Как приручить альфача - Аня Истомина

– Я из-за тебя на свидание не попал, – скалится, но тут же стонет сквозь зубы. – Компенсирую как могу. Вдруг, это последние сиськи, что я вижу в своей жизни?

4. Неугомонное чудо

– Тебе лет сколько? – возмущаюсь, будто сама не разглядывала его мгновением ранее, потому что мне кажется, что выглядит Влад достаточно молодо.

– Тридцать шесть, – подмигивает. – Я уже дважды совершеннолетний.

– Я тебя старше! Тебе не стыдно на взрослую тетку пялиться? – отчитываю его и хочу уйти в ванную, чтобы переодеться, но оборачиваюсь в дверях, услышав очередной смешок.

– Да ты старше-то на пару лет если только, а так говоришь, будто тебе сто, – Влад нагло ведет взглядом по моей фигуре. – Ты неплохо сохранилась, баб Наташ. Э, ты куда? А капельница?

– Ах, “баб Наташ”? – ахаю от возмущения и выхожу из комнаты. – Ты с уколом справился, значит, и с капельницей сможешь, внучок.

– Ну, ладно, “теть Наташ” пойдет? – слышу уже из коридора.

Вот гад!

Ухожу в ванную и переодеваюсь в черные домашние лосины, лифчик-топик и еще одну объемную футболку. То и дело фыркаю возмущенно. Пусть только очухается – погоню ссаными тряпками из квартиры. Но, персонаж интересный.

Разбирается в неотложной помощи. Медик? Военный? Почему в больницу нельзя? Столько вопросов без ответов.

Возвращаюсь в комнату, чтобы поставить капельницу и прояснить некоторые моменты, но, когда подхожу к Владу. Замечаю, что он бледный и дрожит.

– Да блин, – хватаю физраствор и подсоединяю капельницу к катетеру. Укрыть бы парня одеялом, но оно у меня одно и сейчас под его коленями. Тянусь за пледом. Кое-как накрываю, чтобы хотя бы немного согрелся.

Обманчивое веселое состояние “пациента” совершенно сбило меня с толку, нужно было забить на его дурацкие шутки, а я поддалась провокации. Может, он вообще бредил!

– Влад, ты меня слышишь? – зову его. Приоткрывает глаза. Сажусь на край дивана рядом. – И откуда ты на мою голову? Я не знаю, что с тобой делать.

– Кормить и любить, – шепчет, слабо усмехнувшись. – Но можешь просто показать сиськи.

Закатываю глаза.

– Ладно, если серьезно, – облизывает он пересохшие губы, – пуля прошла по касательной и застряла где-то в мышце. – Варианта два: либо она выйдет с гноем, но тогда я проваляюсь у тебя в два раза дольше, либо ты мне ее вытащишь.

– Я что, хирург тебе? – возмущаюсь. – Поехали в больницу.

– Теть Наташ, – усмехается, закрыв глаза, а мне хочется этого нахала по губам шлепнуть, только ранение и останавливает. – Я же сказал: нельзя. Купи обезбол какой-нибудь посильнее, обколи рану, а я тебе подскажу, что делать дальше. Чем быстрее извлечем пулю, тем лучше.

Деваться некуда.

Снова иду в аптеку и приношу домой еще один пакет с лекарствами. Обработав руки, сажусь рядом с Владом, разложив на столике ножницы, бинты, уколы..

– Смотри, – он с трудом привстает на локтях и берет в руку шприц, – Вот тут надо обколоть, – тыкает колпачком вокруг раны. – И вот тут и тут.

– Ты врач? – смотрю на него и беру из его рук шприц.

– Врач, – усмехается. – Ветеринар. Ай, блять! Кто так колит? Больно же!

– Я тоже ветеринар, – хмыкаю, понимая, что врет, и под новые ругательства колю дальше, – свиньям прививки делаю. Так что извини, как умею.

– Садистка, – рычит Влад, закусывая кулак, а после тихонько скулит, зажмурившись.

– Что дальше? – со вздохом откладываю шприц и хмуро смотрю на него.

– Поссать, – усмехается он. – Потому что я иначе обоссусь от боли с твоими талантами.

– Не нравится – делай сам, – невозмутимо смотрю на него. – Что, горшок тебе принести?

– А что, у тебя есть? – язвит Влад, пытаясь сесть. – А, ну да, теть Наташ, извини. Возраст же, я забыл.

Вздыхаю. Что за неугомонное чудо?

– Я бы на твоем месте была аккуратнее в общении с человеком, от которого сейчас зависит твоя жизнь. – наблюдаю, как чудо поднимается и, матерясь сквозь зубы, хромая, медленно шагает из комнаты.

Встаю и придерживаю его, чтобы не завалился по пути.

– Член тоже поможешь подержать, теть Наташ? – усмехается Влад, повисая на мне.

– У кого чего болит, – вздыхаю. – Такое ощущение, что ты где-то в подростковом возрасте застрял. Есть за что подержать-то?

– Ееесть, – тянет довольно, – показать?

– Ну, покажи, если не врун, – хитро щурюсь.

5. Ветеринар

– Ага, ты его мне оторвешь, – дает заднюю Влад.

Усмехаюсь. Что и требовалось доказать.

– Ты мне, главное, своим шлангом ободок не забрызгай. А то вместо постельного режима организую тебе дежурство вне очереди.

– Жестокая, – вздыхает он и закрывает дверь туалета, но потом приоткрывает и смотрит на меня, приподняв бровь. – Ты что, тут стоять будешь? Я темноты не боюсь.

– Я боюсь, что ты в обморок завалишься. – хмурюсь. – Я не брезгливая, иди.

– Слушай, я так не могу. Мне… расслабиться надо, в конце концов. А как я расслаблюсь, если ты за дверью дежуришь?

– Ой, все, – вздыхаю и ухожу. – Нужен ты мне больно.

Пока застенчивый Влад пудрит носик, я ухожу на кухню и убираю парафиновые блоки с образцами тканей в шкаф. Поработала, блин, посмотрела сериал. Когда мне это все делать теперь? Завтра же еще на работу. Как этого красавца одного оставить? А вдруг умрет? А вдруг квартиру обнесет? Вот влипла!

Ставлю чайник на плиту, зажигаю конфорку спичкой и прикуриваю.

Открыв окно, смотрю на темную улицу, где виднеется угол дома, возле которого на меня напали. По спине пробегает волна мурашек, когда я представляю, чем все могло закончиться иначе.

“Патологоанатом умер, но все равно поехал на работу.”

И ведь знаю, что район у нас криминальный, и все равно поперлась через заброшки. Потому что, как обычно, всегда кажется, что это с другими что-то может случиться, а вот с тобой – никогда.

Затушив сигарету, наливаю чай в две больших поллитровых кружки, добавляю сахар и несу в комнату. По коридору мне навстречу как раз хромает спаситель. Пластырь