Измена. Я буду счастливой - Мария Кац

недовольно фыркает. — К нему сейчас побежишь. Он снова сказки расскажет, а ты верить будешь. Как самая настоящая дурочка. Не думаешь о себе, так обо мне бы подумала. Каково мне выслушивать от друзей, что у меня дочь такая?

— Перестань. Прошу. Я ведь не наркоманка или пьяница. Моя вина только в том, что я полюбила обычного парня.

— Твоя вина в том, что ты не слушаешься. И я уже устала тебе повторять одно и то же. Кто в нашем окружении мужика в дом приводит?

Я за сумочку хватаюсь, но мама ее резко на себя дергает. Часть содержимого даже на пол вываливается.

— А это еще что?

Хочу опередить маму, но мне не удается это сделать. Она оказывается быстрее. Ее глаза расширяются. Становятся как два блюдца, а мое сердце заходится в самых настоящих конвульсиях.

— Чей это снимок УЗИ, Милана? Только не смей мне врать!

Глава 3

Я замираю. Сглатываю скопившиеся слезы. Мама на меня надвигается. Смотрит зло на меня, и от этого все внутри корочкой льда покрывается.

— Я… это...

— Боже мой! — вскрикивает она. — Так, значит, он решил к нам в семью пробраться. У меня сейчас сердечный приступ будет. Как ты могла, Милана? Я ведь все еще надеялась, что ты и Байсаров Эмин вместе будете. Я столько сил и времени потратила на это. Так долго находила пути и связи в этой семье, а ты так со мной обошлась. Собирайся! — хмурится и скрещивает руки на груди. — Поживее, Милана!

— З-зачем?

Страх пропитывает каждую мою клеточку. Отчаянная догадка врывается в сознание. По инерции накрываю свой совсем еще плоский живот, готовая защищать свое. Еще совсем крохотное, но свое.

— Будем избавлять от этого плода. Как ты вообще допустила такое? Спать и не предохраняться с таким парнем. Надо тебя еще и на инфекции проверить. Будем надеяться, что он тебя не заразил ВИЧ или еще чем похуже.

Слезы из глаз брызжут. Отчасти мама права. Это я могу похвастаться разборчивостью, но не он. Судя по всему, Максиму все равно, кто в его постели. Кто именно рядом с ним. На чувства плевать. Главное — желание. Животное. Примитивное желание.

— Быстрее, Милана, — снова раздается голос матери, заставляя меня всхлипывать сильнее.

— Мамочка, пожалуйста. Это же ребенок. Он уже живой.

— Там еще нет ребенка, Милана. Пойми. Это позор для нашей семьи. Ты меня опозорила. Подставила. Я ведь на свадьбу с Эмином надеялась, даже расписывала, что ты еще невинна. И хранишь себя для мужа. Вот насколько у меня воспитанная дочь, не то что здешняя молодежь, а ты решила на меня ребенка повесить?

Я сглатываю. По факту я еще не думала, на что смогу содержать ребенка. Я только учусь. Никогда не работала. Практика у папы на работе совсем не считается.

Мама достает мобильный и кому-то звонит. Я не разбираю ее речь. Не понимаю, что она говорит. Слезы застилают глаза. Ложатся пеленой. От этого я еще больше чувствую себя беспомощной.

— Идем, Милана. Я договорилась. Хватит стоять, — вновь недовольно доносится до меня голос матери.

— Куда? Мама, мамочка, я умоляю тебя...

— Умоляешь? Ты не работаешь, мы с отцом платим за тебя. Еще и за твоего негодяя платили, а теперь ты ребенка еще хочешь на нас повесить? Хорошую же дочь мы воспитали.

Я губы сжимаю. По факту она права. Знаю, что не имею права просить о таком. Знаю, что подвела. Но я видела маленькую точку на специальном медицинском аппарате. Это мой сын или дочка. Пусть плод, но живой. И он хочет жить.

— Я… папа меня не оставит, — произношу и вырываю руку, когда она крепко меня цепляет за локоть. — Я к папе пойду. Останусь с ним. Он будет рад внуку или внучке. Не важно, от кого этот ребенок, главно, что он мой.

Мама глаза закатывает. Делает шаг ко мне. Впивается ледяным взглядом. Мне впервые хочется от нее убежать, спрятаться, но я упорно стою на месте. Даже не двигаюсь и почти не дышу.

— Папа? Ты так в нем уверена? Ты даже не представляешь, что это за человек.

— Не важно, какой он человек. Главное, что он меня всегда поддерживает.

— Ты знала, что он женат?

Я глазами хлопаю. Рот приоткрываю. Чувствую себя самой настоящей рыбкой, выброшенной на берег.

— О-о-о-о, — тянет мама и складывает руки под грудью. — Видимо, он тебе тоже не сказал об этом. Давай я тебе кое-что покажу.

Она снова нажимает что-то в телефоне, а потом ко мне экран разворачивает.

— Это свидетельство о регистрации брака. Как видишь, свеженькое, — продолжает ехидно произносить мама. — Интересно узнать, почему он не познакомил тебя с женой?

— Нет. Это… это не может быть правдой! Папа бы мне сказал. Тем более о… о ней. Он бы не стал это скрывать. Ты врешь.

Я срываюсь на крик. Чувствую себя еще более жалкой. Почти раздавленной. Папа был единственным человеком, с которым я могла поделиться проблемами, а он… они скрывали от меня такую важную вещь. Смеялись, когда я помочь хотела.

— Эту выписку мне переслали. Ты можешь обратить внимание на почтовый ящик. Все официально.

Я руками рот прикрываю. Это невозможно. Как же она могла? Она не может быть женой моего отца. Не может. Они не могли надо мной так посмеяться.

Глава 4

Смотрю с мольбой на доктора, к которому меня привела мама. Они с ней явно знакомы и, судя по их приветствию, не один год.

Женщина средних лет внимательно читает что-то в компьютере, а потом смотрит на снимок УЗИ.

Мое сердце стучит как ненормальное. В голове мелькает мысль о побеге.

Если я сбегу, то куда мне идти? К отцу? Я его уже несколько дней не слышала и не видела. Только сообщения получаю. Видимо, он с Полиной сейчас. Ни он, ни она не берут трубку, когда я звоню.

Вспоминаю подругу, которая была настолько несчастна, что я пожалела ее. Пригласила пожить к себе. Познакомила с Максимом. Она говорила, что ее муж — тиран. Что она хочет развестись с ним. Я так прониклась историей, что даже отца попросила ей помочь. Попросила помочь отца развестись с собственной женой. Смешно.

Почему папа даже не подал вида тогда в кабинете, что они знакомы? Это игра? Им смешно было, что такая наивная дурочка поверила и повелась на плаксивую историю?

Как она могла так поступить? Я ведь подругой ее считала. По-настоящему привязалась к ней.