Хочу замуж! - Ашира Хаан

меня не заметит, и внимательно наблюдала за тем, что он делал. Он отошел вбок, туда где его палуба нависала над темной гладью Волги и в его руках появилась погребальная урна.

Ох…

Я еще сильнее слилась со стеной, хотя сомневалась, что он, стоящий на освещенной палубе, заметит меня в полутьме.

Виктор открыл крышку урны и зачерпнул горсть праха.

Поднял голову, словно прислушиваясь к ночному ветру. Тот дул в сторону от теплохода.

Поэтому он размахнулся и высыпал пепел, который тут же отнесло в сторону реки.

Крышку он закрыл обратно и еще некоторое время стоял, глядя в черное небо, словно тоже пытался высмотреть знакомые созвездия.

А потом ушел.

Когда я вернулась в каюту, Ленка уже спала. Или делала вид, что спит, но достаточно убедительно.

29. Столица закатов

— Что, опять? Настя! Ты же обещала!

Мне показалось, что Ленка обиделась всерьез на то, что утром я честно сказала — в Нижнем Новгороде я снова выпаду из свадебного коучинга.

— Я не обещала ездить по всем точкам. В Муром не поеду. Петра и Февронию мы уже о муже просили, они нас услышали. Или не услышали.

— А вдруг плохо расслышали? В Ярославле был только памятник, а тут мы на их родину съездим!

— Мне интереснее просто по Нижнему погулять. Там канатная дорога, Чкаловская лестница, местный Арбат с классными ресторанами. И закаты. Закаты, говорят, тоже красивые. Монастырей еще много будет.

Не хотелось ей говорить, что просветительская лекция Виктора про житие главных покровителей семьи так сильно меня впечатлила. Буквально как сообщение, что Деда Мороза не существует. Просить такого семейного счастья больше не хотелось.

— Когда еще Муром увидишь!

— Когда еще в Нижнем побываю? — отбила я подачу.

Ленка умеет быть жесткой. Но и я тоже.

На моей стороне было время — ее ждал автобус, а я могла пойти гулять или вернуться на теплоход в любое время. Так что я победила.

Помахала вслед автобусу с Серафимой и девочками платочком и отправилась осваивать один из любимых москвичами городов на Волге. О том, что жители Москвы массово ломятся сюда на выходные и в отпуск мне рассказали сначала прямо на причале, где я купила кофе, потом таксист, который вез меня в центр — недалеко, но альтернативой было преодоление огромного количества крутых лестниц — и официант в симпатичном итальянско-грузинском ресторанчике, принявший мой заказ. Карбонара и хачапури — идеальное сочетание, я оценила.

Пообедав, я пошла дальше гулять по городу. Спустилась по всем пятистам шестидесяти ступеням Чкаловской лестнице, прокатилась в кабинке канатки над Волгой в маленький соседний город — и обратно, съела мороженое со вкусом белых грибов.

Это было удивительно хорошо.

Давно я не проводила время в полном одиночестве.

То мама, то Алиса, то работа… И на теплоходе точно не было шансов побыть наедине с собой. Поэтому сейчас я просто расслаблялась. Гуляла по улицам, глазела на счастливые парочки, целующиеся прямо на улице и даже заходила в магазины.

Сувениры я не люблю, а вот всякие интересные и вкусные баночки и флакончики — очень.

Хотелось купить что-нибудь на память об этом расслабленном дне. Но оказалось, что мои любимые духи подорожали как-то совсем неприлично. Я повертела большой красивый флакон в руках, вздохнула и решила заказать себе отливант, когда вернусь домой.

Заодно померила интересные сережки из трех видов золота — белого, желтого и розового. Махнув рукой, подобрала к ним подвеску в виде оленя из красного золота на серебряном щите — символ города. Полюбовалась на себя, представляя, как ахнет Татьяна Марковна, когда я приду на ужин затмевать ее драгоценности.

И…

Сняла.

Ну куда мне эту красоту? Вряд ли я еще поеду в круиз, а на работе у нас не разрешены такие вычурные украшения.

Настроения мне это не испортило, только добавило немного грусти о несбывшемся.

Но этому городу даже шло мое светлое и меланхоличное настроение.

Особенно я ждала вечера — ведь Нижний Новгород считался столицей закатов. Хотелось посмотреть, что же такого особенного именно в этом городе. Поэтому я сидела на ступеньках с видом на стрелку Волги и Оки, дышала летним вечером и любовалась на танцующих рядом с музыкальным фонтаном.

Среди них я внезапно заметила Полину. Она была в легком летнем платье, держала босоножки в руках и прыгала среди разноцветных струй как девчонка.

Сама не замечая, что на нее пялятся все парни, собравшиеся на набережной.

Ну вот как можно умудриться не выйти замуж, когда ты такая молодая и красивая? Чушь это все про проклятие.

К ней присоединилась Серафима, вытащившая за собой высоченного парня в тельняшке и форменной куртке совсем другой, не нашей круизной компании. Видимо, наш коуч без предрассудков: лишь бы был молодым матросом, а с какого теплохода — дело десятое!

Оглядевшись, я увидела и остальных девчонок с нашего тренинга. Похоже, они только что вернулись из монастыря и теперь отрывались изо всех сил. Судя по тому, что пары для танцев им находились мгновенно — магия ритуалов уже начинала действовать.

Или просто вечер был такой.

Волшебный.

Мягкий и влажный ветер тек теплом по коже, пока алое солнце скатывалось по лиловой дорожке за реку, а на обоих берегах загорались огни, превращавшие город в волшебный светящийся сад.

Самое странное было то, что мне совсем не хотелось присоединиться к танцующим. Я почему-то чувствовала, что нахожусь в чуть-чуть иной реальности, не пересекающейся с этими танцами, флиртом, взглядами и плеском воды под заводную музыку.

Словно моя судьба вела меня другим путем.

На теплоход я вернулась только перед самым отправлением, в темноте, проведя почти целый день в Нижнем. Наверное, я тоже одна из тех москвичек, кто внезапно понимает, что любит этот город.

Поднялась к себе в каюту и в полумраке коридора заметила, что перед дверью стоит картонная сумка с логотипом торгового центра, в котором я сегодня гуляла.

Ленка, что ли, забыла?

Подняла ее, зашла внутрь и, не удержавшись, сунула любопытный нос.

Знакомая упаковка духов. Тех самых, моих любимых.

В самом большом объеме.

Вычурная коробочка, которую я открыла, уже догадываясь, что пакетик не Ленкин.

Там были те самые,