Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— Г-госпожа… — бедная девочка аж тихо икнула. — П-прошу прощения… Я…

— Не волнуйся. Никому ничего не скажу. Но лучше не показывай свои эмоции. Не все столь дружелюбны, как я.

Служанка кивнула и принялась наносить на мои длинные влажные волосы какое-то неизвестное мне средство, приятно пахнущее цветами. В купальне мне стало легче намного и почти перестало тошнить, а голова стала наконец-то более светлой и лёгкой. Тепловой удар «лечился» просто: покоем, прохладой и восполнением жидкости.

— Госпожа, ваше платье. — послышался со стороны дверей голос другой служанки.

— Да, да… Положи где-нибудь и принеси холодной подсоленной воды.

Я даже не обернулась, отдавая приказы, скривившись от осознания, что нужно упаковывать своё отдохнувшее тело в эту ужасную одежду. Но выбора просто не было. Вопреки каким-то нормам, у меня было только три чёртовых платья: это, свадебное и на предстоящий бал. Последние два в повседневной жизни не наденешь, отчего приходилось носить зимнее.

Но стоило выйти из воды, как я обнаружила неизвестную мне голубую ткань, отличную от моего тёмно-синего платья разительно. Пока я медленно пила принесённую воду, одна из служанок помогала высушивать волосы мягкими нагревающими полотенцами, вторая принялась одевать меня как куклу в неизвестные мне одеяния. Молочного цвета шёлковая сорочка, тончайшие лёгкие чулки и корсетный пояс, лишь слегка поддерживающий спину и грудь. А после она взяла ту самую ткань и развернула, показывая. Я охнула. Платье было простого прямого покроя с небольшими рукавами-фонариками, всё по моде империи Элиазар, но из явно недешёвого материала, который, увы, не могла определить, лишь с виду немного напоминало плотный шёлк. Возможно, переплетение чего-то именно с ним. Надев его с помощью служанок, поняла, что скорее всего не ошиблась, настолько приятный был даже на ощупь материал.

— Украшения оставьте. Не приму их, — твёрдо сказала я, увидев, как одна из служанок несёт небольшую шкатулку.

— Да, госпожа, — коротко ответила девушка, горько вздохнув, им явно приказали меня привести в порядок, используя дорогие вещи.

Последними штрихами были лишь белая лента на талии, которая сложилась в красивый бант за спиной, и низкий хвост перехватили у затылка подобным бантом, но меньшего размера. Я, аккуратно придерживая юбку слегка длинного мне платья и шурша небольшим шлейфом, вышла в покои и тут же остановилась в проёме двери.

На кресле, лицом ко мне сидел мужчина, в котором я узнала спасшего меня от конфуза императора. Пришлось сделать короткий шаг от двери и тут же сесть в глубоком реверансе, почти коснувшись пятой точкой пяток, приложив ладонь к груди и склонив голову. Я не была и, надеюсь, никогда не буду представителем монаршей семьи, отчего не могла не поприветствовать мужчину.

— Приветствую Вас, Ваше Величество.

— Встаньте, леди Амелия, — произнёс он спустя недолгое время.

От его голоса у меня по спине прокатился табун мурашек. Я редко встречала людей со столь прекрасным и глубоким баритоном. Подняв несмело на него глаза, наткнулась на его сосредоточенный взгляд. Он меня… изучал. Словно какой-то экспонат или картину. Молча, сосредоточено и заинтересовано. Под его взглядом стало немного неловко, но я всё же собралась и принялась рассматривать его взаимно.

Однозначно красив. Не так красив, как Ричард, нет. Скорее как-то по-своему. Точно старше меня, но не значительно, от пяти до десяти лет (а может и больше, кто знает!) примерно, точный возраст, указанный в материалах к новелле, я не помнила. Прямой нос, аккуратно стриженные усы и бородка. В тёмных, зачёсанный назад волосах поблёскивали редкие серебряные пряди, совсем не портившие его, а наоборот, придававшие какой-то солидности. Серые глаза глубоко посаженные, насмешливо смотрели на меня. Понять какого Константин роста не представлялось возможным, но однозначно значительно выше меня и шире в плечах, чем тот же Ричард. Одет неброско, в простую хлопковую светлую рубашку с латунными пуговицами лишь до середины и прямые брюки из той же ткани. Если не ошибаюсь, в такой одежде обычно тренируются ещё утром, а не разгуливают посреди дня. Кажется, комплексов у этого мужчины точно нет.

Я в какой-то момент фальшиво скромно опустила взгляд на пол у его ног, показывая своё якобы смущение от прямого зрительного контакта. То, что мы с ним столь долго смотрели друг на друга считалось чем-то пошлым и непотребным. В моей ситуации же это ещё могли посчитать изменой, что являлось настоящим позором для леди.

— Миледи, как ваше самочувствие? — мягко спросил он.

— Благодарю за заботу, Ваше Величество. Так же хочу поблагодарить за предоставленное моей скромной персоне столь дорогого платья. Я непременно верну его законной владелице. Прошу лишь, укажите, какая из леди соблаговолила предоставить одно из своих платьев.

Константин громко рассмеялся, чем вызывал у меня удивление и ступор. Я же сделала логичный и разумный вывод о ситуации, да?.. Или нет?..

— Тогда верните его самой себе, — отсмеявшись произнёс мужчина. — Это платье было моим подарком невесте принца Ричарда. А ей, на счастье, оказались Вы, миледи.

— Благодарю за столь щедрый дар, Ваше Величество. Я буду ценить и беречь его до скончания своих дней.

— Однако… Вы не приняли не единого украшения. Отчего же? — император медленно встал и подошёл ко мне, отчего аж сердце на мгновение замерло от напряжения.

— Помолвленной леди не стоит принимать подарки от кого-то, кто не является её женихом или родственником.

— Вот как… Отчего же тогда Вы, леди, ходите без украшений и в столь неприглядном и неподходящем для данного сезона наряде? Принц совсем Вас не любит, как я погляжу?

Я закусила губу. Твою в харю, невеста принца в задрипанном зимнем платье падает в фонтан, а потом и в обморок на глазах дворцовой знати, иностранных гостей и послов, смотреть без смс и регистрации. Естественно, столь бедственное положение будущей королевы буквально равно пятну на репутации монаршей семьи.

— Принц благосклонен по отношению ко мне, а я не смею пользоваться его добротой, — с натянутой улыбкой произнесла я, подняв глаза на мужчину, он оказался всё же почти на голову выше меня.

— А любите ли Вы его, леди?

На мгновение мне показалась какая-то заинтересованность в его серых глазах, а на губах расцвела улыбка. Ему явно нравилось моё странное