Цветы на ветру - Изабелла Шампанская

— Вы идите, а ты останься, — сказал директор защитнику.

— Спасибо, что спас меня! — сказала Света, когда они вышли от директора.

— Я не люблю, когда обижают девушек, — ответил парень и улыбнулся.

Прозвенел звонок, и студенты стали расходиться по аудиториям.

— Мне нужно идти, — сказала Света. — Не хочется опаздывать. Увидимся.

— Как тебя зовут, красавица? — спросил он, жалея, что они не учатся на одном курсе.

— Светлана, — ответила девушка и пошла на пару.

Парень долго смотрел ей вслед и тоже пошёл на занятия. Всю лекцию он думал о девушке, плохо понимая речь преподавателя. «Боже! Какая красавица!» — думал про себя Артём. Он очень хотел увидеть девушку и встретиться с ней снова.

Глава третья

Утром в семействе Давыдовых, как всегда, во время завтрака говорили о работе. Здесь каждое утро начиналось по-разному и зависело от настроения его обитателей, что случалось крайне редко. Всех обитателей этого дома взволновал неожиданный приезд Леры. Но больше всех волновалась Татьяна, видя, как страдает её сын Никита. Женщина знала, какие у них были отношения раньше, пока девушка не уехала учиться за границу.

— Сынок, может, вы с Лерочкой помиритесь? — спросила женщина.

— Нет. У нас ничего больше быть не может, — ответил Никита. — Я люблю Диану.

— Я не могу Лере запретить появляться в нашем доме. Это будет нечестно по отношению к её родителям.

— Мама, я знаю и не прошу её выгонять. Ладно, мне пора работать. Ника, ты со мной? — обратился он к сестре, которая допивала свой сок.

— Удачи вам! — проговорила Таня, увидев, как заспешила дочь, чтобы поспеть за братом.

— Пока, мамочка! — крикнула девушка и умчалась за братом.

Алик Гусаров принёс документы. Женщина уже находилась на своём рабочем месте. Он тоже был другом её сына Никиты, заслужил доверие Татьяны и теперь стал почти её правой рукой. Он часто бывал на ужине в их доме, был женат, имел дочь Полину и был счастлив в браке с женой Ксенией. Та была высокой стройной красавицей с зелёными глазами и мягким характером, тоже работала вместе с мужем. Полинка отлично училась в университете последний год на адвоката, мечтала скорей закончить учёбу и защищать людей, ведь в этом мире так много несправедливости. По характеру она была боевой, готовой любому дать отпор.

— Как дела? — улыбнулась Таня.

— Хорошо, — улыбнулся Алик в ответ красивой женщине и сел за стол напротив. Он был доволен жизнью: дела шли успешно. В браке преуспел, да и в жизни тоже.

— Я рада за тебя. Что-то утром я не видела Ксюшу?

— Она приедет позже на работу. Я принёс документы по строительству. Может, глянешь?

— Давай посмотрю.

Лена находилась в комнате дочери и в который раз говорила, что это не их дом. Они здесь вынуждены жить по воле человека, который обрек их на такую жизнь, терпеть Соню, родную сестру, и её несносного сыночка Костеньку.

Костя не питал любви к женщинам, считая их приживалками в чужом доме, но вынужден был терпеть их присутствие ради матери, которая обожала Диану. Он был правой рукой матери на фирме и баловнем судьбы. У него было много женщин, которые его обожали и боготворили. Парень чувствовал себя хозяином жизни и мог позволить себе даже азартные игры — что случалось крайне редко, уже давно избавился от этой пагубной привычки, так как обещал матери, иначе он распрощается с фирмой навсегда, а этого ему очень не хотелось.

Диана смотрела на мать, прекрасно понимая её положение в доме тёти. Ей никогда не нравился Костя с его буйным характером: она считала, что ему всё позволено. Они почти не общались.

— Мама, не нужно так расстраиваться, — сказала она. — Скоро я стану женой Никиты и буду очень счастлива с ним. В его доме меня любят и хорошо принимают, а Татьяна Михайловна считает меня дочерью.

— Я очень рада за тебя, дочка, — улыбнулась Лена. — Хоть ты будешь счастливой, деточка моя. Я так сильно тебя люблю, как никого на свете!

— Я тоже тебя люблю, мамочка! — ответила Диана и обняла мать.

В это самое время Соня со своим сыном Костей находились в гостиной и разговаривали.

— Мама, ты любишь Диану больше, чем меня, — сказал тот, наливая виски в стакан. — Я скоро буду тебя к ней ревновать.

— Не говори глупости, — отмахнулась Соня. — Ты мой сын, и я люблю тебя больше.

— Хоть на том спасибо, мамочка.

— Она — моя племянница, а ты — мой родной сын. Разницу улавливаешь?

Сверху спустилась Диана.

— А вот и наша красавица! — увидев сбежавшую по ступенькам девушку, улыбнулась Соня. — Как дела, милая?

— Хорошо, но что-то Никита не звонит, — ответила девушка.

— Так позвони ему сама.

— А вдруг он занят? Не хочу отвлекать от работы. Он сейчас на работе. А вдруг проводит совещание, а тут я со своими звонками… Нехорошо получится.

— Ну, как знаешь, дочка, — ответила ей тётя и ушла в кабинет, чтобы просмотреть некоторые документы и закончить работу, которая не могла ждать.

Женщина контролировала дела на фирме, которая досталась ей после смерти мужа. В душе она мечтала, чтобы Лена навсегда покинула их дом, но силой не пыталась выставить родную сестру из дома, зная, какую боль это причинит Диане: ведь она обожала свою мать. И Соня не могла на это решиться ради любви к любимой племяннице.

Женщина мечтала переманить на свою сторону Никиту — жениха племянницы, — но пока это не представлялось возможным. Тот работал под руководством своей матери, и Соня пока не говорила с ним на эту тему, отложив разговор на следующий раз.

Лере надоело сидеть в гостинице, и она поехала домой к родителям, чтобы устроить им сюрприз своим внезапным появлением. Сюрприз удался на славу! Родители были в шоке, увидев дочь дома посреди учебного года.

А чего ещё ждать от легкомысленной девчонки? С ней проблемы были с четырнадцати лет. Родители, устав с ней бороться, отправили её в другой город, чтобы выбить всю дурь из головы. Ведь она была помешана на Никите, не давала парню прохода. Им было жаль парня, а ещё больше — себя. Такая дочь только позорила родителей и выставляла себя посмешищем.

Но этот факт её ничуть не трогал. Ей не было стыдно за свою любовь, которой девушка так гордилась, наплевав на мнение родителей. Эта любовь была безумной и не знала границ.

— Лера, что ты здесь делаешь? — спросила Катерина, увидев дочь на пороге гостиной. Это была красивая, высокая,