Топором повенчаны - Дафни Эллиот

не скучает по тому, что у нас могло бы быть, — сказала Магнолия, подцепляя палочками очередной кусочек пад тай и внимательно на меня посмотрела. — Мы взрослеем. Нам с тобой по тридцать, ей — двадцать девять. У всех свои взрослые заботы. Всё меняется. Но ты имеешь полное право грустить по этому поводу. Злиться — тоже. Просто, пожалуйста, не ври мне и не убегай в Вегас, чтобы там выйти замуж.

— Прости. Это… — Я шумно выдохнула, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить ей, что между мной и Коулом. — Он не такой, каким я его себе представляла.

Она закатила глаза. Её мнение о нём, как и моё раньше, в основном складывалось по рассказам Лайлы. Они встречались чуть ли не всю молодость, их отношения были напряжёнными, и закончилось всё плохо.

— Он грустный. И он всё ещё ищет своё место в жизни. И он добрый.

— Конечно, — фыркнула она.

— Я серьёзно, — сказала я, задетая её тоном. — Он помогает.

Магнолия рассмеялась — резко, в голос.

— Ага, потому что ты дала ему крышу над головой.

— Он не нуждается в этом. У него есть деньги, — объяснила я. — Ему нужен друг. Он работает над собой.

Она с грохотом хлопнула по столу, и я вздрогнула.

— Нет, Вилла. Только не это. Это так... так по-твоему!

Я поникла.

— Ты сейчас немного перегибаешь.

— Ничуть. Ты обожаешь спасать всех подряд. Это твой стиль. Ты же врач. Комплекс Бога, всё как полагается. Думаешь, можешь исправить любого, кто попадётся тебе на пути. Ты по уши в этом дерьме. — Она вскочила и заходила по моему тесному кабинету, размахивая палочками. — Мне надо было вмешаться раньше. Это моя ошибка. Но мы можем всё исправить.

— Магнолия, хватит, — твёрдо сказала я, отложив палочки на салфетку. — Мы поженились. И решили пока не разводиться. Наши отношения абсолютно платонические. Но притворяться удобно — и мне, и ему, по разным причинам.

Она покачала головой.

— Сейчас — платонические. Но потом всё размоется. Он же бедный щенок. Не пройдёт и недели, а ты уже будешь с ним спать.

Я вспыхнула.

— Прекрати.

— Ты уже думала об этом, — обвинила она.

— Нет. Мы поцеловались. В Вегасе. Больше ничего. Даже не флиртуем.

Это было не совсем так. Мы флиртовали. Мягко, конечно. Но Коул был весёлым, лёгким, у него это получалось само собой. Он часто обнимал меня за плечи, когда мы смотрели Jeopardy. Всё было абсолютно невинно.

Ну, почти всё.

Был ещё тот поцелуй в запястье. Я старалась не думать о нём, потому что анализировать каждую мелочь — путь к безумию. Мы не обсуждали это. И я была рада, что не обсуждали. Разбирать по косточкам ту вспышку желания и притяжения — рецепт катастрофы. Лучше игнорировать и идти дальше.

— У нас чёткие границы. И он их уважает.

— Мы точно про одного и того же Коула Эберта? Того, которого арестовали полгода назад за вандализм в офисе его же семьи? Того, кто игнорировал нашу подругу, хотя она за ним хвостом ходила, поддерживала и всячески ободряла?

— Люди меняются, Магс. Ты сама это сказала. Мы же взрослые теперь.

Она слишком хорошо знала мою историю сердечных разочарований. Их было не так уж много, но она всегда была рядом — даже когда у меня закрутился тот странный почти-роман с одним из ординаторов в прошлом году. Я ценю её заботу. Но теперь мне надо справляться самой.

Магнолия покачала головой.

— Я тебя люблю. И не хочу, чтобы ты страдала. Признайся родителям и они всё простят.

— Нет. Я не могу. Они в восторге. Благодарны, что у меня появился кто-то, кто обо мне заботится. Ты же знаешь, как они беспокоились, что я не справляюсь с клиникой. Я и сама была в шоке, насколько они были рады, когда узнали, что у меня есть муж, который рядом.

— Фу. Я думала, Роджер и Сьюзан более прогрессивные.

— Это не так. — Я рассмеялась. — Им просто спокойнее от того, что я не одна. Папа всю жизнь вкалывал, но мама всегда была рядом и поддерживала.

Её лицо смягчилось.

— Твоя мама правда потрясающая.

— После Рождества они уедут в реабилитационный центр в Портленде на пару месяцев. А весной, когда папе станет лучше, мы с Коулом подадим на аннулирование. Он сейчас думает, чем будет заниматься. Да и, откровенно говоря, здесь не так много возможностей.

— Я найму его, — заявила она, усаживаясь обратно и закидывая ногу на ногу. — В Нью-Йорке. Пусть помогает организовывать мероприятия. С RiverFest он справился отлично.

— Он и правда справился, — с гордостью призналась я.

Она нахмурилась.

— Умный он. Решения находит быстро. Это я признаю. — Она кивнула. — Найму его, если пообещает уехать и оставить мою лучшую подругу в покое.

И у меня сжалось сердце. Конечно.

— Я серьёзно. Всё это плохо закончится. Ты думаешь, у вас всё под контролем. Всё чётко, по плану. Но, Вилла, я столько глупостей натворила. Пожалуйста. Учись на моих ошибках.

Я вскинула бровь.

— Ты хорошая девочка. Всегда живёшь по правилам. А такой, как Коул, порушит их все до основания — и оставит тебе только боль.

— Вау, — прошептала я. Желудок сжался, и аппетит пропал. — Не думала, что ты так в меня не веришь. Может, я и сама с чем-то справлюсь.

Она наклонила голову.

— У тебя, извини, не так уж и много опыта.

— Прости, что была слишком занята, чтобы успеть встречаться с десятками людей, — парировала я.

— Я не осуждаю, — возразила она. — Я же чертовски тобой горжусь. Помнишь, как ты стыдилась, когда я наняла самолёт с надписью на твоем выпуске из меда?

Я невольно улыбнулась и кивнула.

— Только, пожалуйста, будь осторожна. И главное — не спи с ним.

Я с трудом сдержала смешок. Этому уж точно не грозило случиться.

— Обещаю. Всё не так. Там нет никакого притяжения.

Она закатила глаза — не хуже любой тринадцатилетней.

— Может, мне с ним поговорить? Предупредить, что если он тебя обидит, то исчезнет без следа?

— Только не рассказывай никому, — попросила я, сердце сжалось от тревоги. — Я защищаю не только свою репутацию, но и его тоже.

— Не скажу. Но мне всё это не нравится. Я ему не доверяю. Если вы не переспите — может, хоть так всё не взорвётся к чертям.

— Обожаю, когда ты настроена позитивно.

— Только ради тебя, подруга.

Глава 16

Коул

Я зашнуровывал коньки, покачивая головой от диких разговоров, наполнявших нашу маленькую раздевалку. Мамы и папы помогали с