Приручить 7-го - Хлоя Уолш

— Но теперь твой отец ангел, верно?

Он пожал плечами. — Вот что сказал отец Мерфи.

— Ты ему не веришь?

— Я больше не знаю, во что я верю, — ответил он, а затем на долгое время замолчал, прежде чем разочарованно выдохнуть. — Я выглядел глупо.

— Когда?

— На мессе.

— Почему?

— Потому что я не мог её прочитать, — тихо сказал он.

— Да? — спросила я, вспоминая молитву, которую Джерард прочитал у алтаря во время мессы. — Я думала, ты великолепен.

— Я, черт возьми, не мог прочитать слова, Клэр, — выдавил он, заплаканные серые глаза смотрели на меня. — Я их придумал.

— Все в порядке, Джерард. — Я улыбнулась очень сильно, чтобы он почувствовал себя лучше. — Я думала, ты лучший.

— Марк сказал, что это потому, что я глупый, — добавил он, крепче сжимая мою руку. — Он прошептал это мне на ухо, когда я вернулся от алтаря.

— Марк глупый, — прорычала я, чувствуя себя злой. — Ты самый умный человек, которого я знаю. Суперумный.

— Это когда слова уже на странице, — сказал он, разочарованно вздохнув. — Клянусь, я прекрасно помню их в своей голове. Я мог бы сказать это без проблем, если бы не посмотрел на дурацкую страницу.

— Джерард.

— Для меня это не имеет смысла, — поспешил добавить он. — Неважно, записываю ли я это или мама. Ни одно слово на странице не имеет для меня смысла.

— Я могу помочь тебе, — предложила я. — Я действительно хорошо умею читать в школе читалку о Таре и Бене.

— Просто останься. — Он сжал мою руку. — Это помогает.

— Да?

Сдавленно кивнув, он сделал шаг поближе к открытой могиле и заглянул внутрь. — Там глубоко.

— Да, очень глубоко, — согласилась я, вглядываясь в большую дыру в земле рядом с ним.

— Темно.

— Ага. — Я энергично кивнула. — Слишком темно.

— Она боится темноты.

— Бетани?

— Ага.

— Однако все в порядке, потому что твой папа с ней, поэтому он защитит ее.

— А что я? — прошептал он, когда одинокая слеза скатилась по его щеке. — Кто меня защитит?

— Я, глупый, — ответила я, отпуская его руку, чтобы я могла его обнять. — Я защищу тебя, Джерард.

У него перехватило дыхание, и я поняла, что он снова собирается заплакать. Но он этого не сделал. Вместо этого он вырвался из моих объятий, отвернулся от большой ямы и побежал по тропинке прочь от большой толпы, не обращая внимания на свою маму и тетушек, которые звали его по имени.

Он был быстрее меня.

У него были более длинные ноги.

Но Джерард никогда раньше не убегал от меня.

Это меня огорчило.

— Эй, Джерард! — крикнула я, пыхтя и тяжело дыша, помчавшись за ним. — Подожди меня.

— Мы поймаем его, — сказали Хью и Патрик, проносясь мимо меня, как самые быстрые бегуны в Ирландии.

Моему брату и его друзьям было семь лет.

Мне было всего пять.

Было несправедливо, что я не могла идти в ногу с ними.

Маленькая рука скользнула в мою, и я обернулась, чтобы увидеть пару ярко—голубых глаз.

— Привет.

— Лиззи! — Улыбнувшись при виде другой моей лучшей подруги, я обняла ее и сжала. — Ты пришла.

— Мы все пришли.

— Даже Кива?

— Да. Ты вернешься к родителям?

— Мне нужно найти Джерарда.

— Хочешь, я пойду с тобой?

Я радостно кивнула.

Ухмыльнувшись мне в ответ, Лиззи взяла меня за руку и побежала рядом со мной в том направлении, куда ушли мальчики. — Мне не нравится запах в церкви.

— И мне, — согласилась она. — Воняет.

— И здесь слишком жарко, — добавила я. — Мама заставила меня носить колготки и этот большой кардиган. — Почувствовав жар, я потянула за пуговицы на кардигане и громко вздохнула, когда они не расстегнулись. — Я все еще плохо разбираюсь в пуговицах, Лиз.

— Все в порядке, — ответила она, потянувшись за моим кардиганом. — Я отлично себя чувствую.

Она была превосходна.

Лиззи была настолько превосходна, что могла даже не говорить слово «отлично». В классе она всегда получала от Учителя звезды за суперработу.

Хотя я не возражала.

Если не считать Джерарда и Шэннон, Лиззи была моим третьим любимым другом в мире.

— Как ты думаешь, с ним все будет в порядке? — спросила я немного позже, когда мы свернули за угол в пустой части кладбища и увидели мальчиков.

Впереди я увидела своего брата Хью.

Он держал Джерарда на руках. Держал его рядом, пока другой их друг, Патрик, сидел на тропинке, обнимая их обоих. Я не слышала, что мой брат говорил Джерарду, но знала, что это что-то умное. Хью в этом отношении был хорош. Он всегда знал, что сказать.

— Кто?

— Джерард.

— Я не знаю, Клэр. — Лиззи пожала плечами, помогая завязать мой кардиган на талии, когда он соскользнул. — Кива говорит, что Гибси еще долго будет грустить.

— Очень долго, — согласилась я, чувствуя грусть, думая об этом.

— Она сказала, что нам нужно оставить его в покое и дать ему время.

— Время?

— Ага.

— Время для чего?

— Не знаю, — ответила она, пожав плечами. — Но Кива говорит, что это важно.

— Я хочу его обнять.

— Тебе следует, — сказала она мне. — Ты обнимаешься лучше всех.

— Твои объятия тоже очень хороши, — ответила я. — Супер мягкие.

— Но твои объятия кажутся солнечными.

— Как солнечный свет? — Я нахмурилась в замешательстве. — Почему?

— Потому что ты такая солнечная, глупая, — засмеялась она, прежде чем уйти в сторону мальчиков. — Или, может быть, это твой шампунь.

— Мой шампунь? — Потянувшись, я схватила локон и понюхала. — Это не солнечный свет, Лиз. Это клубника.

— Мне очень жаль твоего отца, Гибси, — сказала Лиззи, когда добралась до их кучки. Не останавливаясь, пока не встала на колени на тропинке перед ним, она обняла нашего друга и крепко сжала его. — И твою сестру тоже.

— Спасибо, Лиз, — фыркнул Джерард, обнимая ее в ответ.

— О, я принесла это для тебя,