Дерзкая для имперца: союзники поневоле - Наталья Нежданова

Правда, воспитание Лара не совсем уж патриархальное получила. Это всё благодаря папе.

Глава 3

Ого, а мама-то оказывается не из крестьян была! Купеческая дочь. Поэтому Лара грамотой хорошо владеет.

Всматриваюсь в замысловато переплетённые червячки чужого шрифта. Потихоньку они начинают проясняться, открывая стоящие за ними звуки. Ладно, с этим потом разберусь. Сейчас мне про родителей узнать важнее.

Ничего себе! Папа маму из родительского дома украл! Правда, с её согласия.

Он, оказывается, в молодости охотником был. Очень удачливым и вообще крутым мужчиной. До сих пор по деревне легенды ходят, как девки ему на шею вешались. Но он выбрал маму и хранил ей верность даже несмотря на то, что она долго родить не могла.

Наверное, хороший человек. Всматриваюсь в Ларино детство.

Точно, папа у неё просто замечательный! Возился с ней с младенчества. Как подросла, брал с собой в лес, учил всему, что сам знал. Лара даже из лука стрелять может чуть ли не лучше всех в деревне.

Потом папа застудился в непогоду и тяжело заболел. Так, что у него ноги почти отнялись.

А они всё-таки не совсем крестьяне были. Жили за счёт папиного промысла. И Ларе пришлось одной в лес ходить. Ещё огород спасал.

Ничего себе, какие вещи она умела! Знала лес, разбиралась в растениях и повадках животных. Интересно, я тоже это смогу?

Да, кстати, сколько мне лет? В родном мире было семнадцать. А здесь?

Дни рождения здесь не отмечают. Откопала в её памяти только то, что она родилась в конце зимы.

Какое сейчас время года, кстати? Да лето же! Отсюда и этот печальный инцидент с рекой.

Шестнадцать лет ей должно быть уже. На год меня младше, получается.

Голова опять напоминает о себе тупой болью. Нельзя так сразу погружаться в чужие воспоминания.

Что сейчас с этой Ларой, кстати? Тот голос сказал, что она готова перейти на новый уровень. Получается, смерть — это просто переход? И если жил правильно, поднимешься выше?

А как оно — правильно? Вот в чём вопрос!

Надо, кстати, проверить, что с моим телом. Руки шевелятся, всё нормально. Медленно приподнимаюсь и опускаю ноги на пол. Встаю. Делаю пару шагов.

Качает от слабости, но иду. Получается, у меня теперь здоровое тело!

— Спасибо! — мысленно говорю тому, кто меня сюда отправил. Почему-то уверена, что он меня слышит.

Всё-таки не надо так рисковать. Не хватало ещё навернуться. Поэтому возвращаюсь в постель.

Интересно, как я выгляжу? Разглядываю свою руку. Кожа на ладони слегка загрубевшая, видимо, от физического труда. Но сама кисть тонкая и изящная.

Подцепляю рукой прядь волос. Ничего себе, я — рыжая! Уму непостижимо. В родном мире я была тёмно-русой. А вот глаза без зеркала не увидеть.

Пытаюсь рассмотреть своё тело. Оно прикрыто длинной рубахой с красивой вышивкой. Правда, не новой.

Ощупываю себя руками. Маленькая грудь, тонкая талия. Вот бы в зеркало поскорее посмотреться!

Я, конечно, понимаю, что внешность — не самое главное в человеке. Но всё равно интересно.

Та бабуля опять возвращается и спрашивает о моём самочувствии. Отвечаю, что всё хорошо.

Тогда она поворачивается и отходит. Слышу звук открывающейся двери и громкий топот.

— Сидит под дверью, не ест, не пьёт! — доносится до меня её дребезжащий голос.

Словно стремительный вихрь обрушивается на мою кровать. В щёку утыкается мокрый холодный нос.

Собака! Радостно повизгивая и виляя хвостом, она лижет меня прямо в лицо жадным горячим языком.

Шан! — всплывает в голове кличка пса. Вспоминаю, как прошлой весной получила в подарок от отца крошечного щенка. Как нянчила его и кормила. Как воспитала из него настоящего друга и помощника на охоте, повинующегося не то, что слову или жесту, но даже движению глаз.

Обласкав меня, Шан укладывается на пол перед моей кроватью. А добрая бабуля приносит ему миску с водой.

Кажется, этот мир очень даже ничего! — соображаю я.

Всегда мечтала иметь какое-нибудь животное. Кормить, заботиться, гладить. Но увы, там, в родном мире у меня была жуткая аллергия много на что, включая шерсть.

Чуть позже бабуля опять подсаживается ко мне поближе и начинает странный разговор:

— А ты непроста, Лара! Ох, непроста. Уж не знаю, в каких мирах твоя душенька гуляла, а только дар в тебе открылся!

Какой ещё дар? — молча недоумеваю я.

— Сможешь, как и я, людей лечить! — восклицает бабуля.

Как лечить? Хотя по меркам средневекового мира я, наверное, ценный специалист. Потому что анатомию и физиологию знаю на уровне толкового медика.

В той, прежней жизни времени свободного было много, вот я и учила по книжкам и видео. Надеялась, вдруг какая-нибудь идея осенит и я смогу свой недуг преодолеть. Наивная была. Мечтательница.

— За руку меня возьми! — просит бабуля.

Сжимаю в ладони иссохшую кисть.

— Что ощущаешь?

Прислушиваюсь к себе и понимаю, что чувствую лёгкое покалывание и тепло, о чём и сообщаю.

— Чуешь силу, чуешь! — улыбается ведунья. — Как поправишься совсем, приходи ко мне, учить тебя буду. Старая я уже. Как деревня без целительницы останется?

Вот так номер! Неужели здесь магия есть?

Опять прикрываю глаза и обращаюсь к памяти Лары. Этот мир называется Ноэрр. Примерно так же, как мы свою планету Землёй называем.

А вот это уже интересно! Они осознают, что живут на огромном шаре, висящем в пространстве. И никаких тебе мифов о плоской земле, стоящей на китах или слонах!

Но как всё это с магией совместить? Долго копаюсь в закоулках чужой памяти. Ага, у них тут считается, что основа мироздания — некое эфирное поле, пронизывающее всё и вся. И бывают люди, которые это поле могут ощущать и с ним взаимодействовать.

Получается, я как раз из таких. Но это мы ещё посмотрим. По крайней мере, я точно хочу учиться у этой бабушки.

Глава 4

Наутро просыпаюсь от какого-то шороха и вижу перед собой сухощавую, но миловидную женщину в безукоризненно белом чепце.

— Мама! — шепчу я.

Она осыпает моё лицо поцелуями. А на щеку капает слеза.

Мама протягивает мне чистую одежду — вышитую рубаху и сарафан. Ого, она чем-то даже славянскую напоминает!

Да и само название нашего народа: древляне, от слова «древо» — тоже чем-то исконным и родным отдаёт. Память Лары подсказывает, что наш край изобилует лесами, отсюда и название это пошло.

Прощаюсь с бабушкой-ведуньей и