Я слежу за тобой. Не бойся. - Олли Серж

— Мне кажется, что это ты не осознаешь, — вздыхаю.

Допиваю свой кофе и просто наливаю себе в чашку коньяк.

— У тебя есть сын, мама, подруга, ученики. У тебя есть я, который за тебя любому пере грызет горло. А если не станет меня…

Марина резко разворачивается и зажимает мне ладошкой рот. Целует меня через руку.

— Не говори так! У тебя есть мы с Мишкой, друзья, подчиненные. Ты нам всем очень нужен. Я имела ввиду совсем другое. Скоре то… чем ты занимаешься? Откуда берешь такие большие деньги? И как женщина, я боюсь этой власти.

— Я клянусь, что моя власть никогда не будет работать против тебя, — отвечаю, стараясь достать из себя тон максимальной искренности. — У меня большие доли в нескольких компаниях. Но участия в управлении я не принимаю. Есть собачий питомник. Там разводят немецких овчарок и черных терьеров. Несколько точек винных магазинов и доля в фармацевтической компании.

— Вау! — Дергает бровью Марина. — Значит, все легально?

— Последние годы я работал именно на это. С переменным успехом, надо сказать. И предвосхищая твой следующий вопрос, тебе и Мишке точно будет безопаснее рядом со мной. Потому что если я кому-то очень нужен, они уже знают о нашей связи. Поэтому… — сжимаю талию Марины. — Даже если я тебя отпущу, ты все равно останешься моей. Не сопротивляйся… — мои руки начинают наглеть и ныряют под ее платье. — Закрой глаза и иди ко мне…

— Во что ты меня втянул? — Шепчет Марина и в легкой панике перехватывает мои руки, но не останавливает.

— В отношения. Я сам здесь только ради тебя! — Прорываются из меня чувства.

Ловлю ее губы в поцелуй.

Жадно и нахрен сжигая все предохранители, глажу ее колени, бедра и добираюсь до…

— Блять, — выдыхаю, не справившись с эмоциями, — на тебе же чулки, женщина!

— Да… — дрожит Марина. — Я думала, что мужчинам так нравится. Нет?

— Да! Но твое счастье, что я не узнал об этом раньше.

С рычанием вгрызаюсь в нее новым поцелуем и ныряю рукой в белье…

Глава 38

Марина

Впав в состояние близкое к эмоциональному обмороку, смотрю в глаза Макара.

От стыда и невероятно острых ощущений, которые дарят мужские руки, хочется отключиться и представить происходящее сном, но я не позволяю себе этого, потому что… Никогда не видела, не чувствовала на себе такой мужской взгляд. Жадный. Безумный. Бездонный, как самая темная ночь. Он слегка подернут пьяной дымкой и от того кажется еще более гипнотическими. Как пропасть, в которую я добровольно падаю.

— Расслабься… — голос Сизова звучит прямо в ушко запускает по моему телу тысячи мурашек. — Ты никогда так себя не ласкала? А мужчины?

Закусив губу, мотаю головой. Какие ласки? Ну ладно, может быть, ещё только в пору невинности из любопытства. С Валерием же обычно все было быстро, без изысков. Ни о какой заботе о моих чувствах речь вообще не шла.

— Ужасно… — хрипло шепчет Сизов. — Расскажи мне, что ты чувствуешь?

Я не могу сформулировать ни единой мысли. Просто рыбкой открываю и закрываю рот.

Сизов тихо и удовлетворенно смеется на мои попытки коммуникации.

— Наверное, ты смущена? Хорошие девочки не позволяют мужикам лазить к себе в трусики. Но хорошие девочки и не кончают. Мне кажется, что тебе сейчас слишком приятно для того, чтобы я остановился. Да?

Его пальцы настойчиво врываются в меня глубже и задевают какую-то такую точку, что у меня перед глазами вспыхивают яркие фейерверки.

— Макар! Не надо… — вскрикиваю и перехватываю его запястья.

— Тщщщ, — выдыхает он мне в губы и целует.

Я тихо вскрикиваю ему в рот и едва дышу, потому что мое тело неожиданно совсем перестает слушаться. Оно сначала вибрирует, а после по нему прокатывается несколько чувственных горячих волн, от которых у меня подгибаются пальчики на ногах. Низ живота напрягается и вдруг расслабляется в блаженной истоме.

— Очень, очень хорошая девочка, — поощрительно рычит Макар, пока я пытаюсь прийти в себя от пережитого чувственного взрыва.

Сдирает с моих плеч платье вниз, впивается поцелуями в грудь.

Я снова вся оказываюсь в мурашках. Особенно когда губы Макара смещаются на соски, а после — сразу на шею. Именно туда, куда нужно, за ушко!

Понятия не имею, как так случается, но внушительная эрекция Сизова начинает давить мне в ладонь.

— Сожми его, — с хриплым стоном требует Макар. — Почувствуй, как я хочу тебя. Мне кажется, у меня сейчас треснут яйца. Это все ты, маленькая зараза. Не давалась так долго…

Отступать же поздно да? Меня все равно возьмут? Мне кажется, что да, потому что добравшись до обнаженной женщины, такие мужчины как Сизов, не тормозят. Они вообще никогда не тормозят, если приняли решение. Уговаривают, покупают, шантажируют… Надеюсь, до последнего мы не дойдем.

А до чего дойдем? Кто я? Где я? Мамочки…

— Даже не думай съехать, — будто почувствовав мою панику, перехватывает меня сзади за шею и заставляет снова посмотреть в свои глаза Макар.

Его пальцы ощутимо сжимают волосы на моем затылке и тянут вниз.

— Вкусная девочка… Я тебя затрахаю. Всю. Пока не начнешь просить пощады.

Это угроза или обещание? Мне бояться или предвкушать?

Несколько влажных поцелуев в шею возвращают меня в состояние невменяемого кипятка. Руки, больше не сопротивляясь, скользят по горячему мужскому члену. Я чувствую, как пульсирует его влажная головка. Мне кажется, она прямо сейчас детонирует!

На мгновение заглянув глаза, Макар властно начинает давить мне на затылок, недвусмысленно намекая, что сейчас по его сценарию ласк, руки на его члене должен сменить мой рот.

Я в панике сжимаю его футболку.

— Макар, я никогда этого не делала…

— Черт, женщина… — шипит он возбужденно. — Чем ты вообще до меня занималась?

Действительно, чем? Печенье пекла.

И вот я уже бескомпромиссно утрамбована в мягкий плед и распята так откровенно, что Макар может рассмотреть меня все-всю. До самых сокровенных моментов. Что он с удовольствием и делает…

Я не выдерживаю новой порции оглушающего смущения и прикрываю глаза. Давай, Марина, включайся! Перестань лежать перед мужиком как парализованное током бревно. Погладь его в ответ, поцелуй! Ты же хочешь! Ты думала о нем! Представляла…

Макар придавливает меня к полу своим весом. Горячая головка его члена скользит по резинке чулок, оставляя влажный след, и устремляется выше по бедру.

— Посмотри на меня, девочка, — сурово требует Макар. — Марина!

С трудом распахиваю глаза и чувствую, как вспыхивают щеки. Дрожащими ладонями, пересилив свою панику, скольжу по груди и плечам Макара. Неужели он — мой?! И я могу сделать