Княжна Эворта. Нетлеющие страницы судьбы - Анастасия Максименко

Да, обязательную и чтимую традицию «опыта» должен проходить каждый член рода, но ее можно было обойти, если выйти замуж или жениться «против» родительского официального согласия до второго совершеннолетия. Но мне такая привилегия не дана, хотя я не считала это привилегией, скорее трусостью, и отказываться от миссии точно бы не стала. Тем более, очень давно хотела побывать на темной стороне.

— Я знаю, отец, я принимаю свою судьбу, — улыбнулась уголками губ.

Помимо темных и светлых направлений магии, имелось еще одно, очень редкое, таких людей называли сольтами. Все маги с таким даром стояли на контроле княжеской семьи, тем не менее, спокойно учились, существовали в мире с другими магами. Конечно, скрывали дар, стараясь не выделяться, все же диковинки привлекают особое внимание, к диковинкам тянутся или желают присвоить или уничтожить. К слову, несколько тысячелетий назад сольтов и уничтожали. Такие маги, как я, рождались вне закона, благо, это время давно кануло в лету.

Лицо Эша Эвортари смягчилось.

— Моя девочка. Райли на тебя положительно влияет.

— Отец, — тихо рассмеялась, не допуская к сердцу обиду, — я никогда не являлась неблагоразумной, если только в детстве.

— О да, я помню, ты особенно не любила картины, вазы и все, что плохо лежит.

Смущенно отвернулась.

— Напротив, мой князь, эти предметы я особенно обожала.

— Ликвидировать.

Было дело. Первые десять лет я росла непосредственным ребенком. Во дворце нет ни одного местечка, где бы не ступила нога Данатан Эвортари. При этом если что-то плохо висело, стояло или лежало, оно чаще всего… ликвидировалось.

— Не будем об этом, — дернула уголком губ.

Отец кивнул.

— Завтра твое второе совершеннолетие. После возвращения в родовое гнездо с темной стороны твоего старшего брата ты обязана отправиться в Декморт.

Сердце дрогнуло. По своему брату — Франсу, я успела заскучать. Его не было чуть больше четырех лет. Мне думалось, он бы на темной задержался еще на несколько лет, если бы не пришла моя очередь. А так как один из наследников в отсутствие другого обязан находиться во дворце, то ему в обязательном порядке сегодня вечером или, что верней, завтра надлежит вернуться в родное гнездо.

Папа покопался в стопке с книгами и выудил из-под них папку, протянул мне.

— Твоя миссия. В целях безопасности тебе запрещено рассказывать детали содержимого этой папки кому бы то ни было, даже самым близким.

Подняв два пальца вверх, описала круг, мысленно кастуя слова клятвы, и когда на кончиках вспыхнул белесый огонек, опустила руку. Князь Эш довольно кивнул.

— Хорошо. Ты можешь быть свободна, Дана. Вечером ужин, не пропусти.

— Позвольте еще несколько вопросов, мой князь.

— Слушаю.

— Могу ли я взять с собой Майю, и вечером меня на прогулку пригласил граф ВанМэлс, могу ли я позволить себе эту встречу?

— Сначала ознакомься с делом, после принимай самостоятельное решение по поводу своей служанки. Насчет жениха: если считаешь эту встречу необходимой, иди, но после традиционного ужина.

— Благодарю, отец, — сделала книксен, после чего обошла стол и, обняв родителя за шею, поцеловала в щетинистую щеку. Папа одной рукой всего на несколько секунд прижал к себе и отпустил.

— Ступай, Данатана. И навести мать, она переживает, хоть и старается этого не показывать.

Я хотела уточнить насчет второго отца, родного папы — Франса, но не стала, решив не отвлекать родителя от дел и, покорно поклонившись, оставила князя Эворта одного.

Глава 2

Леди Натан нашлась в башенной мастерской. По настоянию самой темной леди, к ее святая святых хранители не были приставлены, а слуги не имели права без прямого приказа княгини переступать порог мастерской. После короткого стука вошла в полутемное помещение, освещенное всего лишь несколькими свечами с маг искрой на навесных канделябрах.

Матушка стояла ко входу спиной, писала резкими мазками на холсте. Ее черные как смоль волосы двигались в такт телу и магии, по кончикам пробегали фосфорно-голубые искорки. Темная леди предпочитала творить практически обнаженной, прикрывая нагое тело шелковым халатиком, и теперь первая леди Эворта себе не изменила, облачившись в черное кружево, доходящее до тонких щиколоток, красиво спущенное по левому плечу.

— Княгиня, — сделала книксен. Тайно-жадным взглядом осмотрелась.

В мастерской родительницы мне доводилось бывать не часто, в последний раз моя нога ступала по каменным плитам чуть более полугода назад, с того времени интерьер не изменился. Куполообразные окна, закрытые тяжелыми плотными гардинами из черного бархата. Деревянный стол из массива, на котором в хаотичном беспорядке лежали всевозможные наброски, свитки, альбомы, банки с красками, трафареты. Встроенный в стену деревянный застекленный стеллаж с тем же содержимым, что и на столе, только в многократном размере, плюсом — артефакты и другие атрибуты живописного искусства. По центру — огромный мольберт, по левую от матери сторону — пуфик, по правую — небольшая лесенка.

— Данатан, — грудной размеренный голос приятной щекоткой пробежался по позвоночнику, — проходи. Рассказывай. Я слышала, Эш вызывал тебя на аудиенцию для благословления и вручения задания.

Улыбнувшись уголком рта, прошла к матери и устроилась возле ее ног. Опустила ладонь на камень, немного подогревая, вместе с тем озвучила разговор с отцом, не забыв кратко упомянуть свое видение, и предупредила о встрече лордом ВанМэлсом. Мама молчала, за время моего монолога она не оставила своего дела ни на секунду. В этом была вся княгиня Эвортари, чей жизненный девиз: доведи дело до максимального итога и только потом позволь себе выдохнуть.

Собственно, в единственный предпраздничный выходной спешить мне сегодня некуда.

Смежила веки, в молчаливой компании родительницы я находила покой и уют. Вот так сидеть у ее обнаженных ног, из-под ресниц наблюдать за творящимся природным волшебством и думать о разном я могла часами. За время работы княгини я успела помедитировать и поспать в колыбели своего маг-источника. Из дремы меня вывел тихий голос княгини:

— Он тебе нравится?

Хлопнув ресницами, вскинула голову; темная леди уже закончила работу и, скрестив ноги, сидела напротив меня.

— Кто?

— Естественно, Райли ВанМэлс. Или у тебя на примете имеется другой мужчина?

— Что вы, княгиня, — округлила глаза. — Никаких других женихов и поклонников. Райли хорош собой, его характер, личностные качества и моральные ценности мне импонируют. Исходя из этого, могу заключить — да, он мне нравится.

— Прекрасно, — уголками губ улыбнулась княгиня. — А что он думает насчет твоего долга, миссии в Декморт?

Я нахмурилась, потирая запястья.

— Как официальному жениху княжны, ему известно об