Любящая королева - Саффрон Брукс

Меган... как бы это сказать? Неряшлива. По всему полу разбросана одежда, будто здесь пронесся модный ураган. Честно говоря, вещей у нее больше, чем места в шкафу. Часть ее барахла даже попадает в мой шкаф, потому что у нее совсем нет места. Я взглянула на часы и поняла, что у нас как раз есть время на сборы.

— О, наконец-то! На, надень это, — говорит она, бросая что-то прямо мне в лицо.

Стащив вещь с головы, я понимаю, что это короткий черный комбинезон.

— Мэг? Я вообще-то уже одета, — говорю я, и мы обе выразительно смотрим на мои спортивные штаны и футболку.

— Нет, не одета. Надень это, Инес. У тебя шикарное тело — тонкая талия и большая попа, за которые большинство людей платят деньги. Тебе просто нужно перестать прятать его под этой мешковатой одеждой, — говорит она, беря меня за руку и поднимая. — И, если ты это наденешь, Кинг просто не сможет тебя не заметить. Ты незабываема, Инес, тебе просто нужно немного помочь вылезти из своей скорлупы.

Я фыркаю:

— Незабываема в том смысле, как это бывает в особенно неловкие моменты, — говорю я, откусывая кусочек сухофрукта, который нахожу на ее комоде.

— Прекрати, — одергивает меня Меган. — И отдай сюда. Ты же знаешь, что тебе нельзя налегать на такие сладости.

Она забирает фрукт у меня из рук и тут же отправляет его себе в рот.

Я закатываю глаза. Она права. С моим диабетом первого типа мне действительно не стоит баловаться сладким. Но иногда удержаться просто невозможно.

— Ладно. — Я картинно вздыхаю, влезая в черный комбинезон и поправляя его как могу.

Меган ахает, будто увидела знаменитость.

— Святые…

— Нет, нет! — обрываю я ее, глядя на свое отражение. — Это больше подходит для стриптиз-клуба, Мэг! Моя задница наполовину голая! — Я вскидываю руки в воздух, глядя в зеркало. Конечно, моя попа выглядит потрясающе, но все это буквально в одном неловком движении от неприличного инцидента. О груди лучше вообще молчать — создается впечатление, что ее запечатали в вакуумную упаковку.

— Уф, с тобой никакой радости, — стонет она, надувшись так, будто это ей приходится носить эту вещь. — Ладно, но я не позволю тебе надеть что-то мешковатое сегодня вечером. — Она уже направляется в мою комнату, прежде чем я успеваю возразить.

Я иду за ней, потому что у меня нет выбора.

После нескольких минут копания в моем шкафу, как будто она ищет клад, мы наконец останавливаемся на простом, но элегантном темно-синем платье. Оно облегает мои изгибы так, что это выглядит стильно, а не вызывающе отчаянно.

— Ты выглядишь потрясающе, — заявляет Меган с улыбкой. — Кингсли не поймет, что его ударило.

— Конечно, — отвечаю я с максимально возможной дозой сарказма. — Уверена, он будет в полном восторге от того, что впервые увидит меня не похожей на официантку. — Я хватаю со стола поводок Бо. — Я выведу Бо на прогулку. Скоро буду.

Бо оживляется, виляя хвостом, будто готов к приключениям.

2. Инес

Любовь, поводки и шоколад

Вернувшись в квартиру после прогулки с Бо, я чувствую вибрацию телефона — пришло сообщение с незнакомого номера. Из любопытства разблокирую экран и не могу сдержать улыбку, когда вижу фотографию: идеально украшенный шоколадный торт. Гладкий, аппетитный, усыпанный красивой кондитерской посыпкой.

НЕИЗВЕСТНЫЙ:

Один кусочек твой, если захочешь. Завтра, во время свидания.

— Нейтан

Я смотрю на сообщение, прикусив губу, чтобы сдержать ухмылку. Он действительно испек торт. И теперь использует его, чтобы пригласить меня на свидание — ловко. В конце концов, кто способен устоять перед шоколадным тортом?

— Чему это ты улыбаешься? — спрашивает Меган, в ее глазах пляшут озорные искорки. Прежде чем я успеваю заблокировать телефон, она выхватывает его из моей руки и читает сообщение вслух.

— Верни телефон, любопытная! — протестую я, пытаясь дотянуться до него, но она отскакивает на другой конец углового дивана, как белка, спасающаяся от собаки. — Тебе что, пять лет?

Бо, мой верный маленький помощник, лениво поднимает голову и смотрит на нас, как бы говоря: Серьезно? Вы двое не можете вести себя тише? Но также быстро он снова падает на место, продолжая дремать на диване, блаженно игнорируя наши выходки.

— Оу, он пригласил тебя на свидание! Как мило! — говорит Меган, ее голос полон восторга. — Я до сих пор злюсь, что ты его не сфотографировала.

— Конечно, ведь это звучит так логично. Эй, я знаю, что мы только что столкнулись, но можно мне тебя сфотографировать? Моя лучшая подруга захочет на тебя посмотреть, — парирую я.

— Вот именно! — смеясь, отвечает она.

Я хихикаю над ее выходками.

— Верни мне телефон, сумасшедшая.

Когда я тянусь за телефоном, раздается звонок в дверь. Я знаю, что Меган дала Джастину ключи от подъезда и от нашей квартиры. Я совсем не против, я люблю Джастина. Я знаю его два года и полностью доверяю ему. То же самое касается и Кингсли. И все же мне приятно, что Джастин все равно звонит в дверь, когда мы дома — это мелочь, но она говорит о многом, об уважении к нашему личному пространству.

Меган отдает мне телефон и направляется к двери. Она открывает ее, и ее радостный визг заполняет комнату, когда Джастин подхватывает ее на руки и целует в губы. Он вносит ее в квартиру, держа букет ее любимых цветов. Они такие милые вместе и действительно идеально подходят друг другу.

Джастин — олицетворение высокого, смуглого и красивого мужчины. У него поразительная светло-коричневая кожа, которая гармонирует с его высоким атлетичным телосложением. Его присутствие одновременно властное и теплое, а харизма делает его мгновенно располагающим к себе. У него четкие черты лица, а улыбка способна осветить всю комнату. Они с Кингсли оба квебекцы и дружат с самого детства.

Семье Джастина принадлежит один из крупнейших медиа-конгломератов в провинции. Их империя включает газеты, телевизионные сети и радиостанции, посвященные продвижению французского языка и сохранению культурной идентичности Квебека.

— Снимите номер, чудики, — острит Кингсли, входя в комнату с огромным пакетом в руках.

Я вынуждена остановиться и сглотнуть ком в горле, стоя здесь в неловкой позе и желая просто быть нормальной. Не знаю, почему я веду себя с ним как немая. В конце концов, прошло два года, и мы много времени проводили вместе, так почему я до сих пор лишаюсь дара речи? Каждый раз, когда я смотрю на него, меня словно сбивает товарный поезд благоговения.

Кингсли Эшфорд — живое, дышащее произведение искусства. Он