Богиня без титула - Рэнди Гарнер

стать моей невестой будет совсем не похоже на проклятие, — сказал он медленно, словно катая бриллиант на языке. Это выбило Найю из колеи. — А что до условий нового проклятия — лучше тебе жить в неведении до того самого дня.

Сможет ли она по-настоящему насладиться свободой с его, вне всякого сомнения, зловещим проклятием, висящим над душой? Оно может активироваться через несколько дней, через год или даже через сотню лет. Достаточно ли она сильна, чтобы справиться с таким уровнем тревоги?

Возможно, сама тревога и есть проклятие — проводить свои дни, поглощённая постоянным чувством ужаса и паранойи, пока не лишишься рассудка.

Кассиан освободит её, и, невзирая на последствия, она не позволит шансу на свободу ускользнуть из рук.

Однако старая обида подталкивала её мысли. Вопрос, на который у неё никогда не хватало духу — до этого момента, когда нечего было терять.

— Что Мира могла предложить вам в обмен на то, чтобы вы прокляли меня здесь столько лет назад? — спросила она.

Найя не всегда была заперта в Каймане. До проклятия её удерживал страх перед Мирой. Однако после череды потерь и тяжких страданий Найя назло ослушалась приказа и покинула океан без разрешения, чтобы исследовать Землю смертных. Те месяцы свободы стоили Найе тысячи ударов и одного из проклятий Кассиана.

С таким известным и могущественным богом, как он, другие не стоили его времени, если не предлагали достойной сделки.

— По правде, Маленькая Богиня, ты меня восхищаешь. Восемьсот лет, а тебе нечего предложить, — он медленно зашагал вокруг неё. — Ты не Высшая Богиня Ночи, как твоя сестра Марина, не Высший Бог Колдовства и Чародейства, как твой брат Финниан, и не Высший Бог Резни, как другой твой брат, Малик. Даже двое других из тройняшек — средние боги. Но ты… — Он остановился за её спиной.

С пульсом, бьющимся в основании горла, она скосила взгляд, пытаясь разглядеть его через плечо. Кассиан не был богом, которому можно доверять, поворачиваясь спиной.

— Ты — первенец Высшей Богини Моря, властительницы приливов уже более трех тысяч лет, и у тебя нет титула, — он сделал ещё шаг, оказавшись настолько близко, что Найя почувствовала, как тепло его тела соприкасается с её спиной. — Низшая богиня. Ничем не отличающаяся от слуг, которые шныряют по залам твоей матери.

Факт, который раньше наполнял Найю унижением всякий раз, когда ей об этом напоминали.

Первенцы Высших Божеств редко бывали бессильны. Найя провела первую часть детства в молитвах, чтобы всё было иначе. Однако как бы она ни пыталась имитировать шепот воды, подобно матери, или танцевать с природой, подобно отцу, у неё ничего не выходило.

— Соглашайся или нет, — Кассиан обошёл её, его бесконечный взгляд вцепился в её глаза. — Если хочешь выбраться отсюда, ты согласишься на новое проклятие.

Она сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.

Бессмертная, смерть не могла причинить ей вреда. Что бы ни принесло проклятие, она была уверена, что справится. Год или даже день свободы стоили того, чтобы избежать целой жизни в страданиях под толщей воды.

— Я согласна. — Слова легли на язык, словно сухие камни.

Вопреки сомнениям, она высоко подняла подбородок.

— Теперь освободите меня, чтобы я могла уйти.

— Как пожелаешь. — Кассиан вынул руку из кармана и протянул её между ними.

Глаза Найи скользнули с его лица на протянутую ладонь. Она была намного больше её собственной. Длинные, сильные пальцы, безупречная кожа, долина линий.

Она понимала: коснувшись его, она скрепит сделку. Во время обмена он наложит метку. Хотя она не будет видна, пока проклятие не активируется.

Ощущение покалывания возникло на задней стороне плеча, где уже была её нынешняя метка. Узор из чёрного кружева, на который она отказывалась смотреть в зеркале, но знала о его присутствии благодаря перешептываниям слуг, когда те замечали его во время купания или переодевания.

Когда она получила его, двое братьев повалили её на колени, крепко удерживая, пока Мира наблюдала издалека. Кассиан тогда стоял над ней, и нежное прикосновение его руки поразило её, учитывая его репутацию.

В этот раз он дал ей выбор — схватиться за него самой. В конечном счете, это было всё, чего Найя когда-либо хотела. Выбор.

Она встретилась с взглядом Кассиана.

— Спасибо, что помогли мне, — искренне произнесла она.

Его глаза потемнели от жара, и сожаление скрутило внутренности.

Прежде чем она успела обдумать свое решение, Найя подняла руку и пожала ладонь Бога Смерти и Проклятий.

Из Кайманы существовало два пути.

Телепортация — дар, которого Найя была лишена из-за своего заточения. И Река Душ — маршрут, которым Найя воспользовалась в прошлый раз, ещё до того, как на неё наложили проклятие.

Река текла через Кайману в Землю Мёртвых, если только не плыть против течения. В этом случае она выносила прямо в открытое море.

Прижавшись спиной к гладкой коре пальмы, Найя оглянулась, оценивая своё нынешнее положение.

В саду притаились Мракорезы. Обсидиановый туман рябил в следах призрачных теневых созданий, скользящих в поисках своей жертвы.

Найя презирала этих гротескных тварей.

Смертные верили, что Мракорезы рождены из печали Высшей Богини Ночи. На самом же деле в их существовании не было никакой поэтики. Эти монстры служили лишь доказательством подлой натуры младшей сестры Найи.

Похоже, Марина обнаружила, что Найя покинула опочивальню, но, судя по тому, что королевство ещё не содрогалось от ярости Миры, о её побеге та пока не знала.

Опустившись на локти в песок, Найя поползла вдоль пышного куста гибискуса. Ноги запутались в подоле платья, и она мысленно выругалась. Если бы не шум, она бы непременно разорвала юбку, лишь бы обрести свободу движений.

Затаив дыхание, она приникла к земле, оценивая расстояние до моста в центре сада. До него было меньше спринтерского забега. Всё, что требовалось — просто нырнуть в реку.

Что-то коснулось подошвы.

Пульс подскочил, и ужас размером с лавину сковал её ледяными оковами.

Сзади раздалось низкое рычание. Звук завибрировал под кожей, перехватив дыхание в диафрагме. Найя вывернула голову и увидела, что на неё взирает лицо, похожее на чёрную дыру. В складках его тьмы скалилась пасть, полная тонких, как иглы, рядов зубов.

Найя развернулась на коленях и вскинула руку, вонзив кулак в землю между ними. Удар вызвал вибрацию, прошедшую через подошвы, и заставил содрогнуться тяжёлые листья пальм над головой.

Мракорез бросился на неё; удлинённые, похожие на падаль пальцы полоснули по щеке. Найя отпрянула и рухнула на копчик. Судорожно перебирая локтями,