Я слежу за тобой. Не бойся. - Олли Серж

А ещё очень хочется прикоснуться к вздымающейся прокаченной груди и, может быть, даже прижаться к ней щекой, пока никто не видит.

Почему-то сейчас у меня больше не вызывает шока мысль о том, что у нас с Сизовым случатся отношения. Они обязательно случатся, потому что в мире не существует доказательства любви серьезнее, чем спасти ребенка своей женщины.

Меня купили все-таки? Это какая-то слишком невообразимая цена.

А ещё, Мариша, ты просто оценила его спину во всех смыслах и теперь хочешь за нее спрятаться. От проблем со свекрами, выбора жилья, необходимости работать и развода с мужем… Для Макара это не проблемы, а ерунда.

У меня перехватывает горло от воспоминаний и обиды о том, как Валерий, не задумываясь, предал меня и спрятался, когда к нам в дом пришли те страшные люди.

Осторожно глажу Макара по груди. Внутри у меня все рвется от нежности и благодарности к нему. Собравшись с духом, целую его руку в лангете и уже собираюсь уходить, как вдруг мое запястье ловят мужские пальцы.

— О Господи, — выдыхаю потрясено, — прости, пожалуйста, я не хотела тебя будить…

— Не уходи, — шепчет Макар и открывает глаза.

Выдергивает у себя из катетера иглу и тянет меня вниз, чтобы я села на постель.

Он смотрит на меня своим пристальным, горячим взглядом, от которого у меня сводит низ живота.

— Макар, ты не спал?

— Мне было интересно, как ты будешь себя вести, — шепчет он. — Ты смотрела на меня, гладила… Марина…

— О Господи… — вскрикиваю, оказавшись рядом с ним на кровати.

Макар нависает надо мной и чуть придавливает, не давая ни малейшего шанса сбежать.

— Один поцелуй. — Требует хриплым голосом. — Я заслужил.

Облизываю губы и трепещу.

В этом весь Макар. Он отдает полностью и того же требует обратно.

Открываю рот, чтобы объяснить, что тоже хочу его поцеловать, но это вовсе не из-за сына, а просто потому, что, наконец, в моей голове что-то неотвратимо щелкнуло и дало мне моральное право на этот поцелуй.

Может быть даже то, что родители Валерия тоже видели нас вместе?

Но Макар меня слушать совсем не собирается.

Властно, страстно, собственнически, не дождавшись моей инициативы, он сам сминает мои губы поцелуем. Проникает языком мне в рот и заставляет впервые в жизни целоваться так, будто это уже секс. Осталось только сбросить одежду и… соединить тела.

А самое ужасное, что мне это нравится! Я как девчонка с ним, у которой, наконец, случилось по-взрослому. Горю и неумело отвечаю, искренне желая, чтобы Макару тоже понравилось.

Вдруг дверь палаты резко распахивается.

Сизов резко и очень вовремя от меня отстраняется, потому что на пороге появляются медсестра и Мишка.

— Вон она твоя мама, — говорит женщина, — никуда не делась. Чего сразу рыдать то было? К папе пошла.

Сын вырывает у нее руку и бежит ко мне.

— Мишка, ну ты чего, — вытираю с его лица слезы, — ты чего проснулся?

— Сон плохой приснился.., - бурчит сын и залезает ко мне на колени.

Медсестра тактично уходит.

— Ты же был не один там другие дети, — глажу сына.

Мишка молча жмется к моей груди.

Я оглядываюсь на Макара, словив чувство неловкости. Будто я опять что-то делаю не так…

Сизов встает с кровати. Медленно ступая, он обходит стулья, убирает их в сторону и рывком придвигает к своей кровати соседнюю.

— Будешь спать со мной? — Спрашивает Мишку.

— И с мамой? — Хмурится ребенок.

— И с мамой, — невозмутимо отвечает Сизов.

— Буду, — кивает Мишка.

Я хлопаю глазами, не понимая, как это так быстро мое место сна тоже определили.

— Ты что-то хотела сказать против? — Усмехаясь, интересуется Макар.

Мотаю головой.

Тебя присвоили, Марина. Собираешься сопротивляться?

Глава 36

Марина

Дрожащими руками я складываю в новенький контейнер печенье. Во второй — пирог. Мишка крутится рядом, пытаясь стащить сладости.

— Мам, а это Макару, да? Мы к нему в гости поедем?

Я не знаю, как объяснить ребенку, что сегодня в гости к его обожаемому Макару еду только я. За две недели после выписки из больницы, эти двое успели неожиданно сдружиться.

— Миш, — приносит планшет из комнаты Вика, — там тебе бабушка звонит. Разговаривать будешь?

Личико сына страдальчески морщится…

После того, как Сизов установил в планшет Мишки сим-карту, чтобы он в любой момент мог ему позвонить, надел на него ещё какой-то браслет с гео-локацией и возможностью звонков, типа для безопасности, я решила, что будет правильно добавить ребенку в контакты и отца с родней. Нужно сказать, что хорошего из этого вышло крайне мало…

— Ты не хочешь отвечать? — Забираю я планшет у подруги, потому что сын его так и не берет.

Мишка надувается и отрицательно мотает головой.

Вздыхаю.

— Сыночек…

— Ой, да сбрось ты уже! — Не выдерживает Виктория. — Опять пацана своими страданиями до слез до ведет бабка, вот и весь разговор! Вот на какой х…

— Вика!

— … Хрен нам это нужно?! — Заканчивает подруга.

Я развожу руками.

— Вот как ты мне предлагаешь в этой ситуации поступить? Вычеркнуть из жизни ребенка его близких? Да, они неидеальные. Но они…

— Они чуть его не угробили! — Отрезает Вика. — А отцу вообще…

— Вика! Не при ребенке!

— Ну что, Вика? — Взвивается подруга. — Ты думаешь, Мишка — дурак?

— Я не дурак… — оживает сын.

— Вот и я так говорю, — гладит она его по голове. — Не дурак. И прекрасно понимает, видел своими глазами, что его папаша без вас не скучает. Ты можешь сколько угодно ему затирать, что папа тете… как там ее?

— Тетя Люся, — подсказывает ребенок.

— Вот! Тете Люсе просто помогал с продуктами. А он прекрасно видел, как они целовались!

— Ты видел? — Говорю подавлено и опускаюсь за стол.

Почему мне за это стыдно? Я с Макаром ничего подобного при ребенке себе позволить не могу.

— Ну это только ты думаешь, что дети ничего не видят и не замечают, — фыркает подруга.

— Это там, в магазине? — Спрашиваю Мишку.

С Валерием и Людмилой мы столкнулись случайно неделю назад в супермаркете возле детского сада. После моего ухода это была первая встреча с бывшим мужем. Видимо решив, что связываться со мной будет себе дороже, он очень быстро нашел замену.

Да и общаться сильно не пожелал. Даже в суд на мировую не пришел. Теперь нам придется разводиться по открытому заседанию.

А вот от крестной сына я такого не ожидала. Это было очень больно и обидно, особенно потому, что после она посмела мне позвонить и потребовать вывезти до конца вещи.