Брак вопреки. Холодный генерал и сладкая жизнь - Аннета Керн

– Все исполнено, - Рэкан, мой адъютант и виновник спора, вошел в кабинет, куда я сам только пришел. - Стража доставила бумаги. Девушка была… скажем так, не в восторге.

– К черту восторги, - усмехаюсь, падая в кресло. - Мне нужно, чтобы она была здесь.

– Кто бы сомневался…

Он садится напротив и вытаскивает из досье, которое не покидало моего стола эти два дня, изображение девушки. Машет, держа двумя пальцами.

– Сколько раз отвлекался от бумаг?

– Ни. Одного, - потянувшись, выхватываю драгоценное, засовывая обратно в папку, а ее - в ящик стола и поворачиваю ключ.

– Ну конечно, генерал.

И что? И что ты хочешь сказать мне, друг? Да, я смотрел на нее. Хотя бы на портрет. Но не позволял себе ничего, что мог бы мужчина, имея желания и ладонь. Ну или почти ничего, но точно не собираюсь обсуждать.

– Ты фактически ее шантажируешь. Уверен, что идея хорошая? - спрашивает с сомнением Рэкан, сложив пальцы в замок на животе и вытянув ноги.

– Она отказалась, когда я попросил вежливо. Брачные игры, цветы и подарки можем продолжить здесь.

– Как будто в этом проблема, Кайрус… Это же не крепость. А женщина.

– Все женщины - это крепости, мой друг. Без исключения. Просто я нашел самую красивую и добьюсь ее куда быстрее на своей территории.

Когда она прибудет сюда. Чего ждать оказалось не так уж долго. Занявшись делами и отпустив Рэкана, примерно через три часа получаю весть от слуги, что “прибыла леди Розье”. И не могу не улыбнуться.

Разумеется, она сделала правильный выбор. Потому что иначе бы лишилась кондитерской. Рэкан сказал, что я потерплю сокрушительное поражение. Что ж. Посмотрим.

Оставив бумаги и накинув мундир, выхожу из кабинета и спускаюсь в холл, ибо “дальше него леди Розье отказалась идти”.

Айлин стояла внизу, почти у самых дверей, сделав едва ли шагов десять в глубину поместья. Скрестив руки на груди, без вещей, хотя я предполагал, что соберет если не все сразу, то хотя бы часть.

В теплой накидке с нежным мехом, была еще прекраснее, чем тогда. Теперь хоть рассмотреть можно. И упрямо поджатые губы, и вздернутый носик, и мягкие пряди, лежащие поверх накидки. Правда, растрепанные.

Во взгляде - буря. Великолепная.

– Добро пожаловать в новый дом, Айлин, - произнес, стараясь, чтобы голос звучал максимально вежливо.

– Дом?! - она сделала несколько шагов вперед, оказываясь со мной едва ли не нос к носу. - Господин генерал, я здесь лишь потому, что вы - мелкий интриган, который испугался отказа женщины!

– Я генерал императорской армии, - напоминаю, скрестив руки на груди. - И действовал в рамках закона.

– Закон, который вам такое позволяет - плохой закон. И вы поступаете подло. Возьмите свои слова назад, немедленно.

– Нет, - наклоняюсь, и мы сталкиваемся лбами. - Ты - моя Истинная. У нас будет свадьба. Либо ты на это соглашается, либо лишаешься кондитерской. Я не собираюсь бегать и уговаривать, у меня полно других дел.

Она в ярости. Я с трудом сдерживаюсь от того, чтобы не поцеловать.

– Я вас не люблю.

– Полюбишь.

– Я вас ненавижу.

– Это бывает.

– Если вы приблизитесь ко мне ближе, чем на три шага…

– Между нами едва ли есть три сантиметра.

Она вспыхивает и отступает первая. Вот и маленькая победа. Счет за вчера сравнялся. Один-один. Айлин сжимает кулачки, тяжело дыша.

– Я живу в отдельном крыле. И не сплю с вами. Кондитерская открывается завтра в восемь утра.

– Подписываем договор и открывается. Но ночуешь ты в поместье.

Не хватало еще, чтобы отговаривалась огромным количеством работы, оставаясь в лавке круглые сутки.

- Тебя отвезут назад, чтобы собрала вещи, доработала день. И жду вечером, - смотрю на девушку, все-таки довольно улыбнувшись.

Она, так ничего и не ответив, сердито топая каблуками, идет до двери. И оборачивается, только взявшись за нее и приоткрыв.

– Я превращу вашу жизнь в ад, генерал.

От такого хлопка и стекла могли зазвенеть в рамах. Рэкан, как всегда бесшумно, возникает за правым плечом. Не сомневаюсь, что наблюдал за сценой.

– Что делать с санитарными нормами?

– Аннулируй.

Я подошел к окну, глядя, как девушка садится в карету в сопровождении стражи. Моя Истинная только что пообещала превратить жизнь в ад. И, видит небо, я ждал этого семьсот лет.

Глава 4. Замерзшая патока

Айлин

День прошел как в тумане. Успокоилась еще в карете, глотая злые бессильные слезы. Строить планы о том, как уничтожу этого наглеца, сил уже не осталось. Впереди ждала работа, и, прежде чем ступить на знакомую мостовую, вытерла соль с щек.

Разумеется, косились. Но не подходили. Ни лавочники, ни разносчик газет, никто не подошли и не спросили, что произошло. Слава богам.

Я зашла в лавку, откуда пришлось в спешке уехать в поместье генерала. На стойке еще лежал Магический вестник, на первой полосе - новости о счастливой свадьбе местного банкира. Про нас ведь тоже напишут.

Комкаю бумагу и выкидываю зло в мусорку. И останавливаюсь растерянно посреди магазина. Не успела накрыть апельсиновые кексы, и цветы на них заветрились. Наверняка карамель из травяного сахара уже треснула. Не понимаю, за что хвататься. И правда ли приеду сюда завтра. Послезавтра. Или под каким-нибудь столь же идиотским предлогом меня больше не выпустят из поместья? Что ему стоит приставить пару охранников “ради безопасности”?

И я ничего не смогу противопоставить.

Вздрагиваю от колокольчика, оборачиваюсь, но это всего лишь одна из постоянных посетительниц - мадам Оракл, наверняка пришла за миндальным печеньем.

– Дорогуша, все на ушах. Вся улица сплетничает, что к вам заходили из магистрата и грозились закрыть кондитерскую.

Медленно киваю, заходя за стойку и без вопросов складывая порцию больших печенек в бумажную упаковку. Они оставляют крошки рядом с баночками сахарной пудры, и я чувствую, как снова к глазам подступают слезы.

Откашливаюсь и разворачиваюсь, кладу на прилавок пакет. Преувеличенно-небрежно, словно ничего не произошло, пожимаю плечами.

– Просто генерал Кайрус сделал мне предложение, а я отказалась. И он остался недоволен этим фактом.

Глаза мадам стоило видеть. Они мгновенно стали огромными, и женщина прижала к груди