Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Ой, да ладно вам уже, — скромно хихикает Хелен.

— Радуйтесь, что теперь мы можем расслабиться и как следует отдохнуть, — слегка улыбается Ракель.

— Кстати, да! — восклицает Эдвард. — Я до сих пор поверить не могу, что судебный завершился. Такое чувство, что завтра или послезавтра нам опять надо будет ехать сюда.

— Да, трудно поверить, что нам больше не придется видеть Майкла и его сообщников, — задумчиво отвечает Наталия. — Особенно Уэйнрайта.

— Слава богу, сегодня он не устраивал того, что устроил на оглашении приговора по делу о насилии, — тихо говорит Анна.

— Согласен, но советую вам забыть об этих отморозках, — уверенно говорит Терренс. — Они как гадюки, которые разбрызгали на нас свой яд. Лично мне плевать, что они скажут. Плевать на их проклятия и всю грязь, что вылили каждый из них.

— Однако все равно неприятный осадок остался, согласитесь, — тихо отвечает Ракель.

— Ох, Ракель, какая теперь разница, — устало стонет Эдвард. — Терренс прав – пусть хоть захлебнутся своим ядом и желчью. Нас не должно это волновать.

— Но ведь все равно неприятно, когда тебя незаслуженно пытаются облить грязью, — неуверенно отвечает Наталия.

— Это неприятно, но надо не обращать на это внимание, — уверенно говорит Хелен. — Почему вы должны портить себе настроение из-за этих гадюк? Это неправильно!

— Слушайте, ребятки, я думаю, вам всем лучше вернуться домой и как следует отдохнуть, — с грустью во взгляде предлагает Даниэль и окидывает взглядом Эдварда, Наталию, Терренса и Ракель. — А то вы все выглядите жутко измотанными.

— Ты прав, Даниэль, — устало отвечает Эдвард. — У меня нет сил радоваться. С радостью, но так измотан в психологическом плане, что чувствую только лишь опустошенность.

— Согласен, — соглашается Терренс. — А еще эти журналюги достали уже! Бесят эти наглые люди, не понимающие значение фразы «личное пространство»! И после ранения Эдварда они будто озверели!

— Если они еще стоят возле здания суда, то для нас это будет еще одним испытанием, — задумчиво отвечает Ракель.

— Надеюсь, те, кто ушел отсюда, смог спокойно пройти мимо них, — выражает надежду Анна.

— Не беспокойтесь, ребята, — спокойно говорит Питер. — Если эти журналюги и репортеры все еще там, то мы с Перкинсом возьмем их на себя. Скажем им что-нибудь, пока вы спокойно пройдете к машинам и уедете.

— Да-да, точно! — восклицает Даниэль. — Мы разберемся с ними и дадим понять, что вы отказались общаться с прессой.

— Спасибо, ребята, — слегка улыбается Наталия. — Думаю, вы найдете, что сказать им, чтобы они остались довольны.

— Все будет хорошо, — уверяет Хелен. — Мы с Анной тоже попробуем поговорить с ними.

— Говорите все как есть, — советует Терренс. — Скажите, на сколько посадили дядю Майкла и его сообщников, и дайте понять, что в зале никаких происшествий не произошло.

— Мы все сделаем, — обещает Анна.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой мимо них проходят какие-то женщины и мужчины в деловых костюмах с папками в руках.

— Кстати, ребята, спасибо вам за то, что вы пришли поддержать нас, — устало говорит Наталия. — Хотя вы имели полное право не делать это.

— На то мы и друзья, чтобы поддерживать друг друга в любых ситуациях, — с легкой улыбкой отвечает Анна.

— В любом случае спасибо вам огромное, — дружелюбно говорит Терренс.

— Да, спасибо большое, — благодарит Эдвард. — Здорово, что у нас была такая потрясающая поддержка. Нам было намного легче справиться со стрессом и выдержать это испытание длиной почти в три месяца.

— Мы в долгу перед вами, — дружелюбно говорит Ракель.

— Мы сделали это ради дружбы, — с легкой улыбкой отвечает Питер.

— Ради таких классных друзей можно встать с петухами, — скромно хихикает Даниэль. — Хотя вы знайте, что я ненавижу рано просыпаться.

— Считайте это еще одним шагом к дружбе, — слегка улыбается Хелен. — Не знаю, насколько я успела сдружиться с вами, и привыкли ли вы все ко мне, но хочу верить, что все-таки это случилось.

— Конечно, случилось, — мягко, уверенно отвечает Ракель. — Тебя все очень сильно любят.

— Рада это слышать. Я благодарна вам, девочки, за то, что вы предоставили мне шанс подружиться с вами, а вам, парни, за то, что вы поняли, что от меня можно не ждать ничего плохого.

— Вот и прекрасно! — восклицает Питер, крепко обняв Хелен обеими руками. — Здорово, что вы наладили отношения.

— Чего не сделаешь ради любимых мужчин, — с легкой улыбкой говорит Анна, на секунду положив голову Даниэлю на плечо. — Хотя мы сделали это не только ради вас, но и ради желания начать все сначала.

— А как вы думайте, уже можно издавать радостный возгласы с криком «Лучшие друзья навсегда»? — скромно интересуется Эдвард.

— Предлагаю проверить, — загадочно улыбается Терренс и выставляет руку вперед.

Ракель кладет свою руку поверх руки Терренса первой, а затем все остальные по очереди делают то же самое, переглядываясь между собой с легкой улыбкой на лице.

— Лучшие друзья навсегда! — уверенно произносят Терренс, Ракель, Эдвард, Наталия, Даниэль, Анна, Питер и Хелен.

Все немного приподнимают свои руки, отпускают их и устраивают групповые объятия, которые заставляют всех улыбнуться намного шире. Но через несколько секунд они отстраняются и просто молча смотрят друг на друга до тех пор, пока Эдвард не нарушает паузу, устало выдохнув:

— Ладно, давайте уйдем отсюда. А то меня уже тошнит от этого места, если честно…

— Да, больше здесь делать нечего, — тихо отвечает Ракель. — Или можно зайти в кафетерий и выпить кофе.

— Я бы выпил, но не взял с собой деньги, — неуверенно признается Питер. — Ни наличку, ни карточку. Но если кто-то очень хочет, то может накормить меня за свой счет. А я потом все верну.