Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

Майкл с лицом, искривленном в недовольной гримасе, медленно выдыхает, крепко сжав руки в кулаки и пробубнив что-то под нос, пока Джейми самодовольной ухмыляется.

— Таким образом суд и члены жюри присяжных приняли единогласное решение, — уверенно и четко говорит Дезмонд. — Майкл МакКлайф, вы признаны виновным сразу по нескольких статьям: планирование убийства группы нескольких людей и незаконном присвоении чужого имущества. Такого, как судостроительной компании «The MacClife Shipping», загородного особняка стоимостью десять с половиной миллионов долларов и все личное имущество, принадлежащее Джейми МакКлайфу. Суд также признает вас виновным в неоднократных угрозах жизни людей, подделке документов, попытках убийства Джейми и Эдварда МакКлайфа, покушении на жизни Терренса МакКлайфа, Ракель Кэмерон, Наталии Рочестер и Ребекки МакКлайф, и организации похищения Наталии Рочестер.

Ребекка, Джейми, Эдвард и Терренс переглядываются между собой и переводят взгляд на Дезмонда, предвкушая услышать, сколько Майклу дадут за все совершенные преступления.

— Также суд постановил, что все имущество, украденное Майклом МакКлайфом, должно быть передано в руки Джейми МакКлайфа, Подсудимый обязан передать в собственность мистера МакКлайфа все счета в банке и имеющиеся в наличии денежные средства, дом стоимостью десять с половиной миллионов долларов и документы на владения судостроительной компании «The MacClife Shipping». Суд лишает подсудимого прав на управление фирмой и дает ему срок полгода на то, чтобы вернуть все украденное имущество.

Терренс хлопает рядом сидящего Джейми по плечу с легкой улыбкой на лице, Ребекка гладит его по другому, а Эдвард, сидящий рядом с братом, дотягивается до руки отца, пока тот скромно улыбается и с прикрытым рукой ртом качает головой.

— За все перечисленные преступления суд приговаривает Майкла МакКлайфа к пожизненному тюремному заключению, — сообщает Дезмонд. — Без права освобождения под залог и обжалования приговора.

Фраза «к пожизненному заключению» будоражит всех в зале и заставляет негромко охнуть. А все члены семейства МакКлайф приоткрывают рты и широко распахивают глаза.

— Что? — широко распахивает глаза Майкл. — Какое еще пожизненное? Вы не имейте права!

— Майкл МакКлайф, вам понятен приговор суда? — остается невозмутимым Дезмонд, сложив руки на столе и переведя взгляд на буквально позеленевшего от злости Майкла.

— Это несправедливо! Вы не можете посадить меня пожизненно!

— Я еще раз спрашиваю вас: вам понятен приговор суда? Отвечайте по существу, когда вас спрашивают!

— Понятнее некуда, — с закатанными глазами грубо бросает Майкл. — Но я это так не оставлю! Я обжалую этот несправедливый приговор!

— Вы ведь только что сказали, что поняли приговор. А я четко и ясно сказал, что у вас нет права выйти под залог или подать апелляцию. Члены жюри присяжных приговорили вас к пожизненному заключению.

— НЕТ! ТОЛЬКО НЕ ПОЖИЗНЕННОЕ!

— Свидетели, адвокаты и все присутствующие в зале, вам понятен приговор суда? — игнорирует крики Дезмонд.

— Да, Ваша Честь! — тут же раздается по всему залу.

— В таком случае суд благодарит всех за участие в данном судебном процессе и объявляет это дело закрытым.

Дезмонд берет молоток судьи и стучит по специальной подставке, дав понять, что его решение окончательное и бесповоротное и обжалованию не подлежит. В зале раздаются бурные аплодисменты и радостные возгласы тех, кто резко соскакивает со своих мест, пока сам судья и судебный пристав встают и покидают зал с какими-то папками в руках. Пока Джейми и Ребекка, тихонько плачущая от радости, с широкими улыбками заключают друг друга в трогательные объятия, Терренс и Эдвард сначала крепко обнимают друг друга, а потом и обоих родителей.

— Это невероятно! — широко улыбается Эдвард. — Дядю Майкла посадили за решетку!

— Пожизненно! — взволнованно отмечает Терренс.

— Господи, как же долго я ждал этого дня! — радостно восклицает Джейми, приподняв руки. — Наконец-то возмездие совершилось!

— Кошмар в нашей жизни навсегда закончился! — широко улыбается Ребекка. — И Майкл сел, и компания теперь снова твоя!

— Это самый счастливый день в моей жизни!

Все семейство МакКлайф устраивает групповое объятия, в котором они пребывают несколько секунд до того, как они отстраняются друг от друга. Ракель и Наталия со слезами радости и широкими улыбками на лице вешаются на шею Терренса и Эдварда соответственно, которые с радостью отвечают им и на пару секунд в разное время отрывают их от пола. Ребекка и Джейми принимают поздравления от Фредерика и Алисии, Энтони и Летиции и Виктора, крепко обнимающие их и говорящие теплые слова. На лицах девушек и женщин можно увидеть слезы радости. А мужчины не скрывают своих широких улыбок и позволяют себе быть менее серьезнее и суровее в честь окончания этой ужасной истории. Адвокат Герберт также поздравляет счастливое семейство сам и принимает благодарности от них и их близких. Постепенно к довольно уставшим Эдварду, Ребекке. Терренсу и Джейми подтягиваются все те, кто поддерживал их на протяжении всего процесса, чтобы от всей души поздравить их.

А в это время Майкл, Юджин, Эрик, Руперт, Трентон, Ламберт, Клауд, Райли и Сильвестр и остальные осужденные сейчас смотрят на всех так, будто готовы кого-нибудь убить. В первую очередь они жутко разозлены на своего адвоката Нельсона, выглядящий очень напряженным и раздосадованным, сжимая переносицу и переглядываясь со всеми, кто смотрят на него, как на предателя.

Глава 43.4

— Ну ты и мудак, Родригес, — сквозь зубы шипит Майкл. — Для чего я тебя нанял? Чтобы ты, блять, вытащил меня и всех нас! Какого хера тебе не хватило мозгов сделать это? Тебе и так отвалили кучу бабла! Чего тебе еще надо было, продажная ты шкура?

— Все было против вас, мистер МакКлайф, — с широко распахнутыми, испуганными глазами разводит руками Нельсон. — Я ничего не мог сделать.

— Ты, дебил, говорил это и тогда, когда Брауну и Уэйнрайту дали срок! — грубо бросает Клауд.

— Неужели было трудно заплатить какому-нибудь придурку, который дал бы такие показания, чтобы все их обвинения казались детским лепетом? — недоумевает Ламберт.

— Да уж, твоей обязанностью было любой ценой убедить судью посчитать всех этих ублюдков лжецами, — грубо добавляет Райли.

— Вот именно! — сухо бросает Руперт.