есть хоть что-то повседневное в том, чтобы видеть его в тёмно-синей водолазке и тактических брюках, которые не оставляют воображению вообще ничего насчёт этих восхитительно мощных бёдер.

Святые ёлки, кто знал, что вязаный узор может быть таким притягательным? (Не смотри на его грудь)

Ёбушки-воробушки, скрытая мощь47! Не отказалась бы в это вцепиться!

Будь уважительной!

Этот мужчина недавно потерял двух членов семьи, и кто-то пытается убрать ещё! (не смотри на его бицепсы) Я ПЫТАЮСЬ быть уважительной, но я всего лишь женщина.

(не смотри на его грудь ИЛИ бицепсы)

А грудные мышцы там определённо есть.

— Вы в порядке? — спрашивает Пол этим своим низким, мягким голосом. — Вы раскраснелись.

— О, я отлично, просто заканчиваю кое-какие дела в последний момент. Поехали?

— Разве вы не говорили, что вам нужно взять телефон? — тихо произносит он, его стально-серые глаза скользят по мне сверху вниз. Это не ощущается похотливо, как с большинством людей, бросающих на меня скользящие взгляды48. Скорее кажется, будто он проверяет, всё ли со мной в порядке. — И ещё вы без обуви. Только в разных носках с пальцами.

Я смотрю вниз. Пять правых пальчиков в радужную полоску и пять левых пальчиков в чёрно-белую клетку смотрят на меня в ответ. Как неловко.

— Точно. Сейчас этим займусь.

Иногда мне кажется, что я уже привыкла к своему старому доброму «Сто Дел, Всё Горит»49, а иногда я чувствую себя грёбаным ребёнком. По крайней мере, я могу утешиться тем, что безупречно профессиональный ВанМарк, похоже, меня совсем не осуждает.

Просто смотрит.

Но мне вроде как нравится, что он всегда на меня смотрит.

Я заметила это с тех пор, как тщательно обыскала каждый кусочек места убийства его отца и брата, и хотя иногда это пугает, а изредка немного смущает, по большей части это волнует.

Волнует, потому что меня правда видят? Может, дело в этом. Или, может, потому что его наблюдение почти ощущается как вызов, как дополнительный слой надзора, который мне нужно обмануть.

Стоп, нет, мне это не нравится. От этого кажется, будто я ему вру.

Ты ему врёшь. Заткнись, мозг! Просто говорю…

— Вернусь через секунду.

Я спешу вверх по лестнице, натягиваю ботинки, потом хватаю телефон из ванной и кошелёк с комода. Поскольку карманов у меня нет, я засовываю и то и другое в спортивный лифчик. Чашки у меня не то чтобы переполнены, но они как раз достаточно большие, чтобы давать мне те самые естественные «карманы», такой бонус за наличие груди.

Я всегда могу просто взять сумочку.

И потерять её примерно через десять секунд.

К тому же сумочки не очень-то в стиле «киллерский шик».

А вот поясная сумка — очень даже! Мне нужна поясная сумка!

Это придётся отложить до следующего приступа онлайн-шопинга, потому что у меня есть дела поважнее. Когда я возвращаюсь вниз и присоединяюсь к Полу в прихожей, я немного запыхалась.

— Готова! Хотите поехать в это логово греха, тайн и подрывной деятельности? — спрашиваю, сияя улыбкой. Наверное, мне стоило бы меньше воодушевляться походом в такое опасное место, но я словно настоящий детектив! Если бы мама сейчас меня увидела, уверена, она бы гордилась.

Ага, если не считать всей этой части, где я вру, что я экстрасенс. Она всегда хотела, чтобы я приняла то, что я эмпат.

Ей было бы так грустно, что теперь ты этого стыдишься.

Ладно, подсознание, не время.

Дайте девушке передышку!

— О, мы не поедем на машине.

— Не поедем? — мои глаза широко распахиваются.

— Нет, я решил, что если возьму свою машину, меня будет слишком легко отследить, если кто-то за мной следит. Я доехал на rideshare50 до метро, сел в метро, уехал на другой конец города, сделал пару пересадок, а потом взял такси сюда. Думаю, мы вызовем «Убер» до другой линии, проедем как можно ближе к базару, а оттуда пойдём пешком.

— Понятно.

Это совершенно логично, и я не могу поверить, что сама не додумалась. Вот тебе и моя убедительная шарада с образом экстрасенса.

— Вас это устраивает?

— Д-да, конечно, конечно, конечно. Немного кардио мне не помешает.

Когда я очнулась после своей четырнадцатичасовой комы, я бросилась в исследования, проваливаясь в интернет-кроличью нору о наёмных убийцах, неэтичных лайфхакерах и вообще обо всём мутном подполье, для чего не требовалось лезть в даркнет. Я знаю, как попасть в эту конкретную язву цифрового мира, но желания туда идти у меня не было. Мне нужна была только информация, — я не собиралась на самом деле нанимать ассасина.

Я запихивала детали и факты себе в голову, но немного увязла в дебрях, потому что даже близко не нашла практического применения всей этой информации, когда Пол позвонил мне и рассказал о тайном базаре, куда мы собираемся.

— Ну что, устроим прогулочку? — спрашиваю, готовая поскорее проскочить мимо неловкости.

— Конечно.

Когда мы с Полом стояли так близко друг к другу в спальне Джексона, я чувствовала себя с ним куда ближе, чем имела право. Я всегда довольно быстро создаю связи (обычно так же быстро их завязываю, как и позволяю рассыпаться в пыль), так что это не совсем шокирует. Та кирпичная стена вокруг него исчезла, и мне казалось, будто между нами есть настоящая связь.

Но теперь он немного больше