Я слежу за тобой. Не бойся. - Олли Серж

— Привет, Миша, — говорит ему доброжелательно. — Меня зовут Макар. Я починил твой планшет и принёс его тебе, — как фокусник, Сизов достает многострадальный гаджет из-под стола. — Ты не против, если я поужинаю с твоей мамой, пока ты будешь развлекаться?

Сын с опаской смотрит то на меня, то на Сизова, то на мышонка.

Нужно отдать аниматору должное. Он в момент диалога не стоит столбом. Шустро находит детское меню и раскраску с фломастерами.

— Я могу забрать ребенка на площадку, — вникает мышонок в обстановку. — Давай с тобой сделаем заказ, — присаживается он перед Мишкой на корточки, — и пойдём посмотрим батуты. А ещё можем порисовать!

Сын от такого повышенного внимания посторонних людей вжимается щекой мне в бедро.

— Вообще он не из пугливых, — улыбаюсь я, стараясь его подбодрить. — Просто немного растерялся.

Конечно, он рассчитывал, что мы с ним вместе пойдём на аттракционы, но Макар, видимо, видел наш вечер иначе.

— Ты можешь посидеть с нами и поиграть в планшет, — глажу сына по голове, — поесть пиццу, а потом пойти играть.

— А планшет теперь не сломается больше? — Хмурится сын.

Макар ухмыляется, глядя мне в глаза.

— Не сломается, — сдаюсь.

— А можно мне тогда сразу пойти играть? — Решается Мишка. — Только ты меня позови, когда пиццу принесут. И молочный коктейль.

— Ты хочешь ещё и коктейль?

— Угу…

— Хорошо. Только как мне вас найти? — Поднимаю глаза на мышонка.

— По браслету, — объясняет он. — Нажмите кнопку на своем и у Миши загорится красный фонарик. Он подойдет к любому аниматору и его проводят обратно. Не переживайте, дети не выходят за пределы площадки самостоятельно.

— Ты не испугаешься? — Наклоняюсь к сыну.

— Не… — мотает он головой.

— Ну ладно, идите, — киваю аниматору.

Провожаю их до лестницы и возвращаюсь к Макару.

Он, сложив руки на груди, прожигает меня взглядом.

— Спасибо, что позвал нас сюда. Сын просто в восторге! Что-то не так? — Я нервно заправляю прядь волос за ушко и не знаю, куда деть руки.

— Все прекрасно, — медленно моргает Сизов и едва заметно облизывает губы, — и ты прекрасна, Марина.

— Спасибо… — смущаюсь и опускаюсь за стол.

Хватаюсь за меню. Мне слишком неуютно рядом с этим человеком один на один!

— Целоваться не будем? — Добивает своим вопросом мою нервную систему Макар.

— Что? Я?

Неловко задеваю на столе вилки. Они с грохотом летят на пол.

— О Господи, я такая неловкая! — Накрывает меня паникой от собственной неуклюжести.

— Успокойся, — наклонившись к столу, перехватывает мою ладонь Сизов, не давая подскочить и полезть под стол подбирать вилки.

Я тяжело дышу.

К столику подходит официант.

— Добрый вечер, меня зовут Дамир. Вы готовы сделать заказ?

— Не… — мямлю я.

— Нам, пожалуйста, мясную пиццу, молочный коктейль, — говорит ему Макар и два блюда от шефа.

— О, сегодня от шефа у нас паста на сырной голове с вяленой уткой и томатами…

— Отлично, — перебивает его Сизов. — И бутылку красного вина. Лучшего, из тех, что у вас есть.

— Вас понял… — откланивается официант.

Я закрываю лицо руками.

— Ты меня боишься, Марина? — Задумчиво гладит мои пальцы Макар.

Мотаю головой, а потом… вдруг решаюсь сказать правду.

— Безумно… — шепчу, смотря в его глаза.

Глава 33

Макар

— Почему боишься меня? — Спрашиваю хрипло. Нет, я хорошо понимаю «почему». Просто хочу, чтобы Марина это проговорила. Забрав у меня свою ладонь, она нервно мнет салфетку и бегает взглядом от столовых приборов к краю стола, будто ищет спасательный выход. Его не предполагается, милая девочка…

— Я такой страшный?

— Нет! — Восклицает, резко поднимая глаза. — Просто… О Господи! В какой-то степени — да. Очень страшный! Ну зачем вы меня мучаете, Макар?! Мы с вами из разных миров. Это очевидно. Вы привыкли повелевать, запугивать и брать то, что захотели, даже если вам сказали: «нет». Вы… Вы сами сказали, что убивали людей. У меня не укладывается это в голове! Я подозреваю, что вы имеете врагов, а мне… Мне нужно воспитывать ребенка, работать. Чтобы заработать на что-то свое. Вы понимаете? У меня нет времени на свидания и мужчину, который хочет себе любовницу. Да и, признаться, я в этих вопросах абсолютно ничего не понимаю. Даже если вы задарите меня красивым бельем и платьями! — Прячет лицо в ладонях… — Простите, мне очень стыдно. Если есть что-то, чем я могу вас отблагодарить, кроме отношений, я готова…

Официант расставляет перед нами бокалы и разливает вино.

— Выпей, — подаю я бокал Марине. — Нам обоим нужно расслабиться.

Нервно и послушно делает глоток.

Открывает рот, будто хочет что-то спросить, но слова застревают где-то внутри нее. Марина такая искренняя в своей растерянности, что это снова погружает меня в горячие чувства, от которых кровь во всех моих частях тела начинает бежать быстрее.

— Ты знаешь… — тоже делаю глоток вина. — Я ведь не прошу у тебя оплаты за сделанное добро. Я искренне, впервые в жизни не сплю из-за женщины. Это похоже на болезнь…

— Перестаньте… У вас было, наверняка, много женщин.

— Верно. И их я по ночам трахал, а потом крепко спал. А ты… ты мне снишься.

— Что им… именно вам снится? — Заикаясь, интересуется Марина.

— Как мы гуляем по лесу. Выгуливаем собаку. Где-то бегают дети. Потом мы возвращаемся в наш большой дом, ты готовишь ужин. Мы садимся за стол. На фоне работает телевизор. Пахнет выпечкой. Ты умеешь печь, Марина? — У… умею. — Я придумал, что ты можешь сделать для меня. Испеки печенье, пирог, да что угодно! Я страшно соскучился по домашней еде. — Это я могу… без вопросов, — лепечет Марина. — Даже завтра вечером. Только после восьми…

Но прежде чем она успевает договорить, в зал врывается Мишка. Нужно признаться, что его внешний вид первые секунды пугает даже меня. Лицо мокрое от слёз, кровь размазана от носа до подбородка, голова вся мокрая от пота…

— Мамочка, — задыхаясь, рыдает парень, — там мальчик… он у меня хотел пушку забрать. Шариками стрелять. А я не дал. Он взял и ударил… резиновой такой… зеленой….

Следом за ребенком в зал залетает запыхавшийся администратор — молодой парень в форменной футболке. Он сначала пытается салфетками вытереть с лица Михаила кровь, а потом судорожно начинает оправдываться. — Я прошу прощения! Только отвернулись…

Но Марина его не слушает.

— Господи, Миша! — Она подхватывает сына и начинает ощупывать его с ног до головы. — Открой рот! Покажи зубки!

Парень мотает головой, плачет всё громче и пытается вырваться. Кровь с его подбородка начинает эпично капать на одежду.

С соседних стоиков нам начинают давать